Хештег Детка - ты космос

- Как красиво… - протянула Аврора. - Такая очевидная глушь за окном, но – красиво …
Большой черный кот вышел на ее голос из-под кудрявой многолистной зелени, ниспадающей волнами за края белого цветочного горшка. Он ткнулся широким лбом в щиколотку девушки, покрутился у ее ног, выписывая ласковые восьмерки, сел рядом, устремив взгляд туда же, куда смотрела хозяйка.
– Смотри, какие огоньки… Где-то там фейерверки, наверное, взрывают…
Ладонь скользнула по холодной толщи стекла. Едва-едва. Словно Аврора стремилась окунуть кончики пальцев в расцвеченную вспышками темноту за ним.
«Интересно, кому она это говорит? Себе, коту или, все же - мне?» - Марк развернул колеса инвалидного кресла и подъехал чуть ближе.
Панорамное окно с пола до потолка. Прекрасный вид.
«Определенно, что-то взрывают. Красиво.»
Марк попытался бросить на девушку быстрый взгляд. У него всегда получалось чуть дольше обычного. Объяснимо. Если сильно влюблен, по-другому не получается.
Огромная луна нависала справа круглым боком – полнолуние.  Можно рассмотреть детали на поверхности. Не мелочь, какую-нибудь, конечно же. Идентифицирующие особенности, которые дают возможность запомнить и отличить именно эту луну от многих других.
И Марк должен бы видеть пятна рельефа на спутнике, подсвеченные светом, отраженным от Солнца. Но – нет.
То что он видел было вуалью мистических отблесков, растворяющихся в изгибах волос, тенью от ресниц стрелками падающими на скулы, отчего задумчивый взгляд казался более глубоким и загадочным. Луна была не важна. Она была лишь декорацией и, глядя прямо на нее, Марк ее в упор не видел.
Кот зевнул и, дернув ухом, повернулся к медленно подъезжающей коляске. Он оценивал опасность все уменьшающегося расстояния между колесами и его собственным хвостом. К морде прилип зеленый кусочек листа, который кот в тайне от всех ( как он думал )жевал, прячась среди стеблей.
Кот не знал об этой улике и все еще наивно полагал, что фактов указывающих на его вину нет, а потому вид у него, пока он смотрел на Марка, был соответствующий: полный святости и собственного превосходства.
- Он снова ест твои цветы, - без зазрения совести сдал кота Марк.
- Да?.. – Аврора оторвалась от созерцания ночного пейзажа. – Барсик, ты опять?
Она присела, погладила шелковистую спинку, потом подняла передние лапки и поставила их к себе на колени:
- Котейка хочет травки – да? Барсенька, Барсенька, криминальная ты морда … у тебя же целая грядка в оранжерее – зачем ты снова грыз мой цветок? Он вкусный, да?
Аврора подняла глаза на Марка, и у того споткнулось и на секунду куда-то пропало сердце. Она смотрела сейчас на него снизу вверх, также как раньше, до того как он попал в это дурацкое кресло. Взгляд был светлым и теплым. Очень спокойным.  Марк никогда не понимал – что стоит за ним. Полная любовь и принятие мира целиком, или кусочек любви к нему самому?
Иногда он невесело размышлял одновременно в двух противоположных направлениях: "осталась ли бы она с ним, если бы он не попал в кресло?" и "почему она не оставила его, когда он попал в кресло?".
- Слушай, а, может, получится прогуляться тут? Все равно же встали на рейд... Устроим такой пикничок, выпустим Барса побегать? Побегает, понюхает…  Может, перестанет грызть что попало… Провода у тебя тоже пожевал же? – Марк кивнул. Погрызанные провода привели к потере связи с диспетчерской службой на два часа. - Марк, мне кажется, он это больше от скуки делает. По витаминам-то у него – все прекрасно, ветеринар сказал: отличные анализы…  А с цветочками у него что-то на уровне инстинкта, типа «охотится», что ли…  Если честно, я бы тоже с удовольствием по земле походила босыми ногами…
- Здесь прогуляться? – Марк махнул головой в сторону мерцания за стеклом.
