Анна Никки. Дотянуться до солнца. Глава 40

Дотянуться до солнца
Автор: Анна Никки

Глава 40

Абиссинец вздохнул:

— Да, я не знаю ответов на эти вопросы. Но мы можем вместе попытаться?

Максим покачал головой, но мужчина продолжил:

— Знаешь, зачем Финансисту Алиса? Не отрицай, что он приходил за ней… Она нужна не ему, а твоему отцу…

Парень снова покачал головой:

— Зачем же? Какие счёты у Далматинца с этим человеком, чтобы использовать её как прикрытие? Ты сам сказал, что он платит по счетам…

— Элис.

Алиса опустила глаза. Она прекрасно понимала, чего добивается Абиссинец, но не хотела этого сейчас. Максим подошёл к ней и приподнял её подбородок, чтобы видеть глаза.

— В чём дело?

Девушка отвернулась от него.

— Элис, ты ведь понимаешь, что без информации нам не справиться, — Абиссинец подался вперёд.

Она повернулась к нему и ехидно проговорила:

— Тебе не справиться… Тебя там не было…

— Почему ты боишься? Он не причинит тебе вреда, иначе убил бы, как только память вернулась к нему. Если ты расскажешь ему, станет проще…

— Да что ты знаешь?!

Абиссинец встал рядом с Максимом:

— Да, я, может, ничего и не знаю, но всем здесь понятно, что ты боишься Кирина.

Её лицо стало похоже на восковую маску. Алиса изо всех сил пыталась сдержать свои истинные чувства и не дать воли эмоциям. Она не могла сейчас всё рассказать. Не понимала почему. Просто не могла. Только не сегодня.

— Это касается того дня?

Голос Максима заставлял её внутренности сжиматься от страха, что правда всплывёт наружу, и он не простит её никогда. Получая каждый раз новый шанс, она боялась, что следующий станет последним в их непростых отношениях и она точно его потеряет.

— Да.

— Ты боишься?

— Да.

— Меня?

— Да.

— Что могу убить?

— Нет. Это лучшее, что ты можешь сделать для меня.

— Ты правда хотела занять моё место? — Его внутренности тоже сжались от страха в ожидании ответа на прямой вопрос.

— Д-да.

Лицо парня побелело от злости.

— И ты сама просила у отца об этом? Слова Финансиста — правда?

— Ответ тебе известен.

Максим не удержался и, схватив её за ворот, хорошенько встряхнул:

— Ты! Сколько можно?! Что творится в твоей голове?! Объяснись уже, прошу… Я не понимаю тебя!!!

Все в комнате замерли в недоумении от происходящего. Неожиданно он оттолкнул её от себя, и, отлетев к стене, она медленно сползла на пол.

Боль разлилась по её телу с новой силой, притупляя, однако, чувство горечи и отчаяния от осознания своего нового предательства. Алису волновало только одно: теперь он больше никогда не попросит её о помощи, теперь он больше никогда не улыбнётся ей, теперь он больше не поверит ей…

«Будь я на его месте… Не дала бы себе так легко отделаться…»

Поэтому, когда девушка услышала звон вынимаемого из ножен меча, её губы сами собой растянулись в благодарной улыбке.


Максим не понимал её. Если бы тогда не слышал всё своими собственными ушами, сейчас просто рассмеялся бы ей в лицо. Но он помнил всё до последнего слова, до того момента, когда дверь закрыли…

Последний разговор Далматинца и Элис…

«Она хотела занять моё место! Она хотела занять моё место? Продолжает, даже зная, что может лишиться жизни… Почему же продолжает бежать от Далматинца, если согласилась занять его… Продолжает защищать меня, если желает его… Готова умереть… от моей руки… Она хочет именно этого? Что ты скрываешь от меня? Случившееся в тот день настолько ценно, что стоит твоей жизни? Посмотрим, чего на самом деле стоишь ты сама…»

Он с презрением окинул девушку взглядом и, быстро выкинув руку в сторону, с лёгкостью вытащил из ножен меч Самуила.

Никто даже не успел среагировать, а остриё уже касалось его горла.

Улыбка озарила её лицо, и она открыла глаза.

Максим больше не нуждался в объяснениях. Всё встало на свои места. Чтобы защитить его, Алиса соврала ему.

«Ты боишься не меня… себя…»


Девушка открыла глаза, приготовившись умереть, но вместо своей смерти увидела остриё у его шеи. Все её черты мгновенно исказились гримасой ужаса.

— Нет! Пожалуйста… остановись… Максим…

Её прерывистый шёпот звучал в полной тишине, словно предсмертный вопль, но в его взгляде не было и тени сомнения — только решимость и презрение.

Парень усмехнулся:

— Боишься, что я умру, и Далматинец откажет тебе? Или ты боишься за меня? Чего на самом деле ты боишься?!

Он надавил сильнее. И когда на его коже появилась кровь, все увидели самую настоящую безумную человеческую агонию. Алиса просто перестала контролировать себя. Страх его потери настолько засел в её мозгу, что заставил вновь испытать те же чувства, что и пять лет назад.

