Анна Никки. Дотянуться до солнца. Глава 32

Дотянуться до солнца
Автор: Анна Никки

Глава 32

В машине действительно сидел Далматинец.
Он с улыбкой наблюдал за Максимом и его девушкой. Значит, Алиса сделала всё правильно.

Его спутница неожиданно прервала затянувшееся молчание:
— Отец, ты хотел именно этого? Разве он не вернулся бы и без спектакля, устроенного Элис? Она не может больше контролировать его?

— Она станет дополнительной страховкой. Тем более я всё равно должен наблюдать за ними и фиксировать их реакции. С Элис он не станет так себя вести… Хм…

Девушка улыбнулась:

— Это так.

— Ты уверена насчёт Финансиста? Он позвонит?

— Не волнуйся. Он столько лет ждал, что уже обрывает мой телефон.

— Тогда ты знаешь, что делать.

— Да, — её лицо засияло, — это будет так интересно и захватывающе. Но почему Элис до сих пор охраняет Дракона?

Далматинец удивлённо на неё посмотрел:

— Я не говорил этого. Она — телохранитель Кирина.

— Тогда почему они работают вместе?

— Капитан… Несмотря на то что я затянул поводок, ей не терпится оборвать его…

— Но…

— Поверь, она за ручку приведёт этого ублюдка ко мне в нужный момент и повторит свою просьбу ради Кирина. Но пока у неё не самые лучшие времена, а значит, кто-то должен быть рядом с ней, чтобы девочка не чувствовала себя загнанной в угол и выполняла мои приказы с уверенностью, что я делаю ей одолжение… Я не могу позволить манипулировать собой ни Финансисту, ни этим людям, поэтому мои дети должны быть рядом… Почему? Потому что я подарил им жизнь…

— И правда, интересно, — девушка мечтательно подняла глаза вверх и улыбнулась, — всё-таки хорошо, что я больше не прячусь?

— Да, ты нужна мне. Посмотрим, что станет их пределом. Я должен убедиться…

Её улыбка поникла:

— Но она посмеет?

— Это произошло, когда она увезла Кирина.

— Но сейчас Элис знает, что ты раскрыл её. Всё по-другому.

— Моя дочь всё ещё надеется, а этого достаточно.

Девушка немного помедлила, зная, чем может окончиться её любопытство, но всё же не удержалась и спросила:

— Отец, не злись, но как ты узнал, что она помчится именно к Капитану? Она никогда не давала тебе поводов для сомнений и чётко выполняла приказы.

Далматинец усмехнулся, протянул руку и приподнял её подбородок пальцами.

— Это важно?

— Интересно. Ужасно интересно.

— Ты очень любопытна, а это плохо, — Далматинец одёрнул руку. — Всё просто: я подкинул ей кусок мяса с костью. — Мужчина презрительно сощурился. — Знаешь, почему я назвал свою организацию Собаками? Потому что это самые удивительные существа на земле. Они очень преданы хозяину. Пока он ласков с ними, подбрасывает им кости и держит за поводок, они служат ему верой и правдой, неважно, как жестоко с ними обращаются. Но стоит отпустить поводок, и собака тут же сбежит. Почему? Потому что такое отношение несправедливо по отношению к ним… Но новая кость заставляет их возвращаться обратно… Снова и снова… Виляя хвостом, она прибежит, даже зная, что её могут побить за непослушание…

Девушка усмехнулась, отмечая про себя, что только такой человек со своими извращёнными идеалами и нарушенной психикой мог создать их такими, какие они есть. Но даже несмотря на это, ей безумно нравились все его идеи.

— Собака может укусить.

Мужчина стал серьёзен.

— Если собака начинает бросаться на хозяина, тот должен, не задумываясь, пристрелить её, — он расслабленно откинулся на спинку сиденья. — Знаешь, чего больше всего на свете хочет Элис?

— Убежать?

Далматинец помотал головой:

— Нет, остаться в живых. Именно поэтому я проверял её. Возвращение Кирина и газетная вырезка разгорячили её фантазии о том, о чём она и понятия не имеет. Человеку свойственно стремиться к лучшему. Элис выучила основы, но прикладную науку ей не освоить. Почему? Потому что поводок будет натянут мною всегда… Ха-ха-ха… У бойцовой собаки не может быть светлого будущего в кругу любящей семьи.

