Серёга, цветок и Любовь Ивановна

Провинциальный город N-ск.

Зима в разгаре! Снег белый, сугробы метровые, мороз забористый, небо ярко- синее, солнце ослепительное!   Во второй половине прошлого столетия зима была как зима, без дождя на новый год. Настоящая! День замечательный, одним своим видом поднимал настроение!

Двухэтажная   школа, покрашенная в жёлтый цвет, с покатистой крышей и большими окнами.

Уборщица тетя Клава опять опаздывает нажать на школьный звонок. А у многих уже имеются наручные часы как-никак! И некоторые из них сверяли свой хронометр вчера с атомными по телевизору, выставив с точностью до секунды!  И вот, наконец-то, под ропот: "Клавка, не спи!", молчаливо доносящееся из классов, звучит вожделенный звонок! Одна за другой начинают распахиваться высокие двери, из которых с воплями вываливается "броуновское движение", одетое в школьную форму. Ещё минута назад самое тихое в мире место, школьный коридор во время урока, наполняется гулом, топотом и толкотнёй.

Школа вытянута, и оба коридора первого и второго этажей дли-и-инные.
Учителя степенной походкой с журналом в руках направляются в учительскую, иногда вылавливая одной рукой бегающую по коридору друг за другом школоту, либо смотрящую куда-то вдаль мимо всех, либо хохочущую, либо готовую вступить в последний бой.

Где-то на подоконнике, подальше от учительских глаз, кто-то уже сложил почтовые марки в стопку и собирается одним ударом выиграть всё сразу у своего неопытного соперника. Правила простые: два игрока зажимают в руке по несколько марок, потом открываются и начинают подсчёт, у кого стопка дороже, тот и начинает. Сложив руку лодочкой, нужно стукнуть по стопке и резко поднять руку вверх и в сторону - что перевернулось, то ты и выиграл. Да, в этом полугодии мода на игру в марки. До этого была на пробки от тюбиков. Потом, скорее всего, начнётся мода по всей школе на денежную мелочь, так сказать "в трясучку". А потом ещё что-нибудь придумают. Телефоны-то были тогда дома с проводами, и по ним только звонили, поэтому народ придумывал самые разнообразные формы проведения своего времени.
На первом этаже огромное, больше двух метров, зеркало. Если тебе потребуется найти кого-то из девчонок, а где искать ты не знаешь, сиди у зеркала, придёт обязательно. К этому зеркалу для совершения ритуальных манипуляций каждая барышня была обязана подойти несколько раз в день. Какая-то у них особая связь с зеркалами, непонятная до конца мужскому населению. Особенно с теми зеркалами, которые в полный рост.

А вот видите на первом этаже толпу, сгрудившуюся у небольшого окошка? Это буфет! Пока не кончилась перемена, надо успеть купить пирожное, котлету или кекс. Ну… или хотя бы кольцо песочное, знаете ли, сухое такое, политое глазурью с арахисом. Купить и ещё успеть съесть. И успеть съесть желательно не только до звонка, неплохо бы ещё успеть до того момента, когда ты услышишь рядом до боли знакомый голос лучшего друга: "Дай откусить!"

Туалет на улице с тремя окнами вверху в виде бойниц без дверей и стекол, открытый всем ветрам, но совершенно никем не воспринимался как нечто ужасное, а как вполне себе обычное. А разве где-то есть по-другому? Народ тогда был более закалённым, на улицу в мороз до этого самого места могли пойти и без пальто, и без шапки. В мальчуковой половине этого каменного строения на каждой перемене стояло несколько парней разного возраста, некоторые с сигаретами в зубах, что-то обсуждая и периодически вытягивая шею, поглядывали в окно: не идёт ли кто из учителей мужской наружности.  Лица у курящих переростков были суровыми, не то что у некоторых школьников двадцать первого века: то ли ангелоподобных, то ли женоподобных - не поймешь. Разговоры были тоже другие, к примеру, могли обсуждать вчерашнюю драку в районе или на дискотеке, или кто какую кассету может дать переписать с новым музыкальным альбомом, или ремонт мотоцикла по весне, ну или, на худой конец, на каком мотоцикле лучше уходить от "ментов": на "Урале"- одиночке или на "Яве". И этот горячий спор происходил на фоне того, что ни "Явы", ни "Урала", ни другого "коня" не было ни у кого из знатоков! И вот кто-то резко бросает вслух: "Шеф!" Вся компания одновременно прячет бычки и выходит на улицу из облака дыма с лицами непричастными ни к чему. Шутка что ли, даже не физрук, а сам директор идёт по улице!

