Анна Никки. Дотянуться до солнца. Глава 3

Дотянуться до солнца
Автор: Анна Никки

Глава 3

Придя на пустырь, Максим бросил в сторону сумку и повалился на спину. Сегодня окружающий пейзаж не успокаивал, а, наоборот, нагонял тоску. Горы песка и строительный мусор, наваленные повсюду, напоминали недавний сон.

Облака, плывшие по небу, то заслоняли, то открывали солнце его взору.

«Почему? Мама, папа, где же вы?»

Подняв руку, он потянулся вверх, пытаясь поймать солнце. Очередное облако скрыло его. Неожиданно горло сжал спазм.

«Что это? Я не могу плакать, я не должен, я…»

Какое-то призрачное видение, убеждавшее его не плакать, всплыло в памяти и тут же исчезло, не оставив никакой зацепки. Оно было настолько мимолётно, что он не успел даже запомнить его.

— Что? Почему не могу? Почему вообще я плачу?

«Да что со мной происходит? Бабуля! Почему? Почему, имея такую память, я не могу вспомнить ничего из того, что происходило со мной до тринадцатилетия? Только какие-то бесполезные клочки… Если подумать, то и маму с папой я не помню… Их лица я видел только на фотографиях… У них важные исследования? А как же я? Хотя бы письмо, открытка, не говоря уже о видеозвонке… Неважно что, когда мне так плохо…»

Слёзы высохли, а на небе вместо солнца и облаков появились чёрные тучи, стягивающиеся как раз над ним.

«Отлично, грозы мне только и не хватало… Ненавижу этот мир!»

— Всё-таки придётся пойти?

Максим достал телефон и набрал номер. Трубку долго никто не брал, ему пришлось набирать несколько раз.

— Алло, слушаю…

— Мне плохо…

— Максим?

— Не ожидала?

— М-м, угу, ещё не время.

Парень ухмыльнулся. Его собеседница, видимо, только проснулась — голос был сонный.

— У тебя что-то случилось?

— Можно и так сказать.

— Катя?

— Не могу успокоиться… Чуть не побил девчонку из класса сегодня…

— Это ненормально, ты в курсе?

— А ты? Обещала помогать в любых обстоятельствах.

Человек на другом конце провода, казалось, задумался.

— Тут такое дело… Хорошо, это желание возникло впервые?

— Понятно, снова будешь изучать?

— Ты точно ничего не натворил?

— Если ты не поговоришь со мной, натворю…

— Совсем плохо? Может, всё-таки согласишься на обследование?

— Ты знаешь, я не дам себя осматривать!

— Да, знаю. Но всё равно… Хорошо, поговорим…

— Тогда я приду через полчаса.

— Эй, подожди…

— Скоро буду. Пока!

Максим не спеша шёл по улице, осматривая окрестности. Дождь уже начался, промочив одежду до нитки, но это было не важно. Ему требовалось время, чтобы обдумать свой поступок и подготовиться к предстоящему разговору. Он не любил эти встречи. Казалось, будто выворачивают душу наизнанку, заставляя отдавать что-то ценное, что не должно быть раскрыто.

Когда его сознание вернулось пять лет назад и начались приступы головной боли и обмороки, бабуля нашла ему психотерапевта. Он долго не соглашался, но в итоге… Один раз в месяц… Всё-таки согласился только на одно посещение в месяц. Эти беседы опустошали, но в то же время заставляли верить, что ещё немного, ещё чуть-чуть — и память вернётся. Постепенно Максим смирился, влился в ту реальность, которую описала ему с самого начала бабуля.

Но в последние дни он жил будто не своей жизнью. Не было равновесия. Не хватало уверенности. Что-то выбивало из колеи. И самое главное — почему это вдруг с ним происходит и что конкретно происходит, он не понимал.

«Ну вот, ещё одна картина Репина… Катя? Он всё ещё влюблён в неё?»

Даже застав их врасплох, это не вывело его из себя. Его равновесие не пошатнулось. Так или иначе, они встречаются формально.

«Но сегодня меня вывела Попугай… Почему?»

Как только он завернул за угол, его глазам предстала душераздирающая сцена. Славик старался развернуть к себе Катю, пытаясь что-то объяснить, а она упиралась и дула губы.

— Ловелас долбаный… Это моя девушка, не в курсе?

В этот момент Славик увидел друга. На секунду он оторопел, но, увидев одобряющую улыбку и жест Максима, продолжил уговаривать Катю пойти погулять с ним. Одноклассник знал, что они с Катей встречаются только для публики — дабы избегать излишнего внимания таких приставал, как он, — поэтому время от времени, хотя и тщетно, пробовал привлечь внимание девушки с разрешения её парня.

Максим присел на лавочку у соседнего подъезда, отметив, что уже не чувствует недавнего напряжения. Ещё немного — и он расслабится. Чтобы не столкнуться с Катей, Максим готов был подождать. Идти в обход не осталось ни сил, ни желания.


Утро не предвещало ничего хорошего, судя по тому, как оно началось. Во-первых, его выкинули из квартиры, как только прочирикали первые воробьи. Во-вторых, погода стояла всё такая же паршивая, как и накануне. И, в-третьих, его ждала встреча с этой девчонкой. Его передёргивало каждый раз, когда мысли возвращались к ней.

Никто и никогда ему не противостоял, никто и никогда не оказывал ему сопротивления. Ни в школе, ни дома, ни в обществе. Его интеллект, харизма и природное обаяние всегда прокладывали ему путь. Он принимал это как должное.

«Так и должно быть… По;другому и быть не может…»

Прогулявшись пешком и убив тем самым три часа, Максим направился в сторону школы.

Первое, что он услышал, войдя туда, был шёпот проходивших мимо одноклассниц:

— Вот это да…

— Может, дома не ночевал?

— Скорее всего…

Парень остановился. Опустив глаза на свою одежду, до него дошло: он не сменил её и выглядел слегка помятым. Такого никогда раньше не случалось…

«…Как и того, что я вытворил вчера в классе…»

Перед кабинетом, как обычно, маячили одноклассники. Все взгляды устремились на него — как девчонок, так и парней. Вопрос, что случилось с нарушительницей спокойствия класса, читался в глазах каждого.

Максим хмыкнул про себя и направился к Кате.

— Привет.

— Привет.

— Не злишься?

— А должна?

Все, кто стоял поблизости, замолчали. А парочка, посмотрев друг другу в глаза, начала свою излюбленную игру на публику. Так было всегда. Даже если они сгорали от ярости и злились, окружающие ели только то, что им преподносили. А разбирательства оставлялись на потом, когда можно было не бояться быть непонятыми.

— Конечно, нет. Как провела вечер?

При этом оба одновременно посмотрели на Славика. У паренька выступила испарина. Он невольно отступил назад, готовясь ретироваться в класс, как только эти двое отведут взгляды. Ведь он был единственным, кто знал их настоящими, живыми и уже несчастными, поэтому ничего, в отличие от одноклассников, завораживающего в их отношениях не видел.

— Никуда не ходила. Съёмки закончились пораньше, впервые за месяц удалось выспаться и…

— И что?

— Да нет, неважно. А ты?

— Бабуля пекла пирожки. Сбежать не удалось…

Наблюдавшие эту сцену чувствовали себя зрителями, оказавшимися на съёмках мелодрамы.

Когда обмен любезностями закончился, Максим резко развернулся и направился в кабинет, оставив Катю со своим окружением, разинувшим рты.

Толпа школьников ввалилась в класс. Максим прошёл к своей парте, бросив короткий взгляд на Славика, давая тому понять, что уж очень хочется объясниться. Парень немедленно оставил свои неуклюжие попытки скрыться за учебником и подошёл к другу.

— Всё ещё влюблён в неё? Ты серьёзно?

— …

— Я спросил, ты серьёзно?

— Да.

— Выбирать не мне, но ты же понимаешь, что я не спущу глаз с того, кто это будет?

— Да.

— Надеюсь…

Одноклассник понуро поплёлся обратно. Да, он всё понимал, но ведь это Катя. Парень мог поклясться в первом ответе, но второй его совсем не радовал. Естественно, шансов никаких и никогда не было, и даже если вдруг случится чудо, то тень Максима всё равно всегда будет преследовать его. Эта девушка с первого дня их знакомства не видела никого, кроме парня с неестественно белыми волосами.

Славик поставил открытый учебник на парту и спрятался за ним, чтобы никто не увидел его слёз. Выть на всю округу он не собирался, но спазм, подкативший к горлу, помог хоть немного отпустить обиду, охватывавшую его каждый раз, когда он думал об однокласснице, осознавая при этом, что ему не светит даже тень её искренней улыбки.

Максим огляделся по сторонам — новенькой не наблюдалось.

«Может, утро не влияет на весь последующий день? И он пройдёт без происшествий?»

Ему так хотелось в это верить.

День тянулся невыносимо долго, а учителя нагоняли скуку. То, что остальные пытались зазубрить и выучить, он прочитал ещё в прошлом месяце. Единственным плюсом этого дня стало то обстоятельство, что Попугай так и не появилась.