— Я тоже бойцовая собака, отец?

— Это так.

Девушка тоже рассмеялась. А успокоившись, с любопытством посмотрела на окна квартиры Максима.

— Но всё же она — не я? Кстати, тот парень может попытаться отомстить ей. Его родственницу нашли после встречи с ней.

— Не заблуждайся. Она справится со всеми, лишь бы выполнить приказ и оградить Кирина от проблем. Она не позволит убить себя, потому что жаждет остаться в живых. И я, будь уверена, позабочусь о том, чтобы моему сыну в ближайшее время ничто не угрожало, а она могла находиться рядом с ним до нужного момента. Придётся пойти на крайние меры, но… Это не только разгорячит его потом, но и позволит мне закончить начатое пять лет назад…

— Так ты согласен с моим планом? — уголки её губ хищно приподнялись и тут же опустились, пока Далматинец ничего не заметил. — А Дракон?

Мужчина вздохнул:

— От него я, конечно, не ожидал. Но такое предугадать невозможно. Видимо, и им не чужды чувства. Для эксперимента так даже лучше — не придётся придумывать что-то. Ладно, скоро это станет для него неважным. У него появятся более неотложные дела.

Девушка с тревогой посмотрела на него:

— Он будет первым?

— Далеко не первым, но, как бы то ни было, скоро этот вор обязательно умоется кровавыми слезами, поверь мне. Я не прощаю предателей.

Она с нескрываемым восхищением смотрела на своего создателя, отгоняя разъедающее чувство страха, возникающее каждый раз, когда она разговаривала с ним слишком долго. А в моменты, когда Далматинец начинал говорить с ней о своих врагах, в его глазах появлялось столько страсти и предвкушения, что ей всегда становилось жутко.

Внезапно он зажмурился и обхватил себя руками. Его бил озноб. Девушка положила ладонь ему на плечо:

— Прости, отец.

— Н-нет, хорошо, что ты постоянно напоминаешь мне о них… О том дне…

Далматинец порывисто выдохнул:

— В этот раз нам предстоит потрудиться, как никогда. Их обнаруженные чувства могут всё испортить… Я не должен оставить им и шанса. Они могут ненавидеть меня, но убежать не посмеют. Я не дам.

— Когда мне начинать?

— Примерно через неделю.

— Так рано?

— Не успеешь?

— Нет, я готова прямо сейчас. Просто думала, для подготовки Дракона требуется больше времени. Разве это не главное?

— Не сомневайся в нём. У него будет стимул.

— Я не сомневаюсь, а боюсь, что он всё испортит. Я могла сделать всё сама. Прости. Значит, Кирин вне игры?

Далматинец нахмурился:

— Наоборот. Он — центральная фигура, и всё будет вращаться вокруг него. Я хочу проверить их всех на выносливость и преданность. Хотя второе не так и важно… Финансист перед смертью обязательно должен оценить моих детей… Ха-ха-ха… Он так жаждал этого… Как только он выйдет на связь, передай ему, что я готов заключить с ним сделку… Скоро он увидит настоящего кандидата… Ха-ха-ха…

Девушка закатила глаза и усмехнулась.


Катя попыталась высвободиться, но безуспешно. Максим крепко прижимал её к себе.

— Максим, отпусти. Что с тобой?

— Не шевелись. Что здесь делал Влад? Что он сказал?

Парень почувствовал, как девушка напряглась.

— Он сказал, что ты…

Его руки ослабили хватку, наконец отпуская её.

— …что ты живёшь теперь с Черниченко в твоей квартире…

Максим незаметно выдохнул и позволил себе улыбнуться.

«Ну ты и придурок, Дракон…»

В голосе Кати он уловил обиду и сомнения:

— Это не так? Ты ведь не поступишь так со мной? Скажи правду.

Парень сделал вид, что обдумывает её слова, потом хитро прищурился и рассмеялся.

— А ты как думаешь?

Девушка ударила его ладонью в грудь и хихикнула:

— Конечно, нет. Они меня достали уже!

— Просто никогда не верь тому, что говорит тебе этот человек. Поняла? Вспомни, он уже обманул тебя один раз.

Она кивнула:

— Ты прав, опять меня развели.

Максим изобразил серьёзную мину и вопросительно склонил голову набок.

