Зарисовки из дневника. ВХУ. 1993-1998

Лера Валенская. «Зарисовки из дневника. Владивостокское художественное училище.».

17, июль, 1993. Сначала я не поступила в ВХУ. Я получила «два» по рисунку и «завалила» экзамен. Но сегодня, после года усиленной подготовки, я набрала проходной балл по спецам! Главное - сдать предметы по специальности: рисунок, живопись и композицию. Остальные экзамены сложности не представляют. Мне пятнадцать лет и я студентка Владивостокского художественного училища!

5, сентябрь, 1993. Мы собиралась в колхоз, но поехали только иногородние первокурсники.
Местные остались в городе - мыть, красить, наводить порядок в двух зданиях
училища - на Хабаровской и на Лазо.
Вчера мне удалось «проникнуть» в башенку здания училища на Лазо.
Узкий тёмный коридор привел в круглую комнату с окнами до пола, выходящими на балкон. И открылся фантастический вид!
Над кронами деревьев парка - сверкающий  в летней дымке Золотой Рог, белые шары кораблей, старые крыши домов и громыхание трамваев на улице внизу.
Дома я сразу написала этюд акварелью, по памяти.

8, сентябрь, 1993. Мы поступили на курс Сергея Ивановича Герасимова, отделение живописи.Занятия начались, но училище пустое - все курсы на пленэрах, учатся только первые. Мне понравилось с Хабаровской ходить пешком до Лазо, через старый город. Пока иду, разглядываю мелочи, детали пейзажей - необычной формы крыши, антенны, провода, осыпавшаяся штукатурка дореволюционных кирпичных стен. Дворы, арки, дома в свете низкого вечернего солнца. Иногда дома делаю зарисовки, этюды акварелью по памяти. С Лазо на трамвае еду до Луговой и пешком иду в сопку. Сначала ходила в училище с большой красивой сумкой «Mallboro», через плечо. Пишем натюрморты акварелью, и кисточки я ношу домой - нормально помыть. Кто-то в трамвае позарился - разрезал сумку. Расстроился, наверное, воришка, обнаружив лишь грязные кисти!
В трамвае, на остановке Спортивной, у окна женщина и мужчина. Он говорит: «Что же, теперь одну рыбу есть, что ли???»
Она, задумчиво глядя в окно: «Почему одну? Две рыбы можно есть...»

2. Ноябрь, 1993.
Я встаю в шесть утра, пью кофе с конфеткой - с вечера мама оставляет мне какую-нибудь конфету в кофейной кружке, и еду в училище, на Хабаровскую. С двумя пересадками - от Луговой до центра, потом на Комсомольскую. И пешком наверх. Самое ужасное - трамваи. Давка по утрам, а чуть снег - они стоят. В нашем удивительном училище наконец-то дали отопление! Начали новую постановку по живописи. Истории у нас пока нет - не могут найти преподавателя, все отказываются, не знают, как преподавать историю сейчас.

5, ноябрь, 1993. Снег застал меня в кроссовках, в которых я ходила летом - выходим из училища - самая настоящая метель на улице! Прочитав рассказ Джека Лондона «Шествие Смока Белью» я не жду, когда поедут трамваи - быстро иду пешком и не мёрзну. Иду так быстро, что жарко, хотя на мне всего лишь короткая куртка. Прохожу остановки трамваев и вижу толпы мёрзнущих людей, устремивших застывшие взгляды вдаль заснеженной дороги, откуда должен появится долгожданный вагончик. Сейчас я дома, за окном идёт снег. По радио «Ви-Би-Си» начинается «Hot Call», давайте, поставьте что-нибудь классное!

15, январь, 1994.
Стоянку за окном засыпало - машины все в снегу.
Завтра ехать в училище, да ещё с холстом, для новой постановки. Только бы трамваи ходили. Я научилась заходись в трамвай утром в давке с холстом на подрамнике так, чтобы не повредить его! Дожидаюсь, когда какой-нибудь из трамваев развернётся по кольцу Луговой. Тогда он подходит на остановку почти пустым и нужно встать как можно ближе к дверям, держа холст боком. Двери открываются, толпа штурмует трамвай и как бы «вносит» меня в вагончик - я ставлю холст к стене и он под моей защитой благополучно доезжает до центра. Из центра до Комсомольской проще - в трамваях уже свободней.

26, январь, 1993.
Папа пришёл из рейса! Теперь нет проблем с подрамниками - он оборудовал в маленькой комнате -кладовке столярную мастерскую и делает подрамники по всем правилам, со «скосами». Натягиваю и проклеиваю холсты я сама - мне это нравится. Главное найти холст. Очень хорошо подходят грубые мешки из-под картошки - продавцы на рынке отдают их бесплатно и очень удивляются, узнав, зачем они мне. Дома мешок разрезается по швам, стирается, сохнет, натягивается на подрамник и проклеивается холодным желатином. Надо грунтовать, но я не люблю - грунт часто «тянет» краску и я делаю «усиленную», в несколько слоёв проклейку. Очень холодно в училище. Хотя отопление включили, батареи почти не греют. На литературе Людмила Ивановна разрешила нам сидеть в одежде - я накидываю куртку на плечи, и пишу в перчатках, а кто-то сидит и в шубах с шапками.
Преподавателя на историю нашли - молодая девушка, только после университета, зовут Ирина Феликсовна, фамилию ещё не запомнила. Сейчас вечер, снег всё идёт, мне пора бежать на тренировку по карате, снова опаздываю - плохой пример для младших поясов.
В магазине, мужчина продавщице:- «Мне бутылку «Монастырской»».- «Вам обесцвеченную?»- «Нет, мне неокрашеную…»

