Суровый урок

                Суровый урок
  Три темных пятна на снегу Владимир Протасов увидел еще метров за пятьдесят.
- Так вот куда они забрались – почти на открытое место, а я их в овражках тропил, - удивился  охотник. Подойдя ближе, он присел у одной из лежек и поскреб пальцами еще влажную листву. 
-Кажется спугнул,- подумал паренек, глядя на выбитые копытцами ямки, но, пройдя несколько шагов по свежему следу, увидел, что  переживал напрасно. - Косули ушли  не прыжками, а спокойным шагом. Скорее всего, направились кормиться в ближайший дубняк, или богатые травой лесные прогалины.
    -Теперь нужно поспешать, - засуетился охотник. Намереваясь вернуться  засветло, он  не взял с собой  даже куска хлеба. Но охотничий азарт взял верх над здравым смыслом, и Протасов продолжил упрямо преследовать ушедших    вдаль косуль. 
  -Ветер благоприятствует,  можно подойти  на выстрел,-   подзадорил себя Владимир. - Главное увидеть первому. Взяв оружие наизготовку, он медленно двинулся дальше. Судя по следам, косули шли  рядом и лишь  одна из них сворачивала в сторону, делала петлю и вновь возвращалась назад.  -
-Сразу видно, что не пуганые, - смекнул преследователь.
    Солнце огненным шаром подкатилось к небосклону, прячась за медленно выплывающими из-за горизонта тучами.
-Догнать животных до темноты не успею, - понял  охотник - любитель. - Пора уходить. - Когда плохо знаешь местность, лучше всего возвращаться по своим протоптанным следам.  Но Протасов решил изменить известному правилу. Смело оставив свою тропу, он не понятно зачем, перешел на другую сторону озера и стал возвращаться назад, намереваясь  выйти на свой утренний след.
-Он приведет домой даже в темную ночь, - обнадежил себя  самоуверенный молодой «следопыт».
  Когда настала пора сворачивать в лес, наступила полная темнота.
  - Эх! надо было идти по знакомому маршруту, который привел к козьим лежкам, - надо же какой дурень! - поздно опомнился Владимир.  А тут еще с неба упали первые снежинки, а следом пошел обильный снег, превращая в неясные очертания, окружавшую его тайгу. Что делать? куда идти?   Вокруг мрак,  он один, и надеяться не на кого». Озираясь по сторонам и утопая по колени в снегу, он вошел в пугающие дебри дальневосточной тайги…
  В лесу легких путей не бывает.  Можно и ноги переломать о заваленную снегом корягу или, споткнувшись, напороться на острый, как кинжал, сучок лиственницы. И вот, падая в очередной раз, Владимир порвал новый  войлочный ботинок и чулок,  надетый поверх него ( чтобы снег не попадал в обувь).  Но он  проник не только за шиворот, но и набился в карманы фуфайки, ледяной струйкой спустился в порванную обувь.
  Хорошо, что вскоре снегопад прекратился, а подувший следом хороший ветер быстро разогнал тяжелые  тучи, открыв на черном небе яркие  мерцающие  звезды.   Немного погодя впереди между деревьями появился слабый матовый просвет.
- Скорее всего, там дорога или лесовозный волок, - обрадовался паренек, направляясь в ту сторону. Теперь он уже точно не заблудится. Миновав последние заросли, ободренный Вовка вышел  на открытое место. Только встретила его не зимняя дорога, а раскинувшееся  во всю ширь безбрежная  марь… 
    Высокие  кочки, мелкий  кустарник и зябкая тишина  сжали, словно в объятье, заплутавшего в тайге  ночного путника. Пробираясь почти по пояс в снегу через это, казалось бы, безбрежное снежное море, парень почувствовал, что теряет силы: появилась вялость,  по телу разлилось приятное тепло, захотелось спать.  В тяжелый ненужный груз превратилось  цеплявшееся за кусты и кочки охотничье ружье  с забившимися снегом стволами. 
-Замерзаю! -  испугался Протасов.  Чтобы  не поддаться страшному соблазну, «прикорнуть» между кочек,  он заставил себя громко смеяться, шутить и ругать себя за допущенную глупость и  безрассудство.
    Вдруг, после долгих мучений,  он увидел впереди себя возвышенность, а прямо перед собой  высокий мыс, клином впившийся в жуткое  болото. 
-Вот оно спасение, - подумал Владимир. - Нужно только забраться туда, разжечь костер и  дожидаться утра.  Но тут же страшная мысль заставила его резко остановиться:  он вспомнил, что  уходя из дома, не захватил с собой самое главное - спички. В каком-то оцепенении, инстинктивно, шаря замерзшими пальцами в заполненных снегом  карманах фуфайки,  он нащупал в одном из них  случайно оказавшийся там…  коробок спичек.
- А что толку в них, если они промокли, - подумал он.