- Ну, да, - Аврора поднялась с корточек, увлекая с собой вверх кота, устраивая его по-удобнее на ручках. – Пару растений бы добавила к своей коллекции. – Она наморщила нос, потерлась им о кошачий лоб и засюсюкала. – Пару растений, да, Барсеныш? Чтобы тебе было что грызть на обратном пути, да? Пушистый животик… шкодливые лапки…
Барсик замурчал, лениво тронул лапой упавший на него локон.
Девушка отбросила за спину набежавшие пряди, открывая линию шеи и аккуратное ушко, со множеством продернутых сквозь мочку круглых серег. С одной из них, почти до ключицы, спускалась на серебряной цепочке хрустальная капля.
Теперь Марк смотрел на нее снизу вверх. Это было привычно. Последние пару лет по-другому редко когда бывало.
Лучи, попадая в хрустальную каплю, преломлялись и били вовсе стороны, распадаясь на радужный спектр. От этого морщился кот, от этого на секунду прикрыл глаза и Марк:
- Не стоит, Рори. По крайней мере, именно тут. Не самый спокойный райончик.– Он выдержал паузу в пол секунды, разрешив себе все это время просто смотреть ей в глаза, тонуть в них и не отводить взгляд. И добавил, улыбнувшись:
 - Ты ничего не слышала про местных?
- Не помню…  Специально точно не интересовалась… - Аврора нахмурилась. – Флора тут интересная для меня – вчера читала только. А про местных?.. Тут племена живут – разные по уровню развития, слышала такое… Кто-то почти неолит, кто-то технически продвинут…  Если не путаю ничего.
- Племена разные по уровню развития … - Повторил Марк. Усмехнулся. – Там разница в развитии – полшага. Местные однородны, на самом-то деле. Основная идея у всех: жертвовать кем-то одним ради благосостояния большинства.
У девушки шире распахнулись глаза:
- Да, ладно? Это же.. это – классическая социальная прогрессия? Так, по-моему? На факультативе по социологии было: сначала жертвуют одним, потом вырезают семью, потом агрессия растет по экспоненте и захватывает уже представителей целого этноса? Глупость какая, если подумать: бороться нужно за жизнь, а не жертвовать ею. Она же конечна и невосполнима. Я помню, мы чертили графики: математическое обоснование войн у древних. Слушай, но это такой атавизм… - Аврора покачала головой, и тут же перешла от явного осуждения незнакомой культуры к поиску объясняющих нынешнее положение дел причин. - У них ресурсный голод?
- Нет. Совсем – нет. Как у всех. А местами даже лучше.
- Тогда – это религия? Массовый экзальтированный психоз на фоне отсутствия развития науки? Когда душа выросла до осознания энергии света, а понимая и расшифровки физических процессов нет? Поклоняясь огню – кидают в него младенцев? Думают, что это может что-то решить или изменить?
- Да, тоже – нет.  Для  этого, действительно, как ты сказала: «душа должна вырасти до осознания света». Осознать свет, и пусть даже сделать неправильные выводы, и пусть даже перейти на сторону тьмы, но – верить-то надо. У них с этим слабо. Культы создают, сердцами от этого чище не становятся.
- Для чего им тогда религия? Она же должна объяснять то, что не может объяснить наука... Или делать общество лучше, помогая пережить трудности, когда звезда системы гаснет, например, или смириться со смертью близких?
- У них это имеет мало отношения к вере.
- Как так? Религия же – это о Боге и Вселенной?
- Это у нас так. И у всех остальных. А у них религия – это институт для управления массами. Она не избавляет от страха, объясняя что-либо, она взращивает его. Как и полагается религии – она для каждого про одно и тоже: про веру в Бога, но при этом: там убивать готовы за обрядовую сторону вопроса.
- Чего?
- Ну, вот смотри. Ты когда молишься, глаза закрываешь?
- Когда как. Иногда – да.
- А для местных принципиальный вопрос может быть в такой мелочи. Те кто закрывают глаза, кричат, что те кто с открытыми молятся - грешники, а те кто при молитве еще и радуется – так вообще: порочит Бога и гореть ему в аду.
- Бред, какой-то. Это же личное дело каждого, как именно он чувствует свою связь с...
Марк мягко перебил:
- Где-то молиться не разрешают женщинам, где-то людям с другим цветом кожи… И из-за этого тоже воюют.