8, июнь, 1994.
Сегодня закончили 1й курс!
Не верится. Поехали с мамой в «Ностальгию», отметить событие. Во Владивостоке американские моряки в ослепительно-белой форме и город как-будто улыбается. В «Ностальгии» - чай с горячими бутербродами, очень уютно, как всегда. В меню есть кофе с ромом, но если попросить налить ром отдельно, говорят - «нельзя». Только в кофе.       
Кроме кафе «Ностальгия» - салон, где художники могут продать свои картины. Мне нравятся пейзажи Валерия Мухтарулина, особенная техника, подвижная, живая. Мама купила акварель Владимира Ганина, студента института искусств. Натюрморт на склеенной туалетной бумаге, смотрится шикарно!
Вечером на карате тренер убежал по своим срочным делам, и тренировку пришлось проводить мне, как старшему поясу. Жуть, но справилась. Сейчас идёт дождь, за окном темно, горит прожектор на автостоянке. Я очень соскучилась по лету,  по тёплому морю и хочу на пляж. У меня первые студенческие каникулы! И я на 2м курсе.

29, сентябрь, 1994.
Наконец-то проснулась дома! Целый месяц была на пленэре, на Песчаном, в «Портовике». Сейчас долго писать не буду, уже поздно, завтра рано вставать. Ночь - моё любимое время суток.

30, сентябрь, 1994.
Ездила в училище на Светланской, на сборы. Получила наконец-то стипендию - шестьдесят тысяч рублей, двухсот-рублёвыми купюрами. Пошли в однокурсницами в «Бургер», потом «АртЭтаж», на выставку и посмотреть, есть ли краски в продаже. В ГУМе купила маме керамическую кошку. Напишу немного про прошедший дикий пленэр в «Портовике».
Второго сентября, утром, мы с мамой и братом Мишей поехали на Набережную - к пирсу у «Олимпийца», отправлять меня на пленэр, на катере «Артек». Могу с уверенностью сказать, что путешественник из меня не получился. Хотя какое же это путешествие?
В «Портовике» нас, студентов, поселили в корпусе, похожем на барак, с чёрными углами. При ближайшем рассмотрении оказалось - это стаи комаров. Мне досталась кровать, провисающая почти до пола. По утрам на эту кровать падало солнце. Нравилось мне это или нет - сложно сказать. Сразу же после приезда напала ужасная тоска по дому, очень хотелось в город. Скучала даже по моей кошке. Добавлялся совершенно неустроенный быт, например, вода из трубы на улице. Просто ржавая труба, торчащая из склона небольшой сопки за нашим корпусом. Комары успевают знатно поужинать, если мыть возле неё кисти в холодной воде. Не получалось выспаться - старшекурсники крутили ««Shockihg Blue» ночи напролёт и на славу веселились. Позже я нашла способ спать по ночам - выходила из корпуса с одеялом на качели, что стоят у моря, у самой воды. Скамейки на железных дугах - скрипучие. У моря ветер и комаров сдувает. Хохот из корпуса оттуда не слышно и, если хорошо закутаться, можно спокойно спать. Спасением стало ходить на этюды по косе в обе стороны, вдоль моря, в лес и к озеру, где камыш. Но особенно нравилось писать этюды с городом на противоположном берегу залива. Когда ясная погода, Владивосток  хорошо видно. Красивый, белый, с вечной сиренево-оранжевой дымкой над ним. Больше всего этюдов у меня именно с таким видом и ещё с катером. Катер «Артек» являлся единственной связью с городом, поэтому был многократно запечатлён на этюдах.
С красками большая проблема. Как оказалось, они очень быстро кончаются. Потом я вместо белил использовала стронциановую жёлтую и получались этюды с оттенком лёгкой неадекватности. Белила достать трудно, но можно разводить зубной порошок с подсолнечным маслом и скипидаром. Для удобства эту смесь загоняют в тюбики из-под зубной пасты. Писали и на строительных эмалевых белилах.
В последнюю неделю похолодало. И время тянулось медленно-медленно. Делала этюды в основном акварелью, когда масляные краски совсем закончились. По вечерам читала Чейза.
Вечером 27-го - я на «Артек» и домой.
Наши все остались на «банкет» в честь окончания пленэра. На днях видела, как с катера выносили ящики со спиртом «Royal». Не будучи любителем, я решила не оставаться.
Вышла на пирс во Владивостоке - и ощущение, что я уже дома.
Как мне только хватило сил дотащить сумку, этюдник и связку полу-сырых этюдов? Забавно смотрелось со стороны, наверное. Кстати, первым знакомым лицом, увиденным в городе, оказался парень, Женя, который всё лето прыгал «ласточкой» с третьей вышки на ТОФе. Доехала до Луговой на трамвае и кое-как добралась домой.

1, октябрь, 1994.
Очень люблю городскую жизнь!
После месяца на пленэре в «Портовике» это особенно ясно чувствуется.
На улице пасмурно и дождь, за окном темнеет.Безумно соскучилась по тренировкам карате, сейчас бегом побегу!

2, октябрь, 1994.
Солнце и тепло. Отдыхать осталось до понедельника, начинаются занятия в училище.
Ранние вставания по утрам. Но с нормальным душем и горячим кофе! Сумка с этюдами для просмотра уже собрана. Немного волнуюсь, работ у меня всё-таки мало.

5, сентябрь, 1994. Просмотр прошёл, пленэр мне засчитали! На «три». Считаю это удачей. Из-за количества работ. Тройки практически у всей нашей группы - пятерым поставили «два», это значит без стипендии и пересдача.

