Анна Никки. Дотянуться до солнца. Глава 50

Дотянуться до солнца
Автор: Анна Никки

Глава 50

Абиссинец разложил карту на столе.

— Прослушки здесь нет, но нельзя быть уверенным…

Максим кивнул:

— Нельзя, но её точно здесь нет. Он думает, что знает нас, так что уверен: примерно через час я сорвусь в дом Ионовых, кляня на чём свет стоит Алису.

— Это не так?

— Если только в мыслях. Вы — мой сдерживающий фактор. И я — не Дракон — могу себя контролировать… По крайней мере, постараюсь.

Абиссинец улыбнулся ему. Парень отвёл взгляд.

— Хорошо. Смотри. Теперь там что-то вроде бункера. Всё переделали. Видимо, Финансист выкупил этот дом через третьих лиц после случившегося пять лет назад. Снаружи дом кажется нежилым, но участок ухоженный.

Максим взял одну из фотографий и нахмурился:

— Выглядит как дачный домик.

— Так и есть. По документам хозяином является пенсионер.

Парень хмыкнул:

— Кто бы сомневался.

— Единорогу и Самуилу удалось проникнуть внутрь, но всё помещение осмотреть не удалось. Там много закрытых комнат.

Самуил скривился от такого описания:

— Ага, комнаты, как же. Камеры тюремные, вот что это!

— Тоже так думаю, — Абиссинец бросил на него недовольный взгляд, но всё же согласился. — Племянника Самуила могут держать именно там. Но возможности попасть внутрь мы не нашли. Так что это только догадки.

Самуил выругался. Настрой улетучился, как только он представил своего мальчика в одной из таких «комнат». Он со злостью скосился на Максима, заметив, как тот настороженно перевёл на него взгляд.

— Не волнуйся. Я тоже умею держать себя в руках, когда того требует момент.

— Твой племянник вернётся, как только мы уничтожим лабораторию.

Единорог подбросил вверх один из ножей и спросил:

— Ты уверен, что нужны такие трудности? — Нож приземлился на ладонь.

Максим улыбнулся:

— Я не за себя волнуюсь. Если не получится, то не только Алису мне не спасти, и они будут преследовать нас всю жизнь… но я не смогу спасти вообще никого — и его племянника, и Катю, и… даже Дракона. Если мы когда-нибудь сойдёмся в настоящей схватке, то умрёт не один из нас, как считает Алиса, — мы будем драться, пока не умрём оба… Остановить нас не сможет никто… — Его лицо скривилось в гримасе. — А это будет означать только одно: она окажется в ещё большей опасности.

Все молча снова склонились над картой, и Абиссинец продолжил:

— Сейчас там только один охранник, но по периметру — камеры.

Парень удивлённо приподнял бровь:

— Странно, что только один.

— Охрана у них здесь, — Единорог ткнул в здание, расположенное на некотором расстоянии.

— Понятно. Он всё-таки перестраховался. Большое количество народа может привлечь лишнее внимание. Его должны были проверять…

Абиссинец кивнул:

— …и проверка показала, что это просто небольшой частный участок под посадки. Старые входы замурованы, а о новых…

— …знает только Далматинец, — закончил Максим.

Самуил игриво прищурился и почти пропел:

— …и мы теперь… Знаешь, ему даже не нужно приближаться к дому, чтобы попасть туда.

Максим перевёл взгляд с плана на Самуила и вопросительно склонил голову набок:

— Он не знает? — Вопрос предназначался Абиссинцу.

— Нет.

— Не знаю, о чём?

Самуил расплылся в улыбке:

— Войти можно из соседнего дома. Он принадлежит совершенно другому человеку, но мы-то знаем, чьё это хозяйство. Там настоящие катакомбы. Проект, похоже, долгоиграющий, начатый несколько десятков лет назад… Ты, правда, не знал?

Парень помотал головой и обратился к наставнику:

— А ты знал?

— Догадывался. Иногда Далматинец уходил с главного входа, а потом неожиданно появлялся в противоположном крыле. Ещё тогда я подозревал о запасном выходе, но из-за дочери больше не выяснял… Сейчас вспомнил об этом, и мы проверили.

— Мы можем войти с той стороны?

