Талян, Кастян, буфет

Буфет - это место сакральное в любой школе. Думаю, нет смысла объяснять почему, и так всё понятно.

Буфет в той школе - это квадратное окно с деревянными створками, к которому ведёт продолговатый коридор с фонтанчиком в середине. Ещё - это буфетчица тётя Нина, женщина за пятьдесят с быстрыми, крепкими загорелыми руками, а ещё - это бесформенная толпа на перемене рядом с этим окошком. Очередью это трудно назвать, потому что кто за кем стоит совершенно непонятно. Народ толкается какими-то кучками, и обязательно кто-то пытается пролезть сквозь плотный строй без очереди.  Буфет - это старшаки парни, которым в очереди стоять как бы стыдно, так сказать, по положению, и поэтому, распихивая мелкоту с грозным криком: "Та-а-ак, ну-ка!", - они поверх их голов протягивают руку с мелочью, объявляя буфетчице на что нужно её поменять. И тётя Нина, хорошо разбираясь в негласных школьных правилах, в первую очередь, конечно же, отпускает старшаков без очереди. Буфет того времени - это вкусный сладкий коржик за 8 копеек, песочное кольцо с глазурью, посыпанное орехами. Буфет - это ещё пирожные. Ох уж эти пирожные! Лакомство подороже, не каждый день можно позволить. Заварное с кремом или корзинка с грибочками из крема по двадцать две копейки. Или пирожные под названием "Картошка" и "Ёжик". Они действительно были вкусными, и не оставляли на языке послевкусие химзавода. 

В общем буфет вызывал всегда строго положительные эмоции!

Ах да, очередной урок уже закончился. Впереди была большая перемена, аж 20 минут. Компания четырёх друзей сегодня как-то разделилась. Серёга с Гариком сразу после урока куда-то заторопились, как они сказали: по очень важному делу. А вот Талян с Кастяном ещё в конце урока договорились пойти в этот самый буфет.

Черноволосый, с овальным лицом Талян был самым высоким в классе.  Во время разговора он начинал переставлять ногами, и если у обычного человека это движение было незаметным, то в Толином случае, возможно из-за его роста, сразу бросалось в глаза.  Когда он что-то говорил, имел привычку иногда двигать плечом вверх, прижав локоть к телу, как будто что-то поправляя. Поэтому, если кто-то хотел изобразить Таляна, в шутку начинал вычурно переставлять ноги то левую вперёд, то правую и дёргать плечом вверх. Шутка получалась. Смеялся и сам Талян.  Учился он неплохо, ходил в хорошистах.

Вообще Таляну очень нравились хорошие шутки, и он был готов поддержать любую хохмовую затею  на все сто в любом месте и в любое время.

Талян уже был готов идти в буфет, а Кастян что-то застрял.
- Ща сумку поставлю и догоню.
- Ну давай, а то я жду, жду.
- Да я щас быстро. Мне, если что, заварное.
- Ладн, - сказал Талян и пошёл неспешно вниз.   

Спускаясь по лестнице, Кастян вдруг обнаружил, что Талян вместо буфета стоит около колонны в холле, засунув руки в карманы брюк. И в его руках пирожного явно нет, это точно.

- Талян, ну чё? - разводя руки в стороны, недоуменно спросил Кастян на ходу ещё на лестнице и, быстро пройдя до конца лестницы, повернул голову в сторону буфета. Сразу всё поняв, он подошёл к Таляну и остановился, также продолжая смотреть влево, в сторону буфета.

- Да чё. Вот чё..., - Талян обреченно кивнул головой в ту сторону.
"Вот чё" было в виде Веры Петровны с красной повязкой на руке.
Н-да уж. Неожиданно как-то...
Кастян всё продолжал смотреть в ту сторону, явно неготовый к такому развороту событий.
- Да эт терь бесполезно... - Талян обреченно махнул своей здоровой лапой и дернул плечом вверх.

А день так хорошо начинался...

Знакомитесь, Вера Петровна, круглолицая учительница рисования и черчения. Ей чуть за тридцать, с причёской "химия". Недавно вышла в школу со второго декрета.  Предмет свой она любила, и было заметно, что на уроках старалась. Имена учеников Вера Петровна запоминала очень плохо. Она помнила имена только троих в этом классе. Это была Маринка Бессонова, потому что староста, и её нужно было запомнить по определению. Следующей была Оля Птенцова, потому что та училась в художественной школе, так сказать свой человек. А когда Оля заняла первое место в городском конкурсе рисунков, ну-у-у, моё почтение, почти коллега! Третьим, как ни странно, был Кастян. А этот попал в список, потому что хорошо чертил. Со всеми остальными Вера Петровна поступала очень просто: она обращалась к ним "мальчик" или "девочка".  И всё!  Без заморочек и мучений запоминания. В принципе, Вера Петровна была женщиной доброй. Но с учениками держала себя очень и очень строго. Порядок в рядах личного состава у неё был на первом месте. Не забалуешь! И когда Вера Петровна заступала дежурным учителем на первом этаже, она обязательно приходила в буфет и делала то, что не делал никто из учителей: дисциплину там выстраивала идеальную, по какому-то военному принципу. Очередь в буфет должна была встать строго в линейку, "в затылок", как в строю на уроке НВП (НВП - начальная военная подготовка). Никаких тебе кучек, никаких тебе толканий и криков. Без очереди в буфет не мог пройти вообще никто!  И начхать, что ты старшеклассник и тебе в очереди среди мелких стоять уже по определению не положено.   Другие учителя к старшакам относились со снисхождением и пониманием.  Но с Верой Петровной этого не прокатывало. Железная леди холодно требовала встать в строй или проваливать отсюда на все четыре стороны.

   Теперь вы понимаете ту растерянность, в которой оказались двое друзей?    

   Очередь в буфет уже собралась достаточно длинная, и это означало два варианта: либо отстоять всю перемену, таким образом просто лишиться этой самой перемены; либо просто уйти, и соответственно лишиться перекуса. Оба варианта настроения как-то не поднимали...

      Кастян, наконец-то, оторвался взглядом от буфета и посмотрел вверх на друга. Глядя на него, он вспомнил одну шутку, которую Талян озвучивал несколько месяцев назад. Хохма тогда была пару недель популярна в районе, где тот жил.  На её основе мелькнула одна мысль, и Кастян подумал, что прокатить-то конечно не прокатит, но хоть посмеёмся. Возникло желание компенсировать хотя бы чем-то испорченный поход за вкусным.

- Талян, давай руки, - сказал Кастян, показывая, что хочет запрыгнуть на эти самые руки.
Талян, почуяв, что возможно назревает что-то интересное, с живностью вытянул согнутые в локтях руки вперёд, на которые тут же уселся усатый, держась правой рукой за его шею.

- Вперед! - свесив ноги, скомандовал Кастян, указывая рукой на буфет.

Увидев двух переростков в составе странной конструкции и быстро поняв, куда они намереваются, Вера Петровна нахмурила брови, сделала шаг навстречу, вытянула руку и грозно скомандовала: "Куда?!" И это был не вопрос, это был приказ, приказ остановиться. А дальше… ну, вы помните, сейчас будут два решительных варианта...

Кастян наклонился сверху и, растянув в улыбке свою усатую физиономию,  негромко театрально выдал:
- С маленьким ребёнком без очереди положено!

И для убедительности поболтал свисающими ногами. Совсем неожиданно железная леди вместо ожидаемого замерла на месте. Её вытянутая рука стала опускаться. Еще секунду назад строгие пронзительные глаза стали округляться, а уголки губ медленно приподниматься. Эх, Вера Петровна –то, да  недавно со второго декрета! Кто ж знал из юных балбесов, чем можно растопить её суровость! Слова про маленького ребёнка сработали просто магически! Талян из-за своей ноши её не видел, он как шёл прямо, так и продолжал идти, а Кастян к своему удивлению понял, что к тёте Нине они сегодня похоже попадут. Где-то рядом из очереди раздалось хихиканье. Шутка некоторым понравилась. Настроение вдруг умножилось в два раза, и Кастян, почуяв звёздный час, уже гаркал сверху стоявшим в очереди.

- Так, шелупень, ну-ка расступились, пропустили с маленьким ребёнком!

   Хохма пришлась по душе всем! Засмеялась вся очередь. А друзья продолжали идти уже торжественно под всеобщее веселье к заветному окошечку. И тут наступило время той самой фразы,  которую принес в школу Талян, и которую сегодня  вспомнил Кастян с самого начала:
- Пропустите без очереди женщину с пьяным ребёнком!

О, что тут началось! Это был не просто всеобщий смех, это была просто истерика. Грохот стоял на весь вестибюль. Некоторые в буквальном смысле держались за животы. Девчонки визжали и дрыгались на месте. Двое совсем мелких сели на пол и, закрыв глаза, гоготали.  Глупая фраза подействовала как разорвавшаяся бомба. Довольный весьма неожиданным эффектом Кастян протянул деньги смеющейся на полную катушку буфетчице и вдруг стал ощущать, что сползает вниз. Талян стоял с красным лицом, конвульсивно пытался вдохнуть воздух рывками, а его ослабевшие руки стали опускаться. Причём не со стороны ног Кастяна, а со стороны спины, то есть там, где был тяжелее. Падать головой на пол явно не хотелось.
- Талян, блин!

 Тот глубоко вздохнул, и подбросил вверх Костяна, пытаясь перецепиться, при этом наклонился ещё и назад для равновесия. Снова возникла угроза падения, но уже на спину Таляна.
- Да что ж ты делаешь?! – Кастян вцепился в его шею.

Получив заветное лакомство, друзья таким же образом дефилировали назад из буфета мимо Веры Петровны. Ох, такую Веру Петровну ещё никто не видел: она стояла с совершенно красным лицом, мелко вздрагивала и вытирала слёзы носовым платком. Взглянув на двух балбесов, она сморщилась, наклонилась чуть вперёд и беззвучно засмеялась. Талян чуть приостановился, пытаясь перехватить сползающего Кастяна.  Вера Петровна сквозь приступ накатившей судороги попыталась рывками сказать: "Идите отсюда" и махнула рукой в сторону.  Получилось невнятно, но догадаться было можно.

В середине холла у колонны Талян, наконец-то, сбросил со своих рук почему-то потяжелевшую в разы ношу. Согнувшись, он упёрся руками в колени и, наконец-то, мог рассмеяться от всей души, так сказать, полной грудью. Кастян, до этого момента сохранявший театральное спокойствие, незамедлительно присоединился к этому процессу, прислонившись к колонне с припасами в руках.

- Талян, ты меня чуть не уронил, гад! - давясь смехом, еле выдавил из себя Кастян.

- А ты куда такой отожрался бегемот! – задыхаясь мычал  Талян, глядя мокрыми глазами на худого Кастяна.  Они зацепились рукой друг за друга и, стоя в согнутом положении, вновь залились неудержимым смехом.

Фух, наконец-то отпустило.
Охая и вздыхая на ходу, они побрели в свой класс.

Этот поход за пирожным и коржиком вспоминали ещё долго!