17, октябрь, 1994.
Когда стипендия- неизвестно.
Мама сдала какие-то акции, купили на эти деньги сладкого и сыра!
Вечером сходила на тренировку и вообще вымоталась.
По «Ви-Би-Си» сейчас передавали «Hotel California», одна из моих любимых песен.

20, октябрь, 1994.
Резко похолодало, нет горячей воды и у нас дома нет сахара. Хочу лето и на море.

22, октябрь, 1994.
Сижу у себя на кровати, закутавшись в плед. В квартире батареи не топят, горячей воды нет, на балконе теплей, чем дома.
Проблема на сегодняшний день - готовый холст на новую постановку.
У меня ничего нет, ни подрамника, ни мешка, ни гвоздей.
Задали целых две композиции.

29, октябрь, 1994.
Суббота, наконец-то выспалась!

6, октябрь, 1994.
В пятницу - ВХУ 50 лет.
Отмечали в училище на Светланской, и четвёртый курс устроил представление по поводу праздника и посвящение в студенты для первого курса.
У нас, кстати, посвящения не было.
Потом на открытии выставки в «АртЭтаже», в «Белом доме», набрала себе каталогов, ярких, цветных, красивых.

7, ноябрь, 1994.
В училище из нашей группы приехали два человека.
Сильно похолодало, утром замёрзла, пока ехала в училище.
В трамвае сегодня, в давке:
Девушка: - "Мужина, подвиньтесь, я скользну!"
Мужчина истерично, вжимаясь в людей впереди: - "Так скользните, девушка!!!»

23, ноябрь, 1994.
Папа пришёл из рейса!!!

2, декабрь, 1994.
Снег… здравствуй, зима.
В училище выдали остаток командировочных за пленэр - пятнадцать тысяч рублей и из-за снега почти не было занятий, всех отпустили пораньше.
Папа был в Японии, привёз видеомагнитофон! Какой фильм купить первым?

3, январь, 1995.
До просмотра осталось всего две недели! Столько всего нужно успеть сделать… главная цель сейчас - не опаздывать на занятия. Композицию скорее всего начну дома, хотя бы карандашом, если завтра одобрят эскиз.

9, январь, 1995.
Утром туман! Настоящий, густой туман. И тепло. К сожалению, ненадолго. После обеда подул сильный ветер, размёл мусор у училища. Вчера как раз выбросили прошлогодние холсты и по всей Пушкинской летали дивные портреты наших натурщиков.

17, январь, 1995.
Развеска свершилась. Возились до самого вечера, пропустила тренировку из-за этого. Первый раз.

19, январь, 1995.
Просмотр прошёл и первый семестр второго курса. Можно отдохнуть. Но кто бы видел мою комнату, во что она превратилась за эти две недели! Какие завалы у меня на полках, а особенно на столе, где попало валяются грязные кисти и палитры… Кошке это явно нравится. В общем, у меня в комнате «настала разруха».
Завтра планирую всё это быстренько убрать.

29, май, 1995. Утром небольшой дождь, с живописи ушла - совершенно нерабочее состояние.
Зато на тренировке вечером напало какое-то дурацкое веселье, а после попала под настоящий тропический ливень. Обожаю дождь. И сейчас за окном дождь. И отлично.

31 мая, 1995.
23.55 - через 5 минут настанет лето!!!Папа улетел в Сиэтл.

2 июнь, 1995.
Второй день лета, но мне холодно. В училище и на улице и дома. На улице пасмурно, с Тихой - туман. На Спортивной, латок с курицей. Сыро, холодно. морось. Два дамы продавщице - «Выберете нам курочек, молодых, красивых, как Вы».                                                                Продавщица: - «А они все как я. Синие и облезлые».

6, июнь, 1995.
Ночь. За окном туман и морось. Посмотрели «Облако-рай». Хороший фильм. Забавно, что Коля поехал именно во Владивосток.

20, июнь, 1995.
Можно считать, второй курс закончен!
Остался только реферат по литературе.
Сейчас дома, вокруг тишина, отключили свет, только дождь за окном.

20, август, 1995.
Вчера были на море с подругами, сегодня ездила в училище, на сборы. Пленэр будет не на Шикотане, как нам обещали, а всё в том же «Портовике». Потом пошёл дождь, у меня сломался зонтик. Впереди пленэр. Целый месяц.

29, сентябрь, 1995.
Купила эту книжку и пару ручек. Не знаю, о чём писать… немного отвыкла.
Напишу про прошедший пленэр. В этот раз у меня новый этюдник! Летом с мамой в «АртЭтаже» Александра Городнего, что в «Белом доме», увидели этюдник, такой, какой нужен! У нас не было на него денег, чтобы сразу купить. Поехали домой и заняли деньги у соседки, до папиного возвращения из рейса. С таким этюдником намного удобней. Когда раскручиваю металические ножки и устанавливаю его - чувство, как от чего-то настоящего. Недалеко от «Портовика» есть место, где открывается фантастический вид на долину. Очень понравилось ходить туда на этюды. Вдоль дороги растёт фундук, лесные орешки. Насобирала полные карманы. Однажды довелось увидеть амурского полоза. Большая змея, черная, с жёлтым узором, красивая! Иду с этюдов - ползёт прямо по дороге, пыль столбом. Испугалась, а местные пацаны кричат: «Не бойся, это полоз, он не ядовитый!».
Просмотр пленэра в среду. На пленэре старшекурсница, Таня, показала мне, как перевозить непросохшие этюды, чтобы не повредить их. Нужны деревянные прищепки и веревка. Прищепки цепляются на края сырого этюда. Сверху кладется другой этюд - между ними остаётся пространство, благодаря прищепкам. Так можно сложить несколько этюдов, один на другой, и крепко перевязать верёвкой. Тогда они зафиксированы и не могут смазаться. Совсем просто.