Одеты школьники были тогда, в стремящемся уходить XX веке, как упоминалось выше, в школьную форму. Девочки носили темно-коричневые шерстяные платья, поверх которых был чёрный или яркий белый фартук. Барышням старших классов советские магазины предлагали для покупки синие костюмы "двойки" и "тройки".  Женские брючные костюмы в солидных местах в то время совершенно не воспринимались серьезно, а школа была именно таким местом, солидным. Только юбки! И никаких дурацких клетчато-шотландских расцветок - всё строго и по-деловому. 
Девчонки подгоняли свою форму по фигуре и вместе со светлой блузкой и накрученной прической выглядели просто великолепно!

Школьная форма парней была из тёмно-синей шерстяной ткани. Никакой тебе синтетики. У младших и средних обитателей школы брюки и китель с двумя карманами-клапанами на груди, алюминиевые пуговицы от воротника и до пояса. Когда хотелось подурачиться, эти пуговицы использовали не по назначению: набрав пальцем побелку со стены и чуть смочив её слюной, надо было потереть по пуговице. Алюминий давал свой цвет побелке. Полученной мазью намазывалось под глазом, и получался великолепный фингал, носители которого с торжественным видом прогуливались по коридору!

У старшаков пуговицы были обычные, пластиковые, в количестве трёх штук на классическом пиджаке с двумя карманами по бокам и третьим нагрудным. Плюс какая-нибудь синеватая рубашка, на которой красовался черный тонкий галстук.  Всё строго и по-деловому. В таком серьёзном виде мо;лодцы присутствовали на уроках.  Потом могли побегать по школе, развивая по;лами расстёгнутого пиджака, или устроить весёлую потасовку.

С высоты птичьего полёта эта школьная масса, одетая одинаково, на первый взгляд вам могла бы показаться однообразной и монотонной. Но это только на первый взгляд. В то время в обществе строили коллективы как наиболее эффективную форму организации социума. Коллективы разные: трудовые, ученические и другие, со всеми атрибутами внешними и внутренними. И форма была очень часто необходимым атрибутом. Но если спуститься с высоты птичьего полёта и присмотреться к каждому, то вы, несомненно, увидели бы в этих людях ту самую интересную личность, а зачастую и яркою индивидуальность. Чуть позже, в начале девяностых, со всех говорящих утюгов началась пропаганда пресловутой "яркой индивидуальности", объясняли нам, что мы все "серые коллективисты" и нам нужно искать какую-то в себе изюминку, то есть неповторимость. И вот странное дело, коллективизм уже много лет как выброшен на помойку, кругом одни индивидуальности, однако смотришь порой на всю эту "неповторимость", и почему-то все на одно лицо. И чем неповторимее барышня, тем примитивнее её манеры, тем обязательно должны быть одинаково надутые губы и груди и совершенно никакой оригинальности в мышлении. Парадокс какой-то!