- Мне кажется, сейчас, что ты говоришь про существ из какой-то другой реальности. Мифических каких-то... Вроде бы у нас генный код одинаковый у всех… При этом – из-за цвета кожи воевать?! Как это в голову может придти? Кожа – это всего лишь, по своей сути, крупнейший выделительный орган - и все.. Из-за размеров печени или формы почек у них нет конфликтов?
Марк улыбнулся, снова тронул колесо, и его кресло придвинулось на сантиметр ближе к девушке.
- Думаю, им важно только то, что видят глаза. Ни печень, ни веру – глазами не видно, воевать за это не получается. Религия другое дело – это уже нечто имеющее материальное проявление. Группа собирается вокруг этих проявлений и начинает их защищать. Или убивать ради них.
- От кого защищать?
- От представителей других групп. Тех, кто решил, что молиться непременно нужно носом на северную стену, например. Или кто считает, что светлые глаза это доказательство святости.
- А почему они нападают на ту группу?
- Ну, все из собственного страха: это ж жутко страшно, когда глаза голубые, если у тебя самого и всех в твоем племени – карие. Явно не к добру. Раз, тебе страшно, значит: в этом опасность есть. Раз опасность есть – значит: всем в твоей сплоченной группе может быть страшно. И ради их спокойствия и блага нужно голубоглазого индивидуума убить. Это и к цвету кожи относится, и к пониманию Вселенной – все, что не похоже на меня внешне или по ходу мысли иное - все это подлежит уничтожению, ибо несет угрозу.
- Мне кажется, если ради моего блага, убьют кого-то – я сама от чувства вины умру. С ним мучительно жить. Невыносимо.
« «Кого-то» », - Марк хмыкнул, вспомнив, что вчера они ужинали прекрасными сочными стейками из красного мяса. Аврора явно запамятовала, откуда брал свои истоки белковый круговорот в природе.
- Не понимаю. Алогично. Цепочка выводов про страх - неверная совершенно, ты же знаешь... Там только на предположениях все строиться. На надуманных выводах. Абсурд. – Девушка даже передернула плечами. – Тогда что?.. Одна личность – это как палец на руке – обществу должно быть невероятно больно терять часть себя. Особенно, если бессмысленно и беспричинно. Жертвовать... Зачем?.. Вина, как некроз должна перекинуться на всех. Скорейший путь для вымирания оставшихся.
Марк пожал плечами:
- К тому и идет, я думаю… Кстати, по поводу святых – у них своеобразное видение святости. У них там одни страдают, не делая ничего плохого, по сути. Кроме нападки на авторитет власти, пожалуй.  Другие приносят себя в жертву – добровольно. Третьи - топят в крови тысячи, при чем: и своих, и оппонентов.
- Как и те и другие могут быть святыми?
- Откуда я знаю? Это уже риторический вопрос о непроходимой глупости, Рори. И тем, и другим, и третьим – поклоняются толпы.
- Очень странно. – Аврора печально вздохнула. – И грустно. Я как будто в микроскоп сейчас смотрю на каплю воды. Зарождение цивилизации, когда никто ничего не понимает. Амебы пожирают амеб, не осознавая существования ни себя, ни мира. Не думала, что когда-либо соприкоснусь лично с подобным невежеством .
Марк снова хмыкнул:
- Эта цивилизация почти ровесница нашей.
Бровь Авроры удивленно приподнялась:
- Ты шутишь, Марк?
- Неа.
- Подожди, этого не может быть. Тут какая-то ошибка. Я не спец в социологии, тем более у нас она шла факультативом… Но против математики-то, как известно, не попрешь, да?  Даже с минимальным коэффициентом интеллектуального развития они должны были уже давно выйти на приемлемый уровень. Вот смотри… - девушка сунула кота в руки Марку, подышала на стекло и начала чертить на стекле двухмерный график, - если мы начали прогрессировать приблизительно в одной точке, то учитывая минимальный шаг  – общество разноуровневое, ты сам сказал, значит: прогресс в развитии есть. Итак, берем минимальный для прогрессивных мутаций синапсов шаг и откладываем по оси Х…
- У них прогресс не идет линейно, как у всех остальных.
- Чего? – Аврора резко развернулась в сторону Марка. Ее волосы взлетели, очертили полукруг. По той же траектории пробежали зайчики лунного света из серег, бросив ажурный отблеск на нарисованный пальцем бледнеющий график. – А как? Это ж синапсы - там либо проходит сигнал и строятся связи, либо - нет... Если простроились связи - получаем прогресс мысли - линейный рост в целом...