Перед глазами девушки стоял сейчас не взрослый Максим, а тринадцатилетний мальчик, прикованный наручниками к своему старшему брату. Ей казалось, что он снова падает на пол без сознания. Снова и снова. Бесконечно.

Алиса снова видела в его глазах смерть…

«Я не переживу это… Нет, не умирай… Максим… Пожалуйста…»

— Прошу, пожалуйста!!! Убей меня, только остановись… прошу… НЕТ!!!

Девушка кинулась к нему, но внезапно покачнулась и упала. Темнота скрыла от неё его испуганное лицо.
 

Парень кинулся к ней, бросив ненужный больше меч на пол.

— Алиса, нет…

Самуил облегчённо вздохнул и попл;лся к мечу, бормоча на своём родном языке:

— Что за бред они несут… Мелодрамы отдыхают. Угрожают друг другу, а потом бросаются друг к другу с воплями… Идиоты!

Единорог вздохнул и улыбнулся:

— Абиссин, ты специально это сделал? Что там произошло пять лет назад, что они так реагируют?

Наставник опустился рядом с девушкой.

— Нужно перенести её на кровать. Доктор, что там на улице?

— Всё ещё там.

— Кирин?

— Отойди. Я же сказал, чтобы ты к ней не прикасался!

Абиссинец встал и похлопал Максима по плечу.

— Она не виновата.

— Знаю, нужно вывезти её отсюда прямо сейчас.

Мужчина кивнул.

— Самуил, Единорог.

Парни кивнули и вышли.

— Через пять минут можно будет выходить. Они их отвлекут.

Максим осторожно взял Алису на руки и направился к выходу.


Самуил осторожно выглянул из-за угла.

— Они нас всё равно заметят. Мы не знаем, сколько их там, за деревьями. Отсюда невозможно…

— Сейчас уже всё равно, — Максим с тревогой вглядывался в лицо Алисы. — Пока здесь люди Далматинца, она не станет со мной разговаривать.

Его руки горели, ощущая жар её тела.

Доктор приложил ладони к её лбу.

— У неё высокая температура, — он с укором посмотрел на парня, а затем на Абиссинца. — Неужели нельзя было оставить ваши разборки до того, как она выздоровеет? Если она…

— Хватит!

Максим разозлился. Нотаций ему ещё только не хватало. Его и без того расшатанные нервы были сейчас на пределе. Он понимал, что их всё равно поймают, но старался держать себя в руках и думать лишь о том, что в данный момент реакция Далматинца на их побег вовсе не важна, и главное для него — только она.

Парень закрыл на секунду глаза. Все смотрели на него в ожидании.

— Идём.
 

Самуил вышел из укрытия и поднял руку в приветственном жесте. Он направился в сторону машины, скрытой за кустарником. С интервалом в пять шагов за ним шёл Единорог.

Максим с Абиссинцем должны были скрыться в противоположном направлении, когда парни отвлекут сидящих в машине и выманят скрывающихся в зарослях.

— Эй, ребятки! Прикурить не найдётся?

Самуил поднял над головой сигарету, широко улыбнулся удивлённым наблюдающим и медленно продолжил приближаться к ним. За его спиной маячил Единорог, играя ножами и с явной враждебностью косясь на машину. Наёмники в недоумении переводили взгляд с одного на другого, не понимая, откуда здесь взялись посторонние.

Это дало Самуилу время, чтобы подойти к машине вплотную. Он потряс перед окном сигаретой и постучал. Несмотря на жару, стёкла в машине были подняты. Все четверо теперь смотрели только на него.

Самуил изобразил удивление и снова постучал:

— Эй, молодёжь! Дай прикурить! Что сидим, пялимся?

Окно поползло вниз. Водитель высунул голову наружу.

— Что ты здесь делаешь?

Самуил с самым невинным видом огляделся вокруг и, невзирая на то, что его майка и брюки с множеством карманов цвета хаки, а также длинный чёрный плащ без рукавов предполагали другую причину его нахождения здесь, непринуждённо ответил:

— За грибами вышел, а спички забыл. А тут вы, ребята… Вот гадость, ой, то есть радость, думаю…

Улыбка Самуила сползла набок, когда парень, сидевший за рулём, потянулся к телефону. В этот момент его висок пронзил нож, и голова наёмника легла прямо на руль. Предрассветную тишину пронзил резкий звук автомобильного гудка.

Самуил вытащил из-за спины меч и, выбросив руку вперёд, поразил им пассажира на переднем сиденье. Остальные попытались выбраться наружу. Но ещё до того, как им это удалось, обоих постигла участь товарищей.

Единорог поднял ладонь и хлопнул ей по подставленной ладони Самуила. Бойцы Абиссинца рассмеялись.

— Хочешь умереть молодым?

— Ну, этому сердечный приступ точно не грозит… — Единорог указал на парня впереди. Меч поразил того прямо в сердце.

Из зарослей на парней выскочило двенадцать человек.