1, октябрь, 1995.
Сейчас поздно, вставать завтра рано, так что не буду долго писать.
Надо тетради для конспектов. Нигде нет их в магазинах и не знаю, где искать.
Ездила гулять к морю. На пляже до сих пор играют в волейбол.

2, октябрь, 1995.
Ночь и ветер за окном. В училище у нас - самая холодная мастерская, на первом этаже. Сегодня переписала расписание и ушла. Завтра просмотр. На карате было трудновато сегодня - отвыкла, всё-таки почти два месяца не занималась!

3, октябрь, 1995.
Просмотр засчитали, будет мне стипендия.

7, октябрь, 1995. Сижу у себя на кровати, пытаюсь нарисовать Малдера.
«Секретные материалы», что показывают по РВК, нравится всё больше. В конце каждой серии звучит фраза: «русский текст Ивана Ющенко» - мы с братом караулим именно эти серии. На других каналах не смотрим - после РВК перевод диалогов там звучит совершенно бесцветно, обычно и скучно. На тренировке сегодня у нас был парень с чёрным поясом. (!) Ещё два коричневых - готовятся к чемпионату.

9, октябрь, 1995.
Во вторник начали новую постановку с натурщиком Николаем, по прозвищу Николя. Мужичок с яркими глазками и алкоголическим носом. Наши «соседи» - группа оформителей, которая занимается в нашей мастерской в другие три дня в неделю - всё сделали! Заклеили окна, вкрутили лампочки, в частности, кто-то починил мой мольберт.
И забрали себе самый лучший шкафчик - замок повесили.
В книжном на Луговой купила наконец-то общие тетради. Хочу улучшить им «дизайн» - красиво оформить обложки.
Тренер Александр сегодня нашёл у меня «миллион» ошибок. Ещё бы, два месяца не занималась. Коричневые пояса больше не появляются, а чёрный ходит - занимается в стороне, на нас не смотрит.

15, октябрь, 1995.
Воскресенье. За окном темно и дождь. Завтра ехать в холодное училище, рисовать Николя. Надо потеплей одеться.
В трамвае давка, голоса с нижней подножки:- "Мужчина, подвитесь ещё немного!"
- "Куда?! Я и так здесь на одной ноге, как Ван Дамм стою!"

21, октябрь, 1995.
Ездили с мамой в центр, зашли «Ностальгию». В кафе - шумная компания художников, студенты института искусств. У кого-то купили картину - отмечают на все деньги!

25, октябрь, 1995.
Утром болела голова… и сегодня очень тепло. Иногда мне кажется, что я занимаюсь чем-то ненужным. Например, зачем было красиво обклеивать тетради? Может быть, не надо каждый день мыть кисти? Тогда будет получаться «сложный» цвет? И не надо чистить палитру, на каждую постановку делать новый холст - можно брать уже записанный, будет «лучше браться краска»… Такое чувство, что я не туда прилагаю усилия.
Возможно, я просто устала. Прошлась по Набережной. На пляже всё ещё волейболисты.

3, ноябрь, 1995.
В училище выдавали гуманитарную помощь из США - сухое клубничное молоко. Наш директор Николай Михайлович, стоя перед весами, насыпал его по два килограмма в пакеты, для каждого студента. Как всегда, в костюме с бабочкой, и весь, с головы до ног, в розовой клубничной пыльце.

26, ноябрь, 1995.
Мама с братом трое суток провели в аэропорту - встречали папу, из Ванкувера. Снег, метель, аэропорт закрыт, рейсы не принимали. Я эти три дня - одна, с двумя кошками. Ездила в училище по такой жуткой погоде.
Чартер из Ванкувера наконец-то совершил посадку, и все сейчас дома. И у нас есть видеокамера!

18, декабрь, 1995.
В училище с утра у меня какой-то идиотизм. Во-первых, опоздала. Второе - вылила масло на бумагу, перед тем, как натянуть на планшет - думала, что вода. Пришлось натягивать какой-то обрезок - нового нормального ватмана не нашлось. Для живописи оказался слишком маленьким подрамник. Плюс ко всему, ничего не получается. Не умею рисовать.
На тренировках - пол-зала новеньких набежало. Обычно это ненадолго - походят пару месяцев и больше не появляются. У парня с чёрным поясом странное имя - Кай. Или просто его так все называют.

5, январь, 1996.
Развеску отложили на двадцать второе января. Очень хорошо. Не получатся настроиться на работу. Ещё холодно так! Вечером -27, и в сыром холодном воздухе солнце качалось, словно в густой воде леденеющего моря.

28, январь, 1996.
Просмотр сдали. Первый семестр третьего курса прошёл. Снег. Ездила в центр, на Набережную,  гулять по замёрзшему морю. Вертолёты, чайки, рыбаки. Тишина, город не слышно, только снег и лёд вокруг. Можно привести мысли в порядок.

26, февраль, 1996. До среды надо найти бумагу для рисунка. Ещё хочу на выходных сделать себе записную книжку.
Во время тренировки снова отключили свет и занимались при свечах - у нашего тренера уже специально приготовлены для таких случаев. Своеобразная романтика.

30, март, 1996.
Первый дождь, и я, конечно, под него попала.