После уроков Максим решил прогуляться по парку — тем более погода в этот раз не предвещала никаких катаклизмов. В парке, как обычно, было шумно: мамочки с колясками, пенсионеры, греющиеся на солнышке, подростки на роликах. Благодать.

Максим присел на скамейку и, подняв голову вверх, зажмурился. Солнце грело и ласкало кожу. После четырёх часов терапии равновесие жизни постепенно начинало восстанавливаться, возвращая ему уверенность. После вчерашнего разговора он снова расслабился, и сейчас это чувство переполняло и разливалось через край.

Он улыбнулся.

— Чему радуешься?

Максим повернулся в сторону говорившего. В паре метров от него, прислонившись к стволу дерева, стоял незнакомый парень.

— Привет, милашка.

— Я тебе не милашка!

Голова внезапно начала болеть. Улыбка испарилась без следа.

«Что за придурок?»

Незнакомец скривил губы в усмешке:

— Как дела? Что, не помнишь меня? Оно и понятно, лет пять не виделись.

Парень растянулся в дружелюбной улыбке. Максим немного расслабился.

— Нормально. Видишь, на солнышке сижу, ультрафиолетовый ожог зарабатываю.

— Я заметил.

Нет, что;то было не так: напряжение висело в воздухе, заставляя быть начеку. Они никогда не были друзьями или хотя бы приятелями. Почему у него возникло это ощущение?

— Прости, я не помню тебя. Не мог бы ты напомнить своё имя?

Влад несколько секунд смотрел на него с обидой, но затем снова улыбнулся:

— А ты не изменился. Всё такой же эгоист?

— Что?

— Меня зо… Хотя неважно, вспомни сам. Ты ведь у нас вундеркинд, так?

Незнакомец скосил глаза в сторону и, резко развернувшись, перемахнул через скамейку, прокричав на бегу:

— Я найду тебя позже. Береги бабулю!

Максим начал вертеться в поисках чего;то необычного, но вокруг всё осталось прежним, как и полчаса назад: мамочки, пенсионеры, роллеры.

«Что же он сорвался? Ну вот, пришёл и всё испортил. При чём тут бабуля? Он её знает?»

Нехорошее предчувствие заставило его подняться.

«Вот идиот! Разве так можно?»

Максим быстро побежал по парковой дорожке, затем через дворы, по лестнице, перепрыгивая через ступеньку. Достав ключ, он опёрся ладонью о стену, чтобы отдышаться. Чувство неудовлетворённости собой снова вернулось.

«Что со мной происходит? Бабуля…»

Войдя в прихожую, парень остановился и прислушался. Его озабоченное лицо выдавало страхи, витающие сейчас вокруг него. Но голос бабули заставил его осознать, как глупо он себя повёл. Парень навалился на дверь и закрыл глаза. Дыхание никак не хотело восстанавливаться, а сердце готово было выскочить из груди.

«У меня точно паранойя… Этот придурок совсем ополоумел? А сам-то… Тупею, что ли? Веду себя как идиот и ведусь на разных идиотов?»

— Ба… — Максим замолчал, услышав странную фразу.

— …Максиму это вспомнить!..

«Что? О чём это она?»

Неслышно сняв обувь, он прошёл к двери кухни, откуда доносился голос.

— …Именно поэтому… Это может быть опасно?..

В горле пересохло.

— …Нет, её рано раскрывать… Думаешь, он исполнит приказ и не тронет его?.. Согласна, но мы не можем точно знать, какова будет реакция…

Ольга Кирилловна свободной рукой что;то быстро записала.

— Я проверю… Он не… Послушай… Да, поняла… Пожалуйста, не будь слишком жесток, он ведь не виноват… Это была твоя идея…

Рука парня так и застыла на ручке двери. Он собирался сразу войти, но что-то остановило его.

«Нельзя… Нельзя?»

— Пусть так… Но её нужно проверить, она поверит… В горах всё готово?.. Да, я продолжу…

Бабуля застала его врасплох.

Сейчас она выглядела лет на десять постаревшей: всегда идеально уложенные волосы растрепались, под глазами пролегли круги, а лицо осунулось, будто она провела бессонную ночь.

Они смотрели друг на друга: она — вопросительно, пытаясь понять до того, как они произнесут хоть слово, много ли он услышал; он — удивлённо, впервые видя свою бабулю в таком неприглядном виде.

Максим нарушил молчание первым:

— Что-то случилось? Кто это звонил? Ты говорила с кем-то обо мне?

В его голосе сквозило напряжение. Нет, напряжён был каждый его мускул, каждая клеточка, а нервы натянуты, как струна, готовая в любой момент порваться от одного неосторожного движения или слова.

