Изгои 2. Сотворение. Глава 1

Белая карета, запряжённая двумя белыми лошадьми, подъехала к усадьбе. Кучер, восседающий на карете, дёрнул вожжи. Лошади остановились, виляя хвостами. Лакей, дежуривший у парадных дверей усадьбы, подбежал к карете и открыл её дверцу. Из кареты выскочила девица с косичками, одетая в школьную форму.

—Агафья, вернись! — прокричали из кареты. — Я с тобой не закончила беседу!
—Мама, ну что ты ко мне пристала? В гимназии, куда вы меня определили, строгие нравы. Я там не выдержу.
—Агафья, вернись, я кому сказала! Я пожалуюсь твоему отцу! Он выпорет тебя розгами! Сидеть на заднице не сможешь целый месяц!
—Ах так? Тогда я сбегу из дома назло вам с папой. Будете с полицией меня искать по всему уезду, и не найдёте. Я с другом буду ночевать в лесу, в палатке.
—Что ты такое говоришь, доченька! Ты умом тронулась? С каким другом? В какой палатке? Учти, сдадим тебя в институт благородных девиц, там тебя научат хорошим манерам!

Агафья оттолкнула лакея и побежала к усадьбе.

—Моя госпожа, внизу кареты есть низкая  ступенька, — предупредил лакей и подал маме Агафьи руку.

Дама бальзаковского возраста, одетая в белое платье корсетного покроя, вышла из кареты и огляделась по сторонам, поправляя белую шляпку. 

—Вы очень любезны, Мирослав. Дальше я сама. Помогите кучеру упряжку распутать.
—Не утруждайте себя, моя госпожа, — отозвался кучер и спрыгнул с кареты. — Я сам решу проблему. 
—Дело твоё, Викентий, — махнула рукой дама бальзаковского возраста. — На обед не опаздывай. Твоя жена–кухарка рыбную похлёбку тебе сварила.
—Непременно загляну к жене на огонёк, моя госпожа. Но сначала рессору на переднем колесе кареты отнесу в ремонт кузнецам. Лошадка моя прихрамывает, подкову ей надо заменить. Загоню кобылу на конюшню, рабочие её там осмотрят. 
—Ничего не имею против этого, Викентий, — улыбнулась дама бальзаковского возраста.

Размахивая веером перед лицом, дама бальзаковского возраста зашла в усадьбу. Оказавшись в просторном холле, дама бальзаковского возраста задрала подол платья и прошагала через коридор с закрытыми дверьми. На стенах коридора висели живописные картины в золотых рамках и холщовые натюрморты. Дама прошла через гостиную и очутилась на летней веранде.

—Поездка в Симбирск тебя не утомила, дорогая? — полюбопытствовал мужчина средних лет с бородой, бакенбардами и длинными волнистыми волосами. 

Хозяин усадьбы был одет в домашнюю пижаму, стянутую поясом на талии. В руке он держал кувшин с водой.

—Нисколько не утомила, дорогой, я бодра и свежа, — ответила дама бальзаковского возраста и уселась за стол. — Я поспала в пути, а недавно отобедала в харчевне на Мясницкой улице, там вкуснейшие пельмени с осетриной подавали.

Кроме хозяина усадьбы и его супруги за столом, покрытым белой скатертью, сидело десять человек как джентльменов, так и дам аристократической внешности. Стол был сервирован фаянсовой посудой, серебряными столовыми приборами, хрустальными графинами, кувшинами, салатницами, вазами и бокалами. Служанки крутились вокруг стола.

—Аркаш, строго не наказывай дочь, — попросил джентльмен во фраке и с чёрным цилиндром на голове. — Ты должен понимать, у Агафьи наступил переходный возраст. Будешь давить на дочь, только хуже сделаешь.
—Согласна, — проявила солидарность с соседом по столу дама с рыжим париком, одетая в жёлтое платье. — Аркадий, твоя пятнадцатилетняя дочь выражает протест, бунтует и отстаивает свою позицию. Ты разве этого не понимаешь?
—Пойди дочери навстречу, уступи ей. Она это оценит, не сразу, но со временем, — высказался джентльмен в смокинге. 
—Когда мы воспитываем наших отпрысков в строгости, что–то им запрещаем под страхом наказания, это неприемлемо, — взяла слово полная дама в белом сарафане. 
—Ослабь отцовские вожжи, Аркаш, — посоветовал его сосед слева.
—Евдокия Генриховна, а тебе как маме неуправляемой доченьки я посоветовала бы обсудить с супругом распределение родительских обязанностей. Придёт час, когда вам обоим будет стыдно за своё поведение, стыдно за то, что упускаете шанс видеться с дочерью. Агафья может от рук отбиться, а это чревато. Учителя не заменят вашего личного участия в воспитании.
—Аркаш, ты уже знаешь про отвязное поведение нашей дочери? — удивилась Евдокия Генриховна, глядя на супруга.
—Сплетни в нашем доме, как ты могла сейчас заметить, разносятся со скоростью ездовой кобылы, дорогая, — усмехнулся Аркадий Моисеевич и строго посмотрел на Агафью.