Наставник с сомнением покачал головой:

— Не знаю. Мы не пошли туда, чтобы нас не обнаружили раньше времени. Просто видели, как человек, ухаживающий за садом, заходил в беседку, а затем появился в саду у старой лаборатории. Через некоторое время, после того как он вошёл в дом, мы обнаружили его стригущим кусты с противоположной стороны… Это значит, что выходов несколько. Можно, конечно, выяснить, но, как ты сказал, времени у нас нет… Это знание пригодится нам при выходе из лаборатории. Не думаю, что охрана в курсе всего.

Вот, посмотри, — наставник показал Максиму коридор, который раньше не использовался. — Вход теперь там. Так вот, мы прошли до этой точки без проблем. Ни одной камеры. Их нет и в помещениях, где раньше располагалась сама лаборатория, так что ребята всё осмотрели, но ничего интересного не обнаружили, кроме голых стен и плесени. А вот здесь, дальше, уже установлены камеры и инфракрасные ловушки… Единорог постарался проникнуть как можно глубже в помещение и осмотреть второй коридор, но это мало что дало. Там располагаются закрытые помещения, похожие на камеры.

Максим ткнул пальцем в старую лабораторию и спросил:

— Почему там нет камер? Это странно.

— Мы прошли досюда, — Самуил ткнул пальцем на вход. — Возможно, внутри, но сомневаюсь.

— Хорошо, а с охраной что?

Единорог провёл указательным пальцем по плану:

— Они особо не светятся. Сидят себе тихо, но, если заметят движение, думаю, будут в доме минуты через три. Там их около двадцати человек…

— Они что, там живут?

Абиссинец кивнул:

— Да, как мы раньше. В одной группе по восемь человек — дневная и ночная. Тренируются и обыгрывают разные варианты нападения. Остальные четверо — на хозяйстве.

Самуил недоверчиво помотал головой и спросил:

— Мы же к ним и на пушечный выстрел не приближались, как ты узнал?

— Как сказал Максим, Далматинец — педант до мозга костей. Когда я работал в лаборатории, именно так всё и было… Хоть это и был частный проект, но на территории все подчинялись непосредственно ему. Начальство находилось далеко, особо не стремясь запачкать об это руки, так что… Хотя нет, думаю, на хозяйстве у них трое, а последний — руководитель, как я… Также могу точно сказать, что предприятие, которым руководит Далматинец, стоит огромных денег, и там сидят профи.

Единорог поднял нож, привлекая внимание:

— Ещё вопрос. Если сейчас Финансист и Далматинец не работают вместе, то кто это всё спонсирует?

Абиссинец вздохнул:

— И то правда. Максим, как ты думаешь? Максим…

Парень оторвался от своих мыслей. Это приходило ему в голову, но полной уверенности не было:

— Учитывая желание тех людей нас поймать и изолировать, у отца есть новый Финансист… Либо их всегда было несколько…

— Не может быть…

— Да. Думаю, Далматинец, планируя избавиться от влияния Финансиста, решил найти нового спонсора, но неудачно. Возможно, его подставил сам Ионов. И кем бы ни оказался этот новый человек, он намного влиятельнее своего предшественника и может угрожать ему. Он хочет либо взять под своё влияние весь проект, либо вообще устранить его, чтобы завладеть экспериментом.

— Логично. Но как они собираются поймать нас всех разом, если Дракон в доме Ионовых, мы здесь, а Далматинец…

— Вот именно, даже вы не знаете, где он, — Единорог подкинул нож и тут же поймал, не сводя взгляда с Максима.

Парень задумался:

«Логично… Конечно, логично, но… Слишком уж все пазлы на удивление быстро выстроились в нужную комбинацию… Удобную для всех сторон…»

— После того как вернул себе память, я не встречался с ним. Точнее, Далматинец по какой-то причине сам избегал встреч, хотя я настаивал на этом. Все мои просьбы просто игнорировались. Теперь понимаю, почему. Но я видел его во дворе дома, где жили мы с Ольгой. В тот день он наблюдал за мной и Катей из машины… И в тот день Алиса показала мне папку…

Наставник вскочил и быстро произнёс:

— А я виделся с ним в тот день, когда ранили Алису. Он назначил мне встречу, поэтому парни отправились туда со мной… Мы не следили за вами в тот день…

Самуил фыркнул, передёрнув плечами:

— И не зря. Там затаилось столько теней, что на всех троих хватило бы с лихвой. Его охраняло очень-очень много этих ублюдков… Агрх…

Абиссинец устало опустился в кресло, чувствуя горький привкус желчи во рту.