8, июнь, 1996.
Три дня шли сборы - аттестация на очередной пояс.
На спарринге пропустила удар в голову «с ноги» и получила знатный синяк под глаз. В зеркало не смотрелась четыре дня. Три дня занятий в училище пропустила, потом ходила в тёмных очках. На литературе Людмила Ивановна говорит:
- "Лера, сними очки",
- "А можно не снимать?"
- "Нет", - говорит, - "нельзя". Снимаю. Людмила Ивановна:
- "Ой, надень, надень, конечно!"
Жуткий был фингал на пол-лица. Сдала на пояс, теперь у меня синий!

21, июнь, 1996.
Во вторник просмотр.

10, июль, 1996.
Купила белил, охру, новую книжку для дневника. Сами собой напрашиваются сюжеты, складываются в рассказы, начну их записывать.
Подруга Василина сводила меня в гости к своим друзьям - толкиенистам. Что сказать, интересные люди, ездили с ними в лес за город. Очень своеобразно смотрятся эльфы, феи и гоблины у заднего окна в троллейбусе.
Тренировки по карате сейчас проходят в спорткомплексе «Труд», у бухты Фёдорова, со старшей группой. В зале жарко и душно, занимаемся на улице, прямо в кимоно - бегаем по берегу моря, потом отрабатываем удары в воде, безумно нравится!
Кай называет меня Соней, это так смешно!
- Соня, куда опять спряталась, вперёд вставай, синий пояс…
- Меня Лерой зовут, - стараюсь не рассмеяться.
- Отлично, - говорит, потом опять - «Соня!».

28, август, 1996.
Сижу на кухне, готовлю желатин, проклеивать картон для этюдов. Завтра сборы в училище. Картона и холстов мало. Красок тоже.
Купила недавно звуковую дорожку к «Секретным материалам» и денег совсем не осталось.
Два ночи. Как утром буду вставать?

1, сентябрь, 1996.
Не хочу ехать на пленэр.

6, сентябрь, 1996.
Пленэр. «Портовик».
Пишу этюд с деревянной трибуны для зрителей перед футбольным полем. В первые два дня очень хотелось домой. Вчера написала четыре этюда, сегодня - отвратительный портрет. Не знаю, выбросить его или закончить позже. Прошёл слух, что если «два» за пленэр - сразу отчисляют. Но я всё равно в «Портовике» не останусь дольше шестнадцатого. Условия ужасные, не получается здесь работать, не знаю, как другие исхитряются. Хорошо, что ещё желание рисовать не пропадает.
Ветер. «Артек» стоит. Очень слабо видно город. Качели скрипят у моря, на поле играют в волейбол. Стало холодно и на тёмно-зелёном море «барашки».

8, сентябрь, 1996.
По утрам я беру в столовой из завтрака только бутерброд с сыром, стакан горячего сладкого чаю и иду к морю. Пью чай на берегу, усыпанном ракушками «корольками» и смотрю на далёкий город. Потом иду в корпус, достаю из-под кровати этюдник, беру несколько картонок, мешок с красками и ухожу на поиск нового сюжета. Это единственный способ сбежать от преследующей меня здесь тоски. Другие варианты - дискотеки, ночные гуляния, всевозможная пленэрная романтика с гитарами у костра - не работают. Проверено. Вчера, у такого костра с гитарами, парень со старшего курса, Женя, показывает мне две мандариновые дольки и говорит: - Посмотри внимательно, на что они похожи?
- Не знаю, - говорю. Тогда Женя смотрит мне в глаза и проникновеннее говорит:
- Они похожи на женские губки…
Лучше бы он просто угостил меня этой мандаринкой.

13, сентябрь, 1996. Сейчас ночь, я в нашем корпусе, у себя на кровати. Народу мало - дискотека. У меня уже тринадцать этюдов, не считая удивительного портрета.
За день ничего не нарисовала, кроме совсем неудавшегося натюрморта с якорем, на маленьком холсте.
Вчера ходили за сопку, через лес. Вид можно использовать в фантастическом
фильме - открытое пространство, море, скалы, кудрявые сопки вдали и солнце сквозь туман. Сделала три этюда. И опять краски кончаются. Стены в корпусе все в этюдах, натянуты верёвки и на прищепках сохнут этюды.

14, сентябрь, 1996.
Хочу домой. Хоть прямо сейчас - на катер и в город.
Достали мухи и комары. Я сейчас в корпусе, этюдник стоит на улице - пишем портрет. Сегодня ветер, пробивается солнце и очень холодно. Море тёмно-зелёное в такую погоду, с золотой сияющей полосой на горизонте. Получается передать цвет воды через виридоновую, умбру и ультрамарин, а солнечную полосу - стронциановая или жёлтый кадмий с белилами. Последний день пишу маслом, иначе этюды не успеют просохнуть. После обеда собираюсь сходить в долину, написать ещё этюд. Туда идти примерно полтора часа, если только до того места, где открывается вид с дороги на лежащую внизу долину с поблёскивающими извилистыми реками.
Хочу уехать утром, в понедельник, чтобы тёмно-синие небо и море, жёлтые огоньки «Артека», утренний город… Капитан «Артека» мне напоминает Майкла Дугласа.
Нарисовать бы его портрет, но не решаюсь попросить позировать.

15, сентябрь, 1996.
Завтра утром уезжаю, если катер  пойдёт в город. Зависит от погоды. Сейчас небо затянуто, с утра морось. Вчера писали портрет, девушку в летней шляпе. Получилось ужасно, если его и выставлять - только для количества. Зря краски перевела. Сходила в долину, с этюдником, одна. Солнце как раз показалось и этюд получился очень удачным. Только сейчас подумала, как глупо было в одиночку идти в долину. Недавно наши «мальчики» знатно подрались с местными прямо на веранде корпуса, где оставляем разложенные этюдники с неубранными палитрами. Несколько этюдников сломали, хорошо, что я убрала свой в тот раз.