Девица понуро сидела за столом, опустив глаза.

—Посмотри на меня, дочь! — гаркнул Аркадий Моисеевич и стукнул кулаком по столу.

Да так стукнул, что хрустальные бокалы аж подпрыгнули.

—Аркаш, не надо, не пугай ребёнка, — заступилась дама в красном платье. — Агафья у нас такая ранимая, начнёт слёзы лить, потом будем успокаивать её неделю.

Воцарилась тишина, нарушаемая лишь пением птиц в саду.

—У меня уходит целое состояние на твоё обучение в элитной гимназии! И у тебя хватает наглости пропускать важнейшие уроки, проявлять неслыханную дерзость по отношению к учителям, по–хамски вести себя со своей матерью! Как это понимать, дочь? Я не допущу у себя под боком отвязной девицы. Неужели ты не хочешь получить блестящее образование? Скажи, что тебя не устраивает? Живёшь, как у Христа за пазухой. Живёшь на всём готовеньком.
—Папа, учителя такие вредины, не дают раскрыть ученикам талант. Я творческая личность, пап. Я мечтаю петь в Большом театре, а нашим педагогам не интересны мои творческие начинания. Переведи меня в другую гимназию. Пожалуйста, папа. Я сделаю всё, что ты пожелаешь. Я буду послушной и умной.
—Ладно. Разговор не окончен. О твоём дополнительном образовании поговорим завтра, когда к нам в гости пожалует директриса элитной гимназии, где ты приобретаешь знания. Марш к себе в комнату. И почему я не вижу за столом твоего братика? Где Тимофей?

Над усадьбой сгустились тучи, подул сильный ветер, засверкали молнии, прогремел гром.

—Что за чертовщина? — огляделась по сторонам Евдокия Генриховна. — Только что солнце светило. Странная нынче погода.

Хрустальные бокалы, наполненные напитками, а также посуду вместе с салатницами сдуло со стола порывами ветра. Некоторых дам и джентльменов ветром унесло вместе со стульями в угол веранды.

—Что происходит? — испугалась Агафья и прижалась к матери.
—Понятия не имею, доченька. 

С неба закапало. И вдруг позади усадьбы мелькнула ослепительная вспышка света, будто солнце опустилось на землю. Через несколько секунд вспышка исчезла. Ещё через минуту молнии перестали сверкать, гром не доносился. Спустя пять минут тучи рассеялись, и вновь показалось ясное голубое небо.

—Мистика, — вздохнул с облегчением Аркадий Моисеевич и помог нескольким джентльменам поднять с пола упавших обескураженных дам.

Агафья с мамой расставили у стола перевёрнутые стулья. Дама в красном  собрала с пола уцелевшие хрустальные бокалы. Наведя порядок, Аркадий Моисеевич вместе с супругой, дочкой и гостями поспешили на задний двор усадьбы, туда, где мелькнула вспышка света. Пройдясь вдоль забора, Аркадий Моисеевич остановился у выжженного «круга» земли, где в его центре валялся без сознания Антон. От обнажённого тела молодого человека поднимался дымок. В двух метрах от обнажённого и дымящегося Антона лежала на животике голенькая девочка–младенец, присыпанная травой. 

—Идите все сюда! — крикнул Аркадий Моисеевич. — У забора усадьбы лежат незнакомцы!
—Господи помилуй, кто это такие? — перекрестилась Евдокия Генриховна.
—Не имею ни малейшего понятия, — пожал плечами Аркадий Моисеевич.

Хозяин усадьбы наклонился и пощупал пульс на запястье Антона.

—Парень жив? — на всякий случай уточнил джентльмен в смокинге.
—Полагаю, да, — кивнул Аркадий Моисеевич и осмотрел задымлённую местность. — Пошлите гонца на почту.
—С какой целью? — спросила дама с рыжим париком.
—Пусть телеграфирует тревожную новость в пожарную часть. Забор тлеет и дымит, каланчу надо бы пригнать по нашему адресу, — ответил Аркадий Моисеевич и оглянулся: — Жанна Фёдоровна, будьте любезны, принесите чистые полотенца, скатерть и халаты.
—Сию же минуту, мой господин, — поклонилась служанка и понеслась выполнять распоряжение.
—Когда и каким образом этот нагой человек с маленьким ребёночком здесь улеглись? — задалась вопросом дама в бирюзовом платье, обвешанная всякими украшениями.
—Затрудняюсь ответить, — развёл руками Аркадий Моисеевич и осмотрел голенького ребёнка, не подающего никаких признаков жизни.
—Может, во всём виновата внезапная гроза? — предположил джентльмен во фраке.
—При чём здесь капризы погоды? — возмутилась дама в красном платье и добавила: — Это явно было проявление потусторонних сил, чёрная магия или колдовство.

Примчалась служанка Жанна Фёдоровна, держащая в руках три полотенца, скатерть и два халата. Аркадий Моисеевич укрыл Антона скатертью. Из кустов выскочил мальчик лет восьми, одетый в чёрные шортики и белую рубаху.

—Папа! Мама! Там... Там... Там.., — начал заикаться мальчик и указал пальцем на кусты.
—Что случилось, Тимофей, зайчонок мой? — забеспокоился Аркадий Моисеевич, глядя на сына.
—Там ещё один валяется, — дрожащим голосом пропищал мальчик и убежал в кусты.

Агафья, прихватив с собой полотенце, рванула за мальчиком в кусты.

—Доченька, вернись! — заорала Евдокия Генриховна и всплеснула руками.


                * * *


Агафья догнала Тимофея. Брат и сестра остановились перед вторым выжженным «кругом» земли, где в его центре лежал на спине голый Гай. От мускулистого тела юноши поднимался дымок.

—Ой, — смутился Тимофей, разглядывая половой орган Гая.

Агафья спешно прикрыла гениталии юноши  прихваченным полотенцем. Гай лежал с закрытыми глазами и раскинутыми руками. Золотистые волосы юноши торчали во все стороны. Агафья и Тимофей склонились над юношей. Агафья пощупала пульс на запястье юноши.

—Жить будет, — констатировала барышня и отпустила запястье юноши.

Тимофей осторожно дотронулся пальцем до лба Гая. Внезапно Гай открыл глаза. Правой рукой восьмиклассник схватил Агафью за шею, а Тимофея схватил левой рукой за воротник рубашки. 

—Вы кто такие? — спросил Гай, когда притянул брата с сестрой к своему лицу.


                * * *


Антон очнулся и огляделся вокруг себя. Увидев свою голую дочку, Золотницкий подполз к ней и прижал к себе. 

—Маргаритка, ты в порядке? — засиял молодой человек и поцеловал крохотную девочку в лоб.

Малышка закряхтела и зашевелилась.

—Молодой человек, позвольте узнать, что вы здесь делаете? — припал на одно колено возле Антона Аркадий Моисеевич и укрыл его тело халатом. — Как вы себя чувствуете, молодой человек? Хотите, я кувшин родниковой воды вам принесу? Вы меня слышите, молодой человек? Вы встать можете? Земля нынче холодная, простудиться запросто можно. Меня зовут Аркадий Моисеевич. А вас как величать?

Хозяин усадьбы обернулся на служанку. Та топталась у забора.

—Жанна Фёдоровна, мне неудобно просить вас второй раз. Будьте добры, принесите из столовой кувшин с родниковой водой, и кружку.
—Слушаюсь, мой господин, — поклонилась женщина и убежала. 
—Вот, значит, чей голос жил у меня в голове в прошлой жизни, — усмехнулся Антон и встал с земли, надев халат.
—Что вы имеете в виду, молодой человек? — не понял Аркадий Моисеевич и усадил Антона на скамейку. — Чей голос жил в вашей голове?
—Такого не бывает, — возразила Евдокия Генриховна и заботливо укрыла маленькую девочку полотенцем.