Про мужскую "яркую индивидуальность" лучше совсем промолчу…

Так! А что же это мы все на первом этаже? Вот лестница, поднимаемся на второй! Прямо с лестницы вид на кабинет завуча. Поворачиваем направо. Бюст Ленина на постаменте, затем учительская комната. Смотрим в приоткрытую дверь, обратите внимание во-о-он на ту женщину. Это учитель по географии Любовь Ивановна. И пока она оживленно разговаривает с кем-то из своих коллег с журналом старшего класса в коричневой обложке подмышкой, у нас есть немного времени её рассмотреть.
Что можно про неё сказать?  Пожалуй, подойдёт характеристика одним словом: среднее. В хорошем смысле. Она была среднего роста, средний комплекции: не худая, но и не сильно отягощённые лишним весом. Для своего возраста выглядела обычно.  Средне.  Одевалась обычно в платье, которое было не длинным и не коротким, средним. Голос её был спокойным, тихим его не назвать, но и громко она никогда не говорила, голос не повышала. Как-то по середине получалось. Трудно вспомнить, чтобы она отпускала шутки на уроке по какому-нибудь поводу и вместе с классом смеялась, но и суровым человеком тоже не была. Какой она была педагог?  Предмет свой знала - это точно, и вполне можно сказать, что учителем была хорошим. Так сказать, из золотой середины.  Но самое главное, что требовала она по своему предмету тоже средне. Любовь Ивановна прекрасно понимала, что география - это не математика, не русский язык, которые обязательно потребуются при поступлении в вуз. С одной стороны, у неё не было завышенных требований к своему предмету. Знаете ли, бывают такие учителя: " ... и меня не волнует сколько там вам задали по физике! А мой предмет вы будете знать!!!" Домашних заданий она давала немного, к тому же сам материал предмета был несложный, на уроке можно было немного поскучать или отвлечься разговорами на разные темы с соседом. Но с другой стороны, Любовь Ивановна не давала откровенно сесть на шею. На уроке друг с другом поговорить-то была возможность, но только не слишком заметно. Она была строга в меру, ровно настолько, чтобы это "ученическое стадо" не превратилась во что-то бесформенное и неуправляемое. Балагана на её уроке не было - это точно. А иногда это "стадо" взбадривалось мероприятием под названием контрольная.

 Всё было в Любови Ивановне средне и стабильно,  без крайности в одну или в другую сторону.

Под стать своей хозяйке был географический кабинет. Он не был таким маленьким, как кабинет русского языка под номером пятнадцать, но и не был огромным. Просто в меру просторным. Средним. Обычный класс. Большие окна, на стенах наглядные пособия в виде плакатов и прочего. Три ряда парт. Правда с партами в этом классе была особенность: перед вторым рядом, то есть перед средним, стояла дополнительная пустая парта, развернутая в обратную сторону. За ней никто не сидел. И на этой парте стоял цветок...  Да, тот самый цветок, без которого наше повествование дальше невозможно. Спросите: почему? Вы не поверите, но он действующее лицо в нашей истории!

Какой был цветок? Да тоже средний! Зелёный!  Рос в каком-то обычном горшке, небольшой, достаточно пушистый.  Он стоял на своём месте, на столе, и понятия не имел, что в эту аудиторию шёл старший класс для следующего урока. А урок обещал быть непростым, потому как именно сегодня то самое бодрящее мероприятие - контрольная по географии. Среди шагающего класса в кабинет шёл и главный герой нашего повествования - Серёга. Причём шёл не просто в класс, а торопился и торопился именно к этому цветку. Ох уж этот средний ряд в средней общеобразовательной школе! 

Как видите, наступило время познакомиться с Сергеем.

Старшеклассник среднего роста, худощавый, жилистый легкоатлет. Слегка вытянутое лицо с казацким носом и большими глазами венчалось вьющейся причёской. Перемещался он всегда широким, быстрым, размашистым шагом, слегка подавшись вперёд. Отличником он не был, но учился хорошо. В жизни ему было интересно многое: от спорта, музыки и политики, до всего того, что его удивляло. Большой любитель каких-то необычных идей и решений, а также хорошего юмора. Причём, если юмор был ещё и оригинальным, то это имело двойную ценность. Характер у Серёги был весёлым, как и у всей его компании. Школа, конечно, была местом получения знаний, но сам процесс был будничным и скучным, да, нужным, но заурядным. Обучение воспринималось как необходимость, от которой некуда деться. А вот интересным в школе было то, что это одно из мест сбора веселых компаний. В перерывах между занятиями можно было пообщаться, что-то обсудить, и что важно, весело провести время. Если получалось создать ситуацию, которой можно было не просто улыбнуться, а откровенно погоготать, то день считался удачным! Впрочем, Серёга и его друзья любую ситуацию пытались вывести в плоскость веселья. Всё по той же причине, чтобы день не прошёл даром. Говорят, что смех продлевает жизнь. О-о-о, в этом деле Серёгина компания весьма преуспевала!