19, сентябрь, 1996.
Я дома, уже ночь, гроза. Утром катер шел в тумане и вокруг - ничего не видно, только море. Потом появились огни, очертания зданий. Город… пасмурное небо, ветер, цветные отражения на мокром асфальте.

25, сентябрь, 1996.
Ездила в училище, узнавать расписание, вечером попала под дождь с грозой.
В трамвае включили электрическое освещение и вспомнился «Нескончаемый дождь» Бредбери, солнечные купола на Венере.
Оказывается, можно было и не ездить в «Портовик». Подаёшь заявление и пишешь пленэр в городе. И мы учимся на Пушкинской! На втором этаже, мастерская с двумя балконами - замечательно.

26, сентябрь, 1996. Первый раз написала городской этюд маслом. Мне обязательно нужен мастихин. Нравится ходить по городу с этюдником и палитрой.
Завтра к девяти в училище. Очень хорошо - на Пушкинской, без всяких пересадок.
Со стипендии хочу купить мастихин. Правда, неизвестно, когда её дадут.

28, сентябрь, 1996.
Написала этюд со смотровой площадки на Лазо. Когда пишу этюды, сзади собирается толпа зрителей. Странно, как быстро перестаёшь обращать на это внимание. Сейчас ночь, думала ещё порисовать, но очень хочется спать. Не буду раскладывать этюдник сейчас - усну рядом. Порисую карандашом. В комнате натянула верёвку от двери к окну - вешать сырые этюды. Родители не против этого нововведения. Пять штук уже сохнут, на прищепках, и запах, как в мастерской. Папе очень понравились мои этюды, где тёмное море с золотой полосой на горизонте. Говорит, море именно так и выглядит в эту погоду. Мало времени до просмотра, ничего не успеваю.

7, октябрь, 1996.
Завтра к девяти в училище, на Хабаровскую, на шрифты. Задание не сделала, что скажу? Три темы задали по композиции. Одна из них должна стать платформой для дипломной работы.

15, октябрь, 1996. Совершенно неподходящее для начала учебного года состояние - несобранность и расслабленность. Всё время хочу спать.

8, май, 1997.
Завуч придумала новую забаву - «промежуточные» просмотры. Каждую нарисованную постановку выставляют на просмотр и оценивают.
Никто не понимает, зачем это нужно. В течении семестра бывают работы настолько неудачные, что их не выставляют на основном семестровом просмотре. Недавно на очередном таком «мини» просмотре  я получила «два» по рисунку и меня сняли со стипендии на месяц.
Интересно, куда пойдёт моя стипендия за этот самый месяц?

10, май, 1996.  Я очень устала от учёбы. Как бы доучиться до окончания курса, а там - лето! Или я брошу училище. Ненужные задания выматывают и раздражают: шрифты, афиши, эскизы плакатов, эскизы пакетов, логотипы, эскизы архитектурных фризов - зачем это всё на отделении живописи?

12, май, 1996. Решила, что буду рисовать просто в собственное удовольствие - все эти нелепые задания. Вчера говорю Каю:
- Думаю уйти из училища…
- Почему? - спрашивает. Я рассказала, а он говорит:
- Ну рисуй, что нравится, - Что тебе сейчас нравится?
- «Секретные материалы» - говорю не думая, просто чтобы что-то ответить.
- Ну и рисуй про тарелки, - и смеётся.
Говорит, дурацкая идея, не надо бросать училище.

15, май, 1996. Завуч объявила, что через десять дней - просмотр по двум композициям и шрифтам. Если получаешь «два» - исключают. Очень нервирует этот постоянный шантаж.
На историческую композицию я выбрала Григория Распутина.
Читаю «Петра Первого» и дочитываю Димитра Деляна.

25, май, 1997.
Сдала задания по шрифтам, и эскизы афиш, пакетов, логотипов и прочее…
Рисовала только на интересные мне темы. Иначе просто рука не поднималась. Засчитали, а что делать - задание сделано, эскизов много, «два» никак не поставить.
За эскиз фриза поставили «три» и забрали в фонд. Такие загадочные.

14, ноябрь, 1997.
Опоздала на мировую культуру на Хабаровской - стояли трамваи. Ужасные пробки. Когда стипендия - никто не знает. Купила краски на последние деньги - ультрамарин, жёлтую неаполитанскую, охру и белила. Вот всё, что необходимо для написание Владивостокского пейзажа. Охра, белый, голубой.

20, ноябрь, 1997.
В городе тепло, шёл снег, сейчас всё растаяло, как весной. Трамваи не ходят, ползают еле-еле, я часто хожу пешком, от Луговой до Лазо и обратно. Пока тепло - нормально. А в холод, с холстом, и пешочком до Лазо - не особенно приятно. Может быть, начать ловить попутки?

24, ноябрь, 1997.
Театру имени Горького присвоили звание «Академического», и теперь актёры у нас в училище организовали драмстудию. Собираемся сходить, посмотреть первое занятие.
Погода сегодня - пасмурно, серое небо, тёмно-серый асфальт, охра-трава и тоже серые - деревья. Нравится. В училище висит приказ со строгим выговором за опоздания - и я там. Хоть где-то фамилия прозвучала.

2, декабрь, 1997.
Холодно и ярко-солнечно, нелюбимая погода. В училище на Хабаровской едва «оттаяла» у окна, у батареи. Потом получали стипендию за два месяца - сто восемьдесят тысяч рублей.
Посмотрела «Одиссею» Кончаловского - супер!

