Ночной разговор

Раньше Влад эту усадьбу как-то не замечал. Неброский бордового цвета деревянный дом прятался под деревьями за низким облупившимся штакетником.
Дверь открыла немолодая дама в длинном, но уже неновом, синем платье и жемчужной нитью на шее.
- Проходите, молодой человек, не разувайтесь, у нас полы ещё не прогрелись.
На удивление внутри дом был высоким и основательным.
Хозяйка провела Влада через кухню с изразцовой печью в гостиную, где стоял белый рояль салонного размера. Влад с осторожностью провёл пальцами по крышке. Про себя он отметил: «Пыли совсем нет». Металлические ролики ножек упирались в стеклянные пепельницы. Со стороны окна он заметил небольшое повреждение инструмента. Однако его больше волновало другое - отсутствие соразмерной суммы денег. 
- Нашли царапинку? Говорят, до революции здесь какой-то купец жил. Рояль этот он для дочери купил, потом к ним стал один известный музыкант наведываться. А когда власть менялась, в окно пуля влетела и оставила этот след. Семья, насколько мне известно, перебралась за границу.
- Да, рояль с непростой родословной. Достоин ли я?
- Не переживайте. Нас скоро расселят, а после мужа Георгия Ивановича всё равно никто не играет на нём.
- Тем более я с ним поговорила, он всё понимает.
- С кем поговорили?
- С роялем. Не удивляйтесь, чувства зорче глаз.
- Вам, наверное, жалко с ним расставаться?
- Я бы назвала это милосердием. На крыльцо невежды зачастили.
Хозяйка умолкла. Влад сел за рояль и исполнил этюд, почувствовав глубину пожелтевших клавиш.
- За цену не беспокоитесь, что дорого сердцу я дарю.
- Так я буду чувствовать себя обязанным.
- Не волнуйтесь, я этим не воспользуюсь. 
Хозяйка пригласила Влада к столу. Она подала чай в тонких фарфоровых чашках. Влад заметил на книжной полке бюстик Чехова, но с повёрнутым лицом к корешкам подписных советских изданий. Он встал, и захотел было повернуть писателя к свету.
- Не надо, он наказан.
- Мне трудно представить, за что?
- Сделал мне больно.
За окном остановился автомобиль и в гостиной появились грузчики.
 -Вы роялист? - выпалил старший бригады, - Тогда садитесь вперёд, будете путь указывать.
Влад нашёл понимающую улыбку в глазах хозяйки и ответил: «Признаться, я вне политики, но дорогу знаю».
Рояль покинул дом. Хозяйка стояла у подгнивших перил крыльца. Вся глубина прощальных слов таилась в её безмолвии.
До дома Влада добирались тихо. После команды: «взяли», казалось, что рояль вспорхнул большой белой птицей.
Влад забежал домой и открыл входную дверь, но между первым и вторым этажом инструмент упёрся в синюю стену.
Грузчики нецензурно выдохнули.
- Жилье наше не для искусства, - философствовал бригадир грузчиков, - тебе его здесь оставить или обратно отвезти, но это двойной тариф, сам понимаешь.
- Я подумаю, - вздохнул Влад, - вот вам за работу, как договаривались.
- Когда надумаешь, позвони, но лучше завтра, ночь на дворе.
Грузчики примостили рояль у старого дерева. Влад сходил домой за стулом. И никто не знал, о чем они тихо и долго разговаривали.