Ещё он был большой любитель забрести к кому-нибудь в гости. Обычно это случалось тогда, когда наступал унылый период серой скукоты. На этот визит нужно было обязательно взять кого-то с собой. И прийти в гости нужно было туда, где тебя меньше всего ждали, и тем более в это время. Такое обстоятельство приводило встречающую сторону в некое смущение, а иногда и в очень большое.  Ради этого всё и затевалось!!!  К примеру, на недоумение по поводу: "чёйта вы припёрлись зимой на ночь глядя, когда уже скоро спать пора?!...", нужно было сходу придумать крайне вескую причину. Плюс небольшое упражнение со стороны Серёги в актёрском мастерстве, и вот вы уже чувствуете, как мрачный зимний вечер начинает наполняться новыми красками!

Если вы подумаете, что Серёга был наглым или хамом, о нет! Это не про него. Он был вполне порядочным человеком, ему не чуждо было чувство неловкости, стеснения, и в эти минуты он вполне естественно испытывал некоторое смущение. Да, да.  Только желание убежать от серости жизни пересиливало все минусы, встречавшиеся на его пути.   Причём заметьте, ведь не только сегодня день теперь складывался удачным, но и завтра будет что вспомнить!

Итак, дорогой читатель, мы вам представили главных героев, место, где происходит наше событие, время - всё, как по правилам сценарного искусства.
К слову сказать, если вы смотрите фильм (сейчас же очень редко кто читает, обычно смотрят) так вот, если вы созерцаете какое-то произведение, и через 10 минут вы о главном герое толком так ничего и не знаете, это говорит о том, что сценаристов в данный проект приглашали не из тех, кто талантливее, а через сайт госзаказов, кто согласился за меньшую цену, того и взяли.

А теперь скорее возвращаемся в нашу школу, потому как пока мы разглядывали наших героев, Серёга уже прошёл весь второй этаж, спустился по лестнице и по первому этажу дошел до кабинета географии. Вы же помните, что шёл он не просто в класс, а к заветному домашнему цветку, который стоял в середине стола среднего ряда.
Серёга сидел на первой парте этого самого среднего ряда и впереди него стоял на отдельном столе тот самый цветок. А пару недель назад у него появилась сногсшибательная идея: подготовить шпаргалки для контрольной, на отдельных листочках написать по вопросу, сложить и подписать сверху что за вопрос и спрятать в цветок!  Любовь Ивановна во время контрольной имела обыкновение прохаживаться между рядами, а не сидеть у своего стола. И вот, когда она отвернётся, можно будет достать нужный вопрос и аккуратно переписать в контрольный лист. Конечно, шпору можно было спрятать в карман пиджака, в карман брюк, да куда угодно, лишь бы была возможность достать. Но это было всё пройдено, буднично и обыкновенно. А здесь новая, свежее идея! Да ещё и какая - просто чумавая!!! И весь шик был в том, что шпоры будут на виду, в зелени листьев, мимо них будет ходить учитель и ничего не подозревать!  Достать шпору из цветка будет удобно. Но самое главное было не в удобстве и функциональности процесса, самое главное было в том, что эта идея была супероригинальной! До этого никто так не делал! Понимаете?! Никто в этой школе не додумался спрятать шпору на самом виду, и причём где -  посередине класса! Просто класс!!!

После нехитрых манипуляций записочки с подсказками оказались на боевом дежурстве. Серёга занял своё место за столом. Класс наполнился учениками. В дверях показалась хозяйка территории, а далее всё как обычно. Слегка уставший голос: "Здравствуйте, садитесь, достаём листочки, убираем книжки. Первый вариант, получите свои вопросы. Второй вариант, вот ваши вопросы."
И секундомер затикал. Все уткнулись носом в парту.

Любовь Ивановна стала прохаживаться по классу, делая дежурные замечания, отправленные в разные части аудитории. Её ровный и спокойный голос: "Серёжа, занимайся контрольный", - поначалу остался никем не замеченным. Серёга уткнулся в лист и начал изображать бурную деятельность. Изображать-то было особо нечего, материал хранился в нужном месте, и это не была голова. Из памяти доставать было абсолютно нечего по данному вопросу.