Бабуля выдавила из себя улыбку и негромко спросила:

— Где ты был вчера?

— Что? О чём ты?

— Где?!

— Какая разница, где я был?! Почему ты не отвечаешь мне?

В голосе парня проскальзывали истерические нотки. Ольга Кирилловна протянула к нему руки, но он отступил на шаг.

— Не ходи по ночам один!

Максим непонимающе уставился на неё.

«Что всё это значит?»

— О чём ты вообще? Как связаны твой телефонный разговор и моё отсутствие дома? Это была Наташа? Наша консультация прошла как обычно…

— Ты вспомнил что-нибудь?

«Что я должен вспомнить?»

— Подожди! Подожди секунду… — Теперь он совершенно не улавливал смысл этого разговора. — Даже я со своим суперумным мозговым аппаратом не понимаю тебя. Ты о чём, бабуля?

Женщина недоверчиво всматривалась в его лицо, пытаясь найти доказательства, что парень не врёт.

— Бабуля, я действительно не понимаю… Бабуля?

— Я перенервничала, извини, — она опустила глаза. — Ничего серьёзного, просто волнуюсь за тебя. Как прошёл твой день?

Их взгляды снова встретились. Максим снова видел перед собой свою бабулю, какой она была ежедневно. И теперь не знал, плакать ему или смеяться.

«Сначала этот парень, теперь вот этот цирк…»

Что-то происходило, но посвящать его в детали не хотели. Такое ощущение у него возникло от её неумелой игры. Она пыталась отвлечь его сейчас от разговора о телефонном звонке.

— Не уходи от ответа… Я хочу знать! Кто тебе звонил, когда я пришёл?! Я не собирался подслушивать, но так уж получилось, прости. Поэтому скажи мне, что случилось? Что я должен вспомнить? И почему ты этого не хочешь?

Ольга Кирилловна пристально на него посмотрела, будто сомневаясь в адекватном восприятии им её ответа. Наконец она решилась предпринять попытку:

— Что ты помнишь о своём детстве?

— О детстве? Н-ничего.

— Совсем?

Её взгляд, полный тревоги и страха, заставлял его отвечать.

— Да. Я пытался, но почему-то у меня не получается. Всё, что происходило до тринадцати лет, я не помню… Почему ты спрашиваешь? Разве ты не говорила, что восстановить память не удастся из-за болезни?

Женщина опустила глаза, полные обречённости и вины.

— По-подожди… Пять лет назад что-то случилось, и я потерял память не из-за отклонений психики? И это не связано с моей нервной системой?

Максим попятился к двери. Это было просто ударом ниже пояса.

«Зачем она это сделала? Соврала? Мне? Все эти годы она врала мне? И этот некто, звонивший ей недавно, знает обо мне больше, чем я сам?! И она знает… И тот парень… тоже?»

— Максим, успокойся… Это…

Он выставил ладонь вперёд, заставляя её замолчать.

— Это связано с моим прошлым! Что здесь вообще происходит?!

— Послушай…

— Кто тебе звонил?! КТО!!! — Максим прищурился, чувствуя, как горло сжимает спазм. — Так ты мне ответишь? Нет?

— Не нервничай, дыши глубже… Нам нужно серьёзно поговорить… Алиса…

— Ктоооо?!

Парень перестал пятиться — позади была входная дверь. Дальше некуда отступать. Он так хотел разобраться в этой ситуации, но никак не мог собраться с мыслями. Они путались, проносясь сейчас в голове со скоростью света, без возможности сложиться в одну картинку.

«Нужна передышка…»

Если он останется, то просто взорвётся.

— Она…

Максим приложил палец к губам. Ольга Кирилловна замолчала, с беспокойством вглядываясь в его лицо. Парень уже тяжело дышал.

Он поднял глаза и прошептал:

— Дай мне ночь… Я должен собраться с мыслями, иначе не вынесу этого…

— Максим, я…

Он завёл руку назад, чтобы открыть дверь, но спиной к ней так и не повернулся, будто боясь, что сзади могут ударить.

— Просто запомни…

Он не дослушал и, выбежав из квартиры, буквально полетел вниз по лестнице. Его голова раскалывалась на тысячи мелких осколков от боли. Но он уже давно привык к этому, поэтому не обращал сейчас на неё никакого внимания. Единственное, что его беспокоило, — время. Если не успеет до того, как потеряет сознание, точно будет валяться где-нибудь в скверике под скамеечкой. Поэтому он бежал изо всех сил туда, где его не найдут и не побеспокоят — на заброшенную стройплощадку.