- По спирали. Они как будто прогрессируют, но в то же время ходят по кругу.
- Мда. Развитие по спирали, говоришь? Очень отсталое общество… Медленные, как улитки… Это генетика, интересно? Или вирус какой-то отупляющий встроился еще на уровне низкого приматства? Ну, пусть так, - девушка снова подышала на стекло и добавила на график третью ось, отвечающую за объем,  - если взять точки отсюда и спроецировать на плоскость и сравнить с нормальными показателями роста…
- Ось, вокруг которой крутиться их прогресс, не стабильна,  не является прямой ни в одном срезе пространства. Она разворачивается, уходит вниз, а потом еще куда нибудь сворачивает – и все кто идут по спирали вверх, регрессируют относительно прошлых поколений.
Рука Авроры замерла. Ладонь сомкнулась и опустилась вниз. Демонстрация того, что аргументы закончились. Другой ладонью Аврора стерла следы на стекле.
- Жуть.
- И как ни парадоксально - они осознанно выбрали этот путь. Большинство согласно и с извращенной моралью, и с общим отуплением, и как следствие отсутствием индивидуализма.
- Я, честно говоря, думала "племена" это ты условно их так назвал. Чтобы обозначить общность традиций - а, выходит, ты про самое настоящее стадо...
- Мне нравится, когда ты находишь самое емкое слово. Хороший образ - стадо. Именно так - его пасут, его ведут на убой. Тут, как я понимаю, адекватного восприятия реальности - нет. Не могут правильно оценивать – лучше было раньше или хуже. Способность анализа нулевая. Или не развита по каким то причинам. Скорее будут идеализировать или наоборот порочить прошлое, чтобы показать, что на этой ступени они в развитии выше. А из-за этого - короткая историческая память. То есть - нет фундамента реального опыта на котором можно крепкую цивилизацию построить.
- Не понятно, почему они до сих пор еще существуют... Да, с таким лучше не соприкасаться, ничего не поделаешь.
- Да, Аврора. Прогуляться там – не самая хорошая идея. Даже ради пары растений и Барсика.. Такое себе – устраивать пикник на планете каннибалов. Независимо от уровня их технического развития – внутренняя суть индивидуума от этого не меняется. Осознанное уничтожение себе подобных ради обретения блага - каннибализм. Принимать за благо чье-то самопожертвование - каннибаизм не меньший.
Девушка согласно кивнула. Люди на планете, проплывающей под ее ногами совершенно не пытались задействовать голову при решении крайних жизненных проблем. Они либо убивали, либо выбирали умереть сами.
- И вот еще что, давай, пока аварийка работает, переберемся на орбиту повыше? Пока они выяснят, что за ерунда у нас батареями и почему мы уже второй раз глохнем – минимум сутки пройдут, а там - вон, смотри – яркие вспышки слева – могу поклясться, что это не вулканическая деятельность, и не фейерверки. Но там абсолютно точно что-то взрывают. И если это ядерка или электронная пушка и не на поверхности – сама понимаешь, что-то до нас да может долететь… Всего сутки - и двинем в более приятные миры. И там уже и пикник замутим, и спину мне починим…
Аврора наклонилась и поцеловала Марка в щеку. Она тронула ручки кресла и покатила его по коридору космической яхты.
Барсик спал, посапывая, всю дорогу до молекулярной кухни. С мурлыканьем, но без снов. Ему все нравилось: что Марк гладит его спинку и чешет за ушком, что чувствуется плавное движение кресла, и что в связи с ремонтными работами не отключили гравитационное поле, и он, неожиданно для себя, не распушается в шар и не улетает под потолок, истерично взбивая лапами воздух, как это было в прошлый раз. Запахи кухни, достигшие его носа принесли с собой видения. И коту приснился вчерашний стейк, созданный Авророй по мозаичной схеме из атомов. Аврора готовит вкусно - и Марку, и Барсику нравится и они оба считают, что у нее есть талант. Коту снилось, что со стейка на мраморный пол капала кровь. А он нюхал ее и не понимал: слизать или брезгливо зашипеть. И это было очень, для него, корабельного межгалактического кота Барсика, очень странно.