Пустынный шарф

Красно-белый песок высыпался из ладони под ноги - шшш... Льётся лента вниз, распадается на точки. Становится пустыней.
Плывут маревом караваны бедуинов, закрывающих лица. Синее неба их глаза и ярче солнца души. Свет глаз в бороздах морщин потемневшей кожи. Мысли...Там спрятана улыбка дороги к дому или усталость дороги от него. Ноги впечатывают шаги в раскалённую поверхность. Следы тянутся бороздой. Уходят в бескрайний зной. Их зализывает ветер.
Раз, другой... Дюна осыпается. Путник скользит со сползающим пластои, горячий песок засыпает сандалии. Колени царапает обжигающий, тяжёлый снег, золотом разлитый под палящим разлитым до самого горизонта солнцем. Оно в зените. Оно оглушающая. Звучит на пронзительно высокой ноте вселенной. Хамсин оборачивает тело странника в джеллабу второй кожей. Тесным саваном. Руки дрожат, дрожит сердце. Поджарое тело, с впадиной рёбер. Будто бескровно. Он лежит, заметаемый волнами дюны. Жар под щекой. Дыхание опаляет ресницы, иссушена влажность берберских зрачков,бескрайних озёр души. Взрывается искрами в лёгких вздох, по ступенькам углями опадает выдох. Он тонет.
Песок поднимается вверх слабым, еще не набравшим силу, вихрем. Его втягивает в воронку и тут почти бросает сверху вниз пеленой-облаком. И он опадает. Воздух в том месте вновь наполняет марево. Путник видит миражи то своего дальнего прошлого, то того, что никогда вовсе не случалось на земле. Его, объятый жаром, мозг рождает новые и новые образы. Он видит, как бредёт, заставляя себя вытаскивать ноги из песка, переставлять их одну за одной и упрямо идти вперед. За солнцем. К горизонту. К цели. Сути которой он уже не помнил.