— Кстати, а что ты здесь делаешь? Или проверять приехала?

Катя явно не ожидала вопроса. Её ресницы запорхали, выдавая недоумение и замешательство. Она поспешно открыла сумку, достала оттуда свой мобильный, прочитала ещё раз сообщение, заставившее её приехать, и протянула ему устройство.

«В пять, у моего дома».

Парень взъерошил волосы и, смущённо улыбаясь, прошептал:

— А, прости, я забыл дописать слово — «завтра»… Прости…

— Максим! Всё, я ухожу!

Катя развернулась, но он схватил её за руку и снова обнял.

— Ну, так какие у нас планы?

— К Славику?

— Давай.

Парень открыл ей дверцу и пригласил в машину.

— Ой, совсем забыла. Папа пригласил тебя послезавтра к нам на ужин.

— Меня?

Девушка на секунду замерла, боясь его ответа, но всё-таки пояснила:

— Я сама удивилась, но папа сказал, что отказ не принимается. Может, хочет предложить работу? Кажется, там соберётся много разных людей…

«Я не могу отказаться или мне не дадут? Финансист — цель. Но сейчас я лишь наблюдаю… Как же они связаны?»

Максим улыбнулся и с сомнением покачал головой.

— Точно нужно идти?

«Алиса всё ещё наблюдает? Что является её настоящим мотивом? Она предложила мне столько версий, а я просто сбежал…»

Его глаза встретились с её — наполненными надеждой.

— Во сколько?

— В шесть. Папа последние несколько дней почти не появлялся дома, ведя переговоры о подписании какого-то контракта. Похоже, всё складывается удачно, раз он даже собирает такую толпу народа. Я не особо вдаюсь во все его заморочки, мне совершенно это не интересно.

— Новый контракт? С кем?

— Понятия не имею. Папа что-то говорил о каком-то невероятном открытии в области науки. По-моему, среди гостей даже будут несколько всемирно известных учёных. Так ты пойдёшь?

Максим выругался про себя, предчувствуя, что это за учёные. Люди Далматинца.

— А меня зачем пригласили? Это же по работе, а я просто школьник.

— Не в курсе. Думаю, папа просто решил, что мне не будет скучно с тобой… Может, боится, что я ему снова истерику устрою…

Парень улыбнулся, сообразив, о чём она.

— Я понял. Всё в порядке, если ты спокойна. Поехали к Славику.
 

Максим вышел из машины, которую прислали прямо к подъезду.

Катя, увидев его в костюме, на секунду замерла, потеряв дар речи от неотразимости своего парня, но, быстро взяв себя в руки, подошла к нему и широко улыбнулась.

«Горбатого могила исправит… В своём репертуаре…»

— Привет.

— Вот это парня я отхватила… Вау! — Девушка потёрлась щекой о его плечо и хихикнула.

— Хватит, а то уйду… Опять начинаешь? Ты же знаешь…

— Знаю-знаю, — она снова хихикнула, — пойдём, папа ждёт.

Гостей на лужайке оказалось не так уж и много. В основном это были деловые партнёры Льва Ионова, которые небольшими группками обсуждали рабочие вопросы.

— А, зять, сюда! Дочь уже вся извелась.

— Здравствуйте, Лев Борисович, Ольга Ивановна.

— Привет, Максим. Хороший выбор, — мать Кати оценивающе окинула парня хищным взглядом, — этот костюм лучше предыдущего.

— Мама!

Катя схватила его за руку и потащила подальше от своих родителей.

— Эй, подожди…

Остановившись, она зло фыркнула:

— Они меня раздражают! Почему всё время цепляются к тебе? Достали.

— Успокойся. Я пришёл, так что расслабься. Думала, будет иначе?

— Даже не сомневалась. Ты не злишься?

— Нет, мне всё равно. Главное, ты ко мне не цепляйся. Вот что раздражает.
 

Вечер, на удивление, прошёл без сомнительных личностей и косых взглядов, в которых он боялся увидеть осведомлённость о его происхождении. Катя наслаждалась его обществом, а он старался не думать об Алисе, хранившей подозрительное молчание и отсиживающейся в комнате бабули последние два дня.