4, декабрь, 1997.
Тепло на улице, в помещениях жарко и голова кружится. В мастерской очень душно. Дома ничего не делала, вчера нарисовала два эскиза, Распутина, углём и сангиной.
Не могу найти дополнительные материалы про Григория Распутина, информацию, фото. Кое-что есть в журнале «Ровесник». Намечается аттестация на пояс, тренировки усиленные. Очень устаю, ничего не успеваю.

15, декабрь, 1997.
Искали с мамой мне брюки для костюма, купили, коричневые, с ремешком. Пока мерили варианты на Баляева, на базаре, где в киосках грязные картонки на холодном полу - замёрзли. Поехали в «Кристину», там согрелись и там же купили.

21, декабрь, 1997.
Перетянула провисший холст… боюсь его снова проклеивать. И это называется пятый курс - не умею нормально холст приготовить.
В пятницу - развеска, кошмарное мероприятие, в субботу - просмотр.
По моему рисунку в училище прошла какая-то кошка, лапами в краске. Вообще класс.

25, январь, 1998.
Просмотр прошёл, развеска в суете… По композиции «четыре» и тему с Григорием Распутиным утвердили на диплом.

27, февраль, 1998.  Ничего не читаю, ничего не делаю. На улице тепло и море тихое, тёмно-зелёное, матовое, с кусками льда. В училище нам принесли планшеты для картонов к дипломам - мне до плеча по маленькой стороне.
 
2, март, 1998.
Утром пытались падать снежинки, пасмурно и холодно. Холодно, как бывает в марте. Белила закончились и денег нет. На перерегистрацию в библиотеке Фадеева надо двадцать тысяч рублей.

3, март, 1998.
Холст натянула, проклеила, загрунтовала водоэмульсионкой. С большим трудом забила гвозди - подрамник из твёрдого дерева.
По истории искусств надо делать реферат, думаю написать о Фешине. Возможно, о Каплане - но о нём ничего нигде нет.

6, март, 1998.
Аттестация на пояс в «Олимпийце»! Именно в «Олимпийце» я начала заниматься карате в четырнадцать лет. Я ходила в младшую группу и тренер, Данил, высокий и серьёзный парень, постоянно в тельняшке, казался нам взрослым, а ему было только семнадцать лет. Как-то раз день и время тренировки совпали с занятиями в художественной школе.
Я сложила кимоно в этюдник, чтобы родители ничего не поняли и поехала на карате. Данил пришёл в восторг от этой хитрости.
И сейчас - снова карате в «Олимпийце». На этот раз без фингалов под глазом. Наш Кай в судействе - классный, чёрная рубашка, синий галстук.

17, март, 1998.
Картон мой с места не двигается. Просмотр через десять дней. Очень мало разработок. В мастерской прохладно, заметно теплеет, когда появляется солнце. Принесла из дома кружку - пить горячий чай или кофе. Так хочется побыстрей закончить училище. Защитить диплом и закончить ВХУ. Но, как говорится, «быстро только кошки родятся». Надо много красок и новые кисти - много.

19, март, 1998.  Дождик. В мастерской холодно и слишком темно для живописи. Натянули бумагу на рисунок. В кабинете истории искусств тоже холодина. На занятии сидели в куртках.

21, март, 1998.
Начала картон. Интересно работать на таком формате, сразу ощущается серьёзность работы. Вот и добрались до диплома. Наш тренер по карате, Александр, переехал в Санкт-Петербург, и группа распалась. И Кай куда-то пропал. Его телефон я не знаю, ну а у меня вообще нет телефона. Никакого. Полнейшая апатия, и ещё диплом… Отстаю от всех в нашей группе по картону и эскизы не продуманы.

22, март, 1998.
Всё больше переживаю - диплом, потом экзамены, потом сразу вступительные - я решила поступать в институт искусств, ДВГИИ.
Иногда паника нападает - ничего не успеваю!
У нас осталась одна постановка и дальше - только работа над дипломом. Ещё экзамен. Ещё реферат. Ещё разработки. Подруги с тренировок тоже не знают, где Кай. Никто его не видел после аттестации.

29, март, 1998.
На просмотре эскизов Сергей Иванович мне сказал - «пока нормально». Но множество деталей не продумано, ещё есть над чем работать.

3, апрель. 1998.
Нет горячей воды дома и никакой - в училище. Рисуем картоны углём и угольная пыль везде - на лице, на одежде, руки чёрные. В коридоре стоит бочка с мыльной водой, там моем руки. Не особенно приятно. Для маминых студентов рисовала всякое для КВН, в Судостроительный техникум.
И надо учить билеты по истории искусств.

6, апрель, 1998.
Хочу новые кисти и краски, конфеты в упаковке, за двадцать тысяч рублей. Стипендию не дают, и её ни на что не хватает. На улице очень тепло, дома холодно. У нас вот-вот экзамен и потом просмотр. Надо много учить, много рисовать.

8, апрель, 1998.  Ездили в библиотеку училища, на Хабаровскую,
всей нашей группой в полном составе - смотреть материалы по истории искусств. Нашли журналы «Интерьер» и сразу забыли про экзамен - «если у меня своя квартира, я бы сделала так!» Дали воду горячую, но вонючую и оранжевую. Зато тёплая и батареи греют. Это сразу так ощутимо. Не могу собраться с мыслями, не хочется писать диплом… всё из-за Кая, куда можно было так исчезнуть?