Остальные дамы и господа окружили скамейку и с интересом разглядывали молодого человека, даже трогали его, будто это инопланетянин, упавший с небес.

—Приятно познакомиться, голос из моей головы, — кивнул Антон. — Ты, типа, предок Орлова Евгения Михайловича? 
—Простите великодушно, молодой человек, я вас не понимаю, — недоумевал Аркадий Моисеевич и сел на скамейку рядом с Антоном. — Предок Орлова Евгения Михайловича? Кто он такой? Он мой однофамилец?
—Орлов твой правнук, — заявил Антон. — У тебя сейчас должен быть сын Тимофей девяти лет.. Короче, у твоего Тимофея в будущем родится сын Миша, а у того родится сын Женя. Женя в будущем станет Евгением Михайловичем Орловым, учёным–генетиком. Евгений Михайлович сотворит в секретной лаборатории армию сверхлюдей, которых нельзя уничтожить физически. Евгений Михайлович, будучи очень пожилым, отомстит сверхлюдям в подземном городе, где они обитали около пятьдесяти лет, взорвёт там купол. Твой сын Тимофей, насколько я помню текст  письма, будет служить мичманом на тихоокеанском флоте. Напомните мне, чуваки, какой сейчас год?
—Чуваки? — вздёрнул бровь Аркадий Моисеевич. — Что за сквернословие? Странные речевые обороты. У вас какое образование, молодой человек?
—Что значит, какой сейчас год? — прицепился к словам господин в чёрном костюме и с чёрным цилиндром на голове.
—Молодой человек, вы с луны свалились? — возмутилась дама в красном платье. — Сегодня 30 июля 1904 года. Важная дата государства российского. В семье его Величества Николая Второго родился наследник престола цесаревич Алексей.
—Опаньки. Это я удачно путешествую во времени, — усмехнулся Антон и прижал дочку Маргариту к груди. — Оказаться в прошлом, чтобы застать рождение Алексея – единственного сына Николая Второго..
—Между прочим я не знаю вашего имени, молодой человек, — спохватилась Евдокия Генриховна.
—Антон Золотницкий меня зовут.
—Сколько вам лет, Антон Золотницкий?
—Мне 24 года. А это моя дочка. Её зовут Маргарита. Она родилась две недели назад, 16 июля 2029 года.
—Что? — насторожился джентльмен во фраке. — 2029 года? Что за ересь?
—Вы шутите? — рассмеялась дама с рыжим париком.
—Я не поняла, молодой человек, что вы сказали? — сосредоточилась Евдокия Генриховна. — Повторите, сделайте одолжение.
—Я из будущего прибыл, — спокойным тоном сказал Золотницкий и огляделся. — А где Гайчик? Кто–нибудь его видел?
—Я здесь, — отозвался восьмиклассник.

Он показался из кустов вместе с Агафьей и Тимофеем. Нижняя часть тела юноши была обёрнута полотенцем, словно юноша только что вышел из душа, прикрыв свои гениталии.

—Братишка, привет! — обрадовался Антон. — Рад тебя видеть! Живым!
—Кто все эти люди? — поинтересовался восьмиклассник.

Он оглядел надменных дам в корсетных платьях и чопорных господ во фраках.

—Это члены нашей большой семьи, — поспешила ответить Агафья. — Если хочешь, я тебя со всеми познакомлю.
—Хочу, — воодушевился Гай.
—Моего братика Тимофея ты уже знаешь. А это наши с Тимошей родители: Орлов Аркадий Моисеевич и Орлова Евдокия Генриховна. Они промышленники и меценаты. А это..
—Очень приятно, — улыбнулся Гай и пожал Аркадию Моисеевичу руку.
—Моё почтение, юное создание, — кивнул Аркадий Моисеевич и взглянул на Антона. — Этот юный здоровяк тоже из будущего прибыл?
—Да, — ответил Золотницкий. — Вместе со мной и дочкой.
—Никонор, — сразу обратился Аркадий Моисеевич к одному из джентльменов, — езжай за психиатрической службой, здесь трое из будущего прибыли.
—Вы нам не верите? — рассмеялся Антон. — Слышь, Гайчик, где мой смартфон, паспорт и кошелёк? Щас я им докажу, что мы с тобой из будущего прибыли.