Самуил подмигнул заместителю, и оба одновременно обернулись на дом. Там никого не было. Значит, Абиссинец благополучно ушёл. И даже если кто-то из наёмников успел отправить сообщение об их побеге, когда прибудет подкрепление, они испарятся в неизвестном направлении. Тем более, судя по яростным атакам противников, в их задачу не входило преследование, иначе они не вылезли бы из леса всей оравой, чтобы остановить их.

Бойцы бились спина к спине, не давая наёмникам и шанса ударить или ранить. Наоборот, их задачей было оставить их здесь навсегда.


Когда Самуил нанёс удар мечом, Абиссинец тронул Максима за плечо:

— Пора!

Парень кивнул и поспешил за наставником в лес.

Но как только они оказались вне зоны видимости наёмников, он резко остановился и приказал то же самое сделать Абиссинцу.

Тот проследил за его взглядом:

— Кто это?

Мужчина замер, увидев в руках вышедшего из-за дерева человека пистолет. Дуло оружия было направлено прямо на них.

— Что за чёрт? — Абиссинец встал перед Максимом.

Парень вздохнул, принимая неприятное для себя решение:

— Возьми её.

— Кирин…

— Быстрее, времени мало. Не хочу, чтобы Алиса пострадала.

Прогремел выстрел. Человек, поняв, что собирается сделать Максим, выстрелил в воздух:

— Не двигайтесь!

Максим с тревогой сглотнул. Палец Михалыча то и дело соскальзывал с курка, создавая опасность случайного выстрела. Водитель исходил испариной. Парень ощущал его страх настолько чётко, что в нетерпении впихнул девушку Абиссинцу:

— Быстро, уходи! — Он повернулся к стрелку. — Михалыч, успокойся. Ты не можешь убить её.

— Я не уйду отсюда без неё! Ты обещал передать её мне!

— Нет, я говорил, что подумаю.

— Тогда я убью вас! Она не может достаться Далматинцу!

— Михалыч, с каких пор ты стал исполнять такие приказы?! Ты не хочешь этого, я же вижу… Опусти оружие…

Максим видел сомнения в глазах мужчины, но пистолет всё ещё был направлен в их сторону.

«Что это за беспрекословное подчинение? Он же просто водитель… Есть что-то ещё? Я тоже не смогу ослушаться, если мы попадёмся? Если он узнает, её накажут? Снова из-за меня…»

Парень зажмурился и помотал головой, отгоняя незваные и болезненные картинки прошлого… Алиса на коленях… Алиса, стиснувшая зубы от боли… Алиса в изнеможении в тренировочном зале… Алиса с непроницаемым взглядом… Алиса, прижимающая его к своему плечу… Алиса, отчитывающая его за слабость… за слёзы… за ошибки… за непослушание… Алиса, защищающая его в любой ситуации… Алиса, говорящая Далматинцу…

«…Отец… Я бы хотела занять место Кирина…»

Он упал на колени, изо всех сил сжимая виски, и зарычал. Абиссинец опустился рядом:

— Кирин… Максим?

Парень, не поднимая головы, хрипло прошептал:

— Беги, я сказал. К машине… — Он резко вскочил и встал так, чтобы наставник оказался за его спиной. — Давай! Стреляй! Только целься лучше, иначе… я убью тебя…

Максим сделал шаг к водителю, заставляя того занервничать ещё сильнее. Михалыч отступил:

— Стой! Я правда выстрелю!

«В таком состоянии ты не сможешь даже сбежать отсюда… не то что забрать кого-то…»

Раздался новый выстрел. Абиссинец в страхе обернулся, но парень стоял всё в той же позе.

Михалыч сглотнул:

— Как это возможно?

— Ха-ха-ха… Как сказал твой хозяин, я всего лишь материал. А материал нельзя убить, он — не человек!

— Ты — сумасшедший!

— Да, иногда. Поэтому передай своему хозяину: она — моя… только моя!

Он развернулся и побежал за Абиссинцем. Теперь можно было вздохнуть немного свободнее.
 

Когда Максим добрался до машины, все уже были в сборе. Абиссинец продолжал держать Алису на коленях. Злость снова накрыла его. Одна только мысль, что её касаются чужие руки, выводила парня из себя.

— Он не попал в тебя?

Парень усмехнулся:

— Это было бы смешно. Отдай!

— У неё всё ещё температура. Не тряси её, — Абиссинец осторожно передал девушку Максиму.

— Это был один-единственный раз, так что…

Теперь усмехнулся наставник:

— А вот это, на самом деле, смешно. Единорог, поехали.

Машина тронулась.

— Абиссин, куда?

— Выруливай пока на трассу, там решим.

Максим чувствовал, что её жар проникает даже через его одежду.

— Нужно сбить температуру.

— Я вколол ей жаропонижающее, нужно подождать, — Доктор показал ему шприц.

Парень кивнул и прижал её к себе ещё крепче.

Через некоторое время, убирая сбившуюся прядь с её лба, он вдруг поймал себя на мысли, что в будущем хочет прикоснуться к её губам ещё раз.