11, апрель, 1998.  Сходила в ГУМ, обменяла пятьдесят долларов - на триста тысяч рублей. На обед у меня - брусничное мороженое в вафельном стаканчике. Прошлась по Набережной, спустилась на пляж по винтовой лестнице. Она жуткая, ржавая, шатается от ветра, но мне нравится по ней спускаться-подниматься. Летом по «винтушке» можно пройти на платный пляж без билета. Почему-то вспомнила, как я первый раз попробовала курить. В сквере на Пушкинской, рядом с училищем, пасмурно и холодно, как бывает в мае. Сигареты «Marlboro». Раньше представляла, как я на пленэре, на Песчаном, с этюдником, когда солнце и жарко, уйду куда-нибудь к морю и закурю почему-то «Camel». И чтобы шорты в краске. «Marlboro» я оставила на скамейке в сквере, курить мне тогда показалось неприятно. Потом однокурсница заходит в мастерскую, довольная:
- «Представляете, кто-то пачку «Marlboro» оставил, полную!» - и эти сигареты показывает.
Мамины студенты в Судостроительном техникуме заняли первое место в КВН и прошли в финал. Снова им рисовать..
И ещё билеты писать на экзамен.

15, апрель, 1998.
Пересмотрела «Танцующий с волками».
Особенно нравится, когда герой Костнера один в заброшенном форте, наводит порядок, пишет дневник, делает зарисовки… похоже на меня.
Вчера сделала цветной эскиз акварелью. Сегодня промазала его желатином - чтобы сверху пройтись маслом. Особенная техника нашего Сергея Ивановича. Хотела ещё порисовать в училище, но не смогла настроиться в пустой мастерской, уехала.
Завтра экзамен по истории искусств. Я, конечно же, не знаю, во сколько. На всякий случай поеду к девяти.

20, апрель, 1998.
Начинаю думать - зачем было брать такую сложную тему на диплом? Лучше бы что-то простое - рыбаки, сеновал, однофигурная композиция. Экзамен, кстати, сдала на «пять», ответила первая.

21, апрель, 1998.
Приехала в училище, стёрла хлебом картон - чтобы бумагу не затереть, уменьшила фигурки. Стипендию не дают. И последний просмотр прошёл, сняли работы. Теперь только диплом.
Событие! «Rolling Stones» летом в Москве, с единственным концертом - одиннадцатого августа, в мой День Рождения!

6, май, 1998.
В училище тихо… и про стипендию тоже. Сделали нам подрамники для дипломов, но уж очень хлипкие.

18, май, 1998.
Натянула холст для диплома - грубый, зернистый, настоящий. Льняной. Дорогой. Проклеила. И начала писать, лессировкой. Нужен новый мастихин и ещё много красок. После училища съездила на Тихую, спустилась к морю. Вода прозрачная, светло-изумрудная, стёклышки обкатанные на берегу и волны огромные, море любимое.

21, май, 1998.
Защиту дипломов перенесли на двадцатое июня. Это очень хорошо.

16, июнь, 1998 .
Дали стипендию, триста пятьдесят тысяч рублей. Сегодня к нам «в гости» зашёл Паша Шугуров, сказал, что в этом году поступает в институт искусств. Будет весело! В училище мы тоже вместе поступали.
На улице пасмурно, в мастерской серо и холодно. В коридоре сняли картины и белят, от этого пусто, уныло и неуютно.

21, июнь, 1998.
Вчера защитили диплом!Я защищалась второй по списку. Когда завуч читала мою характеристику, стало смешно, едва удержалась, чтобы не засмеяться. После отмечали в нашей мастерской - я выпила немного вина и голова разболелась. На балконе посидела на стульчике, который чудом ещё не развалился. На улице - намёк на солнце. Собралась и уехала домой, но какие-то вещи ещё остались в мастерской, заберу на днях. Папа в рейсе, и дома мы с мамой и братом открыли шампанское, а мне всё не верилось, что я защитила диплом в ВХУ. Теперь осталось только вручение дипломов. И выпускной.

17, август, 1998.
Поступили в институт!!! Снова с Пашей Шугуровым и Аней Ивановой. Как в 1993 году - в художественное училище.
Совсем без перерыва между защитой диплома в училище и вступительными экзаменами в институте. Только защитились - и снова поступать! Очень нравилась атмосфера, когда рано утром в институте мокрые, только что вымытые паркетные  полы в мастерских. И музыканты разыгрываются в коридорах. Сдавали на живопись натюрморт и портрет, на рисунок - гипсовая голова и обнажённая стоящая фигура, и тема города на композицию.
Помню, как смотрели вывешенные списки результатов. Я ищу свою фамилию внизу списка - оказалось, что я наверху, четвёртый номер, двадцать семь баллов из проходных семнадцати. Поступила!
В один из вечеров, когда шли вступительные экзамены, выхожу на улицу из института, вижу знакомую фигуру в парке напротив - Кай! Он уезжал в Гонконг, а когда вернулся, наша группа уже была распущена и тренера нет во Владивостоке. Долго рассказывали друг другу про взаимные поиски! Единственное, что он точно знал - я учусь в художественном училище. Зашёл в училище - там пусто, дипломники выпустились и преподаватели в отпусках. Хорошо - кто-то сказал ему про институт.

28, октябрь, 1998.
Первый день занятий в институте искусств. Пришёл наш преподаватель, Валерий Анатольевич Максимов, поставили натюрморты, гипсовые головы, шторы повесили… и мне стало страшно, как перед чем-то новым, сложным и неизвестным. А потом мы с Аней пошли в наше училище, забрать подрамники. На улице тепло, солнце, бархатный сезон. И ясно ощутилось, что я - дома, здесь, в этом городе. И я снова на первом курсе!

P.S. Валерий Максимов уволился из ДВГИИ в первом семестре первого курса,
и нашим преподавателем стал Кирилл Иванович Шебеко.