    К счастью, отсырела только верхняя часть коробка, но нижняя осталась сухой. То же случилось и со спичками. Осторожно отделив  сырые, он бережно переложил  дорогую находку во внутренний карман телогрейки.  Затем, скользя на крутом подъеме, вскарабкался наверх и  стал оглядываться  в поисках  валежника. Но кроме заснеженного бугра он ничего не заметил. Лишь в нескольких шагах от него лежал немного приподнятый над землей, сдерживаемый сильными корнями, высушенный временем ясень. А немного в стороне, на открытом всем ветрам склоне, шелестел сухими листьями сваленный какой-то не ведомой силой крепкий  дубок.  Уставший Владимир наломал хрупких веток,  собрал  листья и, подложив их  под дерево,  подпалил. Когда пламя охватило сухой ствол,  распространяя вокруг тепло, «таежник» стал подумывать о лежанке. Не коротать  же ночь на снегу.  Как раз над ним, раскинув свои мощные зеленые ветви, высился старый  кедр-великан. Посмотрев вверх, Владимир понял, что добраться до лапника ему не хватит сил: слишком высоко.  Зато за ним, на самом краю мыса,  он  приметил  не высокий, но широкий в диаметре  сухостой – старую   медвежью берлогу. Осмотрев его «блудный сын» понял, что удерживает от падения бывшее жилище косолапого  всего лишь тонкая оболочка.  Так что  после хорошего толчка плечом, она с шумом грохнулось на землю, расколовшись на две полукруглых части.  Очистив обломки от древесной трухи, Протасов приспособил один из них под защиту от ветра, а  другой - под жесткое ложе.
    Удобно расположившись у жаркого костра, он прикрыл веки, чтобы, наконец, вздремнуть, но внезапная мысль о медведе, шатунах бродивших порой по тайге, сняла сон как рукой.  Бдительно, будто ночной сторож, он время от времени приподнимался на своем ложе  и внимательно осматривал занятую им территорию. Рядом, как успокаивающий атрибут, стояла приставленная к стволу кедра  заряженная  двустволка.
Посматривая с тоской в темное звездное небо, Владимир заметил слева от себя  на небосклоне   знакомое  созвездие – Большой ковш.  Он вспомнил, что также слева от материнского дома он замечал его и раньше, возвращаясь вечером из сельского  клуба. Значит, деревня в том направлении.  Определив по макушкам деревьев, согласно этой верной примете, свой завтрашний путь, он стал дожидаться утра. Родные, наверное, тоже не спят, волнуются…
    В какой-то момент ему показалось, что в той стороне, где, по его мнению, должен находиться отчий дом, взвилась к небу и вспыхнула красная ракета. – Видно почудилось, - Обрадовался парень.  Но примерно через минуту в небо взлетела вторая.  Он быстро схватил ружье и выстрелил вверх. Сейчас же в небе вспыхнула очередная яркая вспышка. Снова выстрелил.  И опять небо осветила  красная ракета.
-Значит, услышали мои  выстрелы,- обрадовался хлопец.  На всякий случай, если придется возвращаться назад, он поправил костер, подбросил сучьев и стал пробираться навстречу расцветавшим в небе  «фейерверкам».
  Минуя овраги, поднимаясь на возвышенности и спускаясь в низины оврагов, он старался идти быстро, часто  спотыкаясь о  заснеженные коряги и  царапая руки о колючий кустарник.  Боялся,  что прекратятся пуски ракет, а те, кто занимается его розыском, начнут менять места поиска.  Тут же  пришло  сомнение:а что если стреляют на каком-нибудь  военном учении - совсем в другой стороне? И он опять влезет в очередное болото или непроходимый, черный от пожаров лесоповал.
  Радостное чувство, что самое худшее позади, Владимир Протасов ощутил, когда между стволами деревьев и густого кустарника  различил яркий огонь и суетившихся возле него людей в военной форме.  Поодаль от них стоял мощный вездеход - «Урал». А вот и зимняя дорога.  На ее  обочине ярко горели сложенные один на другой  шесть  автомобильных покрышек - сигнал, который он заметил только сейчас.  Здесь он узнал в  свою очередь, что и его выстрелов никто из поисковиков не слышал…
  - Я бы никогда не остался там навсегда,- уверял Протасов своих друзей и знакомых.  Верил, что произойдет что-то чудесное, что поможет вернуться  домой. Так и случилось: тайга, решив преподать ему суровый урок,  дала и удивительную возможность спасти жизнь.  Скорее всего, не случайно оказались на трудном пути  неожиданные спасители: приютивший  таежный мысок, старая медвежья берлога,  сухой  ясень и  дубок  с шуршащими на ветру пожелтевшими листьями. И, конечно, материнская старенькая «душегрейка», в которой оказался   спасительный коробок спичек.  Ведь в сарайчике, где она кормила домашнюю живность, был проведен свет.
И разве  все это - не чудо?
 Виктор Тарасов.