Сначала парень пытался обнаружить в толпе гостей кого-то из окружения Далматинца, но всё тщетно. Никто из ранее виденных им в лаборатории людей сюда не заявился. Даже учёные, о которых говорила его девушка, оказались просто местными светилами бюджетной медицины, а вовсе не всемирно известными личностями. Ионов несколько раз скрывался в доме с коллегами по работе, почти не пересекаясь со своей дочерью и её парнем.

Так что, когда стемнело, Максим полностью расслабился и тоже начал наслаждаться болтовнёй Кати и живой музыкой, звучавшей из глубины сада. Именно поэтому появление Ольги Кирилловны стало для него полной неожиданностью.

Парень замер от удивления и дал без возражений отвести себя в сторону.

— Улыбнись, не показывай всем, что ты ошарашен. Меня пригласили как твою бабушку. И он сейчас смотрит на нас.

Он растянулся в улыбке, заметив, и правда, слишком пристальный взгляд Ионова, сделавшего, судя по открытому рту, сегодня поистине великое открытие.

Максим громко произнёс:

— Бабуль, ты тоже здесь?!

— Прости, припозднилась. А ты уже домой собирался?

— Да, уже, — его натянутая улыбка наконец сползла, на секунду показав Ольге истинные чувства Максима.

Катя осторожно похлопала парня по плечу.

— Катя, познакомься, это моя бабушка, Ольга Кирилловна.

Девушка с открытым ртом воззрилась на родственницу своего парня. Она, конечно, видела раньше его бабулю, но так близко рассмотрела её только сейчас.

— Очень приятно. Много слышала о тебе от Максима. Ты — прекрасная девушка. Я рада, что он выбрал именно тебя.

«Что эта женщина несёт? Выбрал именно её… Причина в Ионове? Как так получилось, что она — его дочь, а я попался? Наша встреча не была случайностью?»

Он очень жалел, что не уехал раньше.

Лев Ионов подошёл к ним и протянул Ольге Кирилловне бокал вина.

— Добрый вечер.

— Рада встрече. Конечно, ваше приглашение оказалось для меня полной неожиданностью, но всё же я рада, что семья девушки моего внука так тепло к нему относится.

Максим чувствовал, как тошнота подкатывает к горлу.

— Я всегда ценил его, поэтому, думаю, нам стоит поговорить наедине, чтобы обсудить его будущее?

Катя схватила отца за локоть:

— Папа, что ещё за разговор?

— Он тебе потом расскажет. Если захочет. Идём?

Парень последовал за мужчиной.


Пройдя по длинному коридору, они вошли в рабочий кабинет хозяина дома. Максим, тщательно запоминая каждую деталь интерьера, опустился в кресло. Ионов расположился напротив.

— Твоя бабушка очень хорошо сохранилась для её возраста.

Максим сжал кулаки, но всё же решил не выдавать своих истинных чувств, а придерживаться только что установленного на улице официального тона. Появление на встрече Ольги говорило о том, что Далматинец раскрыл его личность Финансисту, и теперь от него ничего не зависело. Его продали. Но…

«…Далматинец собирается избавиться от него… Так почему? Деньги? Вряд ли… Приманка? Нет… Я и так достаточно близко… Тогда что?»

Парень широко улыбнулся:

— Всё так говорят. Даже моя мама.

— Твои родители не собираются возвращаться? Я их ни разу не встречал на школьных собраниях… Как часто они навещают тебя? Или ты… сам к ним заезжаешь?

Этот допрос походил на составление резюме.

— Нет, пока не собираются. Они проводят важные исследования. Изучают парниковый эффект и его влияние на озоновый слой Земли.

Ионов откинулся на спинку кресла и неожиданно громко рассмеялся. По его лицу было видно, что он находится в состоянии эйфории. Максим даже не сомневался, что, будь у того возможность, этот человек ощупал бы его с головы до ног.

— Максим, я позвал тебя, чтобы предложить работу. Конечно, возможно, у тебя уже есть планы?

— Пока нет.

— Отлично. Я знаю, что ты интересуешься всем на свете, а твоя память феноменальна. Как насчёт того, чтобы стать моим партнёром? — Мужчина растянулся в довольной улыбке.

— Я не могу ответить прямо сейчас.

Максим растерялся. Чего от него ждут? Чтобы быть ближе к Кате, конечно, нужно соглашаться. Но если однажды… ему прикажут избавиться от её семьи, сможет ли он сделать это, находясь от неё на расстоянии вытянутой руки? Далматинец найдёт новый рычаг, чтобы заставить его?

«Опять я сомневаюсь… Зачем она пришла? Ведь они с этим человеком наверняка знакомы… Продемонстрировать товар можно было и при других обстоятельствах… Она до сих пор правая рука Далматинца? Определённо. Катин отец не говорит прямо, но точно уверен, что я — кандидат… Почему же? Далматинец не хочет, чтобы я сорвался с крючка, поэтому… Катя является его гарантом. Он знает, что я не сбегу… не буду действовать больше импульсивно… раз Алиса до сих пор жива… Он снова проводит эксперимент…»

Пока Максим рассуждал про себя, как правильно поступить, Ионов, не стесняясь, рассматривал его. В его мозгу уже строились наполеоновские планы по завоеванию мира и использованию эксперимента в своих целях.

— Знаешь, твоя бабушка напоминает мне одного человека… — Мужчина внимательно следил за реакцией парня, сразу уловив мимолётный испуг в его глазах. — Но та девушка работала на моего друга, и детей у неё не было на тот момент. Ольга действительно является твоей бабушкой?

— Да, это так. Почему вы спрашиваете?

— Я слышал, ты потерял память… пять лет назад?

Ионов смотрел ему прямо в глаза, ожидая ответа.

Максим на несколько секунд позволил себе закрыть глаза. В любом случае они оба знали правду. Тишина, нарушаемая только звуком движущейся секундной стрелки настенных старинных часов, нестерпимо давила на нервные окончания, заставляя думать быстро.

Наконец парень выдавил из себя вымученную улыбку:

— Да, потерял. Если бы не бабуля, я мог сойти с ума. Авария. Кома. Несколько недель находился между жизнью и смертью, а потом очнулся. Родителей рядом не было, только она.

Мужчина вдруг поднялся и подошёл к окну. Максим догадался, на кого тот смотрит.

— Мне просто интересно… ты родился таким или…

«Всё-таки сомневаешься? Думал, тебе преподнесут меня на блюдечке с голубой каёмочкой? Далматинец вот даже не задумывается, когда экспериментирует над нами… Катя, твой отец уже проиграл… прости…»

— В три года родители открыли моё умение запоминать информацию. По мнению учёных, обычный человек может запоминать лишь несколько процентов всей информации, которая проходит через его мозг, причём новая информация неизменно вытесняет старую… Это общеизвестно. Остальная часть воспоминаний прячется в подсознании, как книги на полке в библиотеке. Пока не возьмёшь в руки и не откроешь, не узнаешь, что там написано. В случае таких, как я, информация всегда в свободном доступе… Все книги в руках и доступны моей памяти… Но, конечно, этот вопрос всё равно до конца не изучен, поэтому рассуждать можно долго, что же у меня за феномен, — Максим говорил без эмоций, будто излагая заранее выученный текст. — В тринадцать лет, попав в аварию, организм не выдержал нагрузки, и часть информации из моей памяти просто исчезла или закрылась, если снова проводить параллель с книгами. После этого я не помню своего детства. Нам сказали, что с одарёнными такое случается. Стрессовая ситуация, авария, сбой в организме — всякое может случиться. Но в остальном я нормален, как обычный человек, если вас беспокоит именно это…

Ионов бросил на него быстрый взгляд через плечо и снова продолжил наблюдение за Ольгой.

— Меня интересовало не совсем это, но ты рассеял мои сомнения… Я не ошибся.

Его вздох означал долгожданное облегчение.

— Я могу обдумать ваше предложение? — Максим поднялся, чтобы избежать новых вопросов.

— Конечно.

Мужчина вернулся и, похлопав парня по плечу, всё же не удержался и сжал пальцы.

— Но ждать долго я не привык. Я столько лет ждал тебя, так что теперь точно не упущу… Иди.

— До свидания.

Максим резко развернулся, буквально выдернув своё плечо из-под руки Катиного отца, и быстрым шагом вышел.

Ионов развернулся обратно к окну.

«Всё так же прекрасна… Бывает же… Что за ирония? Я мог и догадаться, что с этим ублюдком что-то не так… Эти волосы, я уже видел однажды… Точно, в тот день мальчишка с белыми волосами прошёл мимо меня… когда я… приходил к Далматинцу… Так близко, аж жутко…»