Максим вздохнул:

— Когда он направил нас в нужном направлении, то просто исчез, выставив перед собой Феникс и показав нам, что мы не такие уж и особенные. Кроме нас могут существовать и другие кандидаты. Вот почему он так хотел вернуть мне память.

— В тот день он сказал мне, что она вернулась. А я даже не осознал до конца, не придал значения его словам… Ему же нужно было убедиться, что слежки нет…

— Да, чтобы вы не помешали мне спасти Алису. Он хотел, чтобы его творение почувствовало себя загнанным в угол, зная, как я отношусь к ней. Упираться бессмысленно… Вот что он показал мне… — Парень скривился от боли, которая приходила теперь каждый раз, когда он вспоминал её агонию. — Сначала я считал, что наше исчезновение ничего не решит, нас никогда не оставят в покое, и рано или поздно обнаружат. Но видение ситуации всегда происходило лишь с моего ракурса… Сегодня я поставил себя на место каждого из нас… И знаете что? Если сегодня мы не исчезнем, двое умрут. Но, исчезнув, через Феникс сможем поймать Далматинца. Он обязательно отправит её на наши поиски. И это даст нам шанс уничтожить лабораторию.

Абиссинец закусил губу, а Самуил, удовлетворённо улыбаясь чему-то своему, откинулся на спинку кресла.

Единорог поднял нож и спросил:

— Как мы сможем следить за ними, если придётся прятаться?

— Мы не будем прятаться, а заманим Феникс в ловушку. Капитан, нам понадобится оборудование, — Максим игриво улыбнулся.

— Сколько угодно, — Самуил козырнул парню.
 
Заместитель снова подал голос:

— Это всё, конечно, забавно, но Элис должна забрать документы сегодня. И на какой день он назначил эксперимент, мы не знаем. Получится застать его врасплох? Понятно же, что он может зайти в дом с той стороны, о которой нам неизвестно.

Максим помотал головой и ответил:

— Необязательно. Он может появиться в последний момент. Тем более, если лаборатория блокируется, то у нас не будет возможности проникнуть внутрь. Алиса окажется в большой опасности.

— Кирин прав. И смысл его поимки сойдёт на нет, если нас тоже поймают. В конце концов, он может сидеть уже там, ожидая Элис. Нет, это опасно. Нужно время, чтобы всё обдумать.

Заместитель кивнул:

— Хорошо. Как будем исчезать?

Максим взял чистый лист и наспех начертил схему двора.

— Посмотрите. Алиса сделает вид, что отправляется на встречу, а Абиссинец перехватит её у дороги. Мы пойдём позже, из последнего подъезда…

Самуил вопросительно посмотрел на него:

— И как? Мы во втором.

— Через чердак.

— И зачем? — Самуил поднял глаза кверху, делая вид, что высчитывает вероятность успеха их предприятия.

Максим непонимающе-снисходительно смотрел на человека, сидящего рядом. Наконец парень опустил глаза и улыбнулся:

— Эй, не смотри на меня так. Хочешь, чтобы они поверили в нашу слежку и отвлеклись на нас, а она в это время сдёрнет, так?

— Почему тогда вопросы задаёшь?

— Скучно. Хочу, чтобы ты поболтал, как нормальный человек, а то всё время…

Абиссинец громко вздохнул и закатил глаза от негодования. Единорог сделал то же самое, но только чтобы не рассмеяться. Самуил никогда не умел сдерживать эмоции и сейчас смотрел на парня глазами, полными участия.

— «Исчезни! Не твоё дело!», а Абиссин потом вставляет по первое число! — Он говорил то по-русски, то по-корейски, но при этом широко улыбался, видя озадаченное лицо Максима. — Когда ты говоришь, кажешься нормальным…

— Самуил, это уже слишком! — Абиссинец даже вскочил. — Я просил тебя!

Его запястье обхватили пальцы Максима:

— Всё нормально.

А потом он начал смеяться. Звонко и заливисто. Все трое с изумлением уставились на парня с белоснежными волосами, держащегося за живот. Он смеялся от души.