- Сергей, у нас сегодня контрольная, займись, пожалуйста, делом, - с лёгким недоумением отстраненно заметила Любовь Ивановна, - зачем тебе сейчас цветок? Занимайся, занимайся…

Два Серёгиных друга Гарик и Кастян переглянулись и прикрыли улыбку рукой.
Серёга дождался, когда учительница развернётся спиной, и опять полез искать заветную шпору. А вот здесь нарисовалась неожиданная проблема: нужная бумажка не находилась! Все же было четко распланировано, разложено, но! Где лежала нужная записка, оказалось непонятным!

Неожиданно повернувшись, не дойдя даже до середины класса, географичка обнаружила, что Серёга опять вместо того, чтобы писать, крутит тарелку с горшком, рассматривая зелёное насаждение. Ей было совсем невдомёк, что Серёга непросто любуется зеленью, он работает, как бы это не показалось странным, он ищет! Ищет свою хорошую оценку! Но со стороны могло показаться, что на контрольную ему совсем начхать. От такого пренебрежения к серьёзному мероприятию в её голосе появилось явное раздражение.
- Вершков, ты что? Не понимаешь? У нас контрольная! Оставь, пожалуйста, цветок в покое и займись делом!
- Да, конечно, - Серёга, глядя на географичку рассеянным взглядом, руками поглаживал листья.

Руки -то отдернуть он не успел, поэтому теперь приходилось изображать что-то самому непонятное, тыкая пальцами в листья. Кивнув головой и стараясь быть уверенным, он заявил:
- Я пишу. Делаю, делаю, - Серёга старался быть подчёркнуто серьезным, чтобы не рассмеяться вслух.

 Ситуация оказалась такой затейной и бодрящей, что все оторвались от работы.
- Что ты делаешь?!- подошедшая к столу Любовь Ивановна посмотрела листок с контрольной работой. – Да у тебя совсем пусто!
Ничего не понимая, она раздраженно ткнула пальцем в лист бумаги.
- Уже сколько времени прошло, а ты ничего не написал! - её голос стал стремительно повышаться. - Работай!

Она посмотрела на Серёгу в упор и слегка отодвинула горшок. Вот теперь все в классе обратили внимание на происходящее.
Светка, сидевшая за одной партой с Кастяном на первом ряду, глядя на его ощерившуюся физиономию, слегка приподняла брови и кивнула головой вверх. Это означало: чё ржёшь?
- Серый в цветок шпор напихал - тихо пояснил Кастян, хихикая.

Картина нарисовалась маслом и стала на свои места. Вот это да!!!

- А она ему достать ничего не даёт - добавил Кастян, растекаясь улыбкой над идиотской, но в то же время крайне забавной ситуацией, в которую попал друган.
 Светка прыснула, прикрывшись ладонью. Глядя на неё, Кастяна стало пробивать на смех сильнее. А глядя краем глаза на Кастяна, Светка заткнула обеими руками рот, и пыталась сдержаться всеми силами.

А знаете ли, когда смеяться нельзя, то хочется еще больше. Странная закономерность в жизни!

Такая картина весьма заинтересовала соседей с задней парты. Оля Пятикашева наклонилась вперед, почти легла на парту, и в предвкушении чего-то интересного тихо спросила:
- Чё там у вас?

Ей пояснили. Оля опустила голову и уткнулась в кулачок…

Каково же было удивление Любовь Ивановны, когда она очередной раз повернувшись, увидела, что Серёга придвинул к себе цветок и опять копается в нём.
- Вершков! - явно очень сдерживая себя, она чеканным шагом подошла к первой парте и, взяв обеими руками горшок, молча отодвинула  цветок на середину дополнительной парты.

Через какое-то время, отвернувшись к доске, Любовь Ивановна услышала подозрительный, но очень знакомый звук: что-то двигалось по столу. Медленно повернувшись, она увидела то, что никак не ожидала - цветок снова переехал со своего места!

Молча, но сверкая молниями из глаз, Любовь Ивановна взяла рукой за горшок и стала двигать назад, на середину приставного стола. Серёга схватился за тарелку, на которой стоял горшок, и стал тянуть его на себя.
- Подождите, подождите, - тихо бормотал он.

