Азбука жизни Глава 3 Часть 212 Отдельная Планета!
— Виктория, папа сейчас в споре назвал тебя Отдельной Планетой. Что он в это вложил?
—Твой папа хорошо меня знает. Он объяснял причину моего… природного безразличия к порокам людей. Но если достанут, то от моего ядерного взрыва останется одна пыль — та, что проникает всюду, если человек болен шизофренией.
—А их много, с таким диагнозом?
—Достаточно. Особенно если твоя подруга-наставница вступает с кем-то в беседу.
—Но ты же сама мне всегда говорила: с незнакомыми не общайся.
—А у Викули есть свойство проводить эксперименты. Она начинает спор, зная, что выйдет победительницей. Но ей быстро надоедает, становится скучно, она уходит — но изображает тот самый ядерный взрыв.
—На последнем концерте так и было!
—На сцене, Валек, у неё — восторг. В споре — одно желание отвязаться. Для неё в жизни нет вопросов.
—А какие сегодня, папа, вообще могут быть вопросы? Всё предельно ясно, как любит говорить мой дедушка.
—Тебе повезло с ним. Как и мне — с твоим отцом, когда он был у нас директором.
Константин Сергеевич выходит из кабинета, услышав разговор, и молча садится. С надеждой, что мы сейчас поднимем ему настроение? Я иду первой — невольно, понимая, что виновница. Эдик — за мной. Ах, как же вы меня завели! Сейчас будут мелодии для души. И какие! Все соберёмся в этой прекрасной гостиной. Сегодня даже Пётр Евгеньевич дома — рано пришёл из клиники.
Эдик мягко наигрывает свою композицию, видя, как в дверях появляется мама с малышом. Сынуля любит, когда я пою для него. И все знают: в такие мгновения голос звучит по-особому. Я будто извиняюсь перед ним и перед всеми — за те недели, когда исчезаю. И в эти минуты мне самой бесконечно приятно слышать свой голос. В нём — нежность, счастье и признание в любви ко всем, кто сейчас здесь, в этой комнате, на этой маленькой, отдельной, ни на что не похожей планете, которую мы по вечерам называем домом.
Свидетельство о публикации №223102601454