Немного успокоившись, он протянул руку Самуилу:

— Спасибо. Ты… Действительно хочу пожать её. Ты не ненавидишь меня, несмотря на гибель сестры и похищение племянника моим отцом… Даже зная, что это наша с Алисой вина…

По мере того как он говорил, улыбка сходила с лица, пока его глаза не стали совершенно серьёзными. Парень держал руку на весу, терпеливо ожидая ответного жеста. Самуил громко сглотнул и посмотрел сначала на наставника, затем на Единорога, и снова его взгляд вернулся к Максиму:

— На самом деле я очень сильно ненавижу тебя, хотя, как человек, понимаю, что вы невиновны. Прости, но пожать твою руку я не могу… В данный момент.

Парень убрал руку и кивнул:

— Всё равно, спасибо. Если бы не вы, я…

— Ты бы не сделал этого, — Абиссинец похлопал его по плечу.

Максим натянуто улыбнулся. Атмосфера игривости полностью растворилась.

— Сейчас не до шуток? — Он подмигнул Самуилу.

Единорог закивал и вернул их к насущной проблеме:

— Так всё-таки, где мы будем прятаться, чтобы не пропустить момент? Три дня — немалый срок.

— В старой лаборатории.

Самуил замотал головой, не веря своим ушам:

— Где-где?

— В старой лаборатории. Никто не подумает нас там искать. Даже Далматинец. За три дня мы сможем найти запасной выход, а с оборудованием Самуила подключиться к системе слежения.

— Подожди, а как же охрана?

— Думаю, это не проблема. Когда Феникс сообщат, что мы пропали, на наши поиски бросят всех свободных собак. И, думаю, слежка за домом ослабнет. Тем более вы смогли проникнуть внутрь даже при такой охране…

— Одно дело — один, другое — группа…

— Их главная цель — не упустить Алису, а моя — убедиться, что с ней и Катей ничего не случится.

— Пока я не заберу документы у Влада, он не притронется к ней и пальцем. Это приказ Далматинца. Финансист должен прочувствовать до самого конца свой проигрыш.

Все обернулись к двери. Алиса, держась за косяк двери, стояла в проёме. Её бледность резко контрастировала с краснотой губ. Максим вскочил с кресла и подбежал к ней.

Решение — уйти и остыть — оказалось верным. Того, на что рассчитывал Далматинец, он не испытывал.

— С тобой всё в порядке?

— Да. Дракон не убьёт её, пока я не встречусь с ним. Для Далматинца это будет означать моё согласие на участие в эксперименте и твою осведомлённость о действиях брата. Но я не знаю, что он предпримет, если мы исчезнем. Ты уверен, что всё просчитал?

Максим приобнял Алису за плечи и усадил в кресло. Несмотря ни на что, ему всё ещё хотелось защищать её и вырвать из мира их сумасшедшего отца. Мира, который в любой момент мог превратиться для них в кошмар.

Единорог неуверенно тронул парня за плечо:

— Её срочно нужно осмотреть. Если ты не против…

— Против. Но согласен, её нужно осмотреть.

Девушка протянула к нему руку и сжала его пальцы в своих:

— Не волнуйся, я не допущу, чтобы Катя пострадала. То, что важно для тебя, важно и для меня… — Её голос дрожал. — Прости, что не сказала сразу…

Максим накрыл её руку и улыбнулся:

— Всё нормально. Я справлюсь.

Алиса с нежностью прижалась щекой к его руке.

Абиссинец изумлённо переводил взгляд с одного на другого, не понимая, что происходит, но полностью осознавая, что они стали свидетелями обмена далеко не братскими чувствами.

Самуил опустил голову и выругался на родном языке:

— Только за это ненавижу этих двоих. Достали.

Наконец Единорог прокашлялся в кулак, прерывая всеобщее смущение:

— Ты точно не сбежишь? Надеюсь, ты понимаешь, что необдуманные действия могут повлечь за собой гибель большого количества человек… В том числе и его.

Девушка кивнула:

— Что бы ни случилось, я останусь на его стороне. И без его приказа не сделаю ничего, что может навредить кому бы то ни было.

— Хорошо. Тогда нужно подготовиться. Времени совсем не остаётся.

Алиса потянула Максима за руку и шёпотом сказала:

— Прошу, не ходи туда.

Парень опустил глаза и помотал головой. Сейчас он не мог ей ничего обещать. Он подавлял её, но злость всё ещё жгла его изнутри.