Любовь Ивановна схватилась обеими руками за белую тарелку и с громким окриком:
- Вершков, ты что? Издеваешься?! - вырвала цветок и отодвинула к дальнему краю.
Теперь Серёгу и его шпоры отделяло уже две парты.

- Он здесь нормально стоял, - Серёга, слегка сморщив нос, улыбался, пытаясь маневрировать в этой ситуации.
Качнув головой вниз, Вершков продолжил:
- Он здесь же никому не мешает, -  Серёга убрал улыбку и сделал как бы серьезное лицо, слегка округлив глаза, - а Вы не любите цветы?

Любовь Ивановна, ничего не понимая, молча окинула гневным взглядом эту клоунаду.
Тем временем по первому ряду пронеслось тихое хихиканье.
 
Кастян посмотрел на Маринку Бессонову, которая сидела на втором ряду. Маринка отвернулась в сторону, лица её не было видно, но судя по трясущимся плечам стало ясно, что второй ряд тоже в курсе происходящего.

Потихоньку в классе стал нарастать веселый гул.

Серёга снова насторожился. Вероятно, он решил, что терять уже нечего, либо пан, либо пропал. И как только она отвернулась, он встал в полный рост, наклонившись до конца вперёд, вытянул руки и, схватив обеими руками цветок, поднял его и поставил рядом с собой. И пока ещё есть несколько секунд, начал быстро искать нужное. Помня гневное лицо учителя, весь класс просто офанарел от такого свободного и решительного действия.

Офанарела и Любовь Ивановна…

Ситуация накалялась…

Всегда средне уравновешенная, сейчас она была просто в ярости, которая вырывалась наружу через покрасневшее лицо. Гневу её не было предела. Накричав на виновника торжества, она переключилась на класс, который откровенно гоготал, не скрывая лиц. Последнее её взбесило окончательно.

- Что может быть смешного?! - не унималась Любовь Ивановна до той поры, пока класс не стих. Она не знала всей трагичности и комичности ситуации.

Шум утих.
И вот тут стало не до смеха.

- Серый, ссс, - Гарик пытался позвать Серёгу, чтобы выяснить успел ли тот достать шпору или нет, - чё?

Талян с Костяном очень внимательно смотрели за обоими, чтобы тоже узнать ответ.
Талян, глядя на Гарика, кивнул головой, спрашивая, что Серёга ответил. Тот пожал плечами, показывая, что пока не знает.

Любовь Ивановна гневно смотрела на класс, не давая возможности свободно перекинуться словами.

Светка спросила Костяна:
- Что там с Вершковым?
- Да непонятно, успел он достать или нет, - сказал Кастян, поджав губы.

Было очень похоже, что так и не достал. А это весьма досадно. Весёлое настроение сменилось напряжением.

Настоящей русской души человек будет, пожалуй, смеяться с удовольствием над другом, если тот, скажем, упал нелепо, но упал несильно, не больно, просто нелепо. Да, досадно, но для всех весело, в том числе и для упавшего. А вот если твой друг упал и упал жёстко, тогда смеяться никто не будет, все побегут к нему на помощь. Это и есть настоящая дружба.

Двойка по контрольной - это больно. Даже если это география. Контрольная есть контрольная.

Что-то передать Серёге на записке было уже похоже не особо вариант, Любовь Ивановна, как коршун, сверху сверлила всех пронзительным взглядом. Но попробовать всегда можно, если очень требуется, даже когда не вариант.
Кастян посмотрел в листок соседки, успеет ли переписать и передать: у Светки с Серёгой был один вариант задания.

И тут Талян со второго ряда шепнул:
- Все нормально. Успел.

Вот теперь внутри расслабилась какая-то пружина. Стало ясно, о чём будет разговор на перемене. Он будет весёлым, эт точно. Непринуждённым.

Прозвенел звонок.

На выходе из класса к Серёге стали подходить одноклассники, вопросительно подталкивая с разных сторон. Серёга молчал. Выйдя из класса, Саня Белов спросил вслух за всех:
- Серый, ну чё там?

Серёга поднял руку чуть вверх и разжал кулак, в котором была смятая бумажка.
-О-о-о-о! - раздалось с разных сторон.
Вот это денёк!!!