Глава 5. Рождённый ползать? Все прочь! Взлетаю!

     Каран как сидел на газоне, так поднялся и двинулся по нему, когда Алиса вышла. Молодой наг заметил у девушки сумку через плечо и улыбнулся ещё одной сходной детали.
     Алиса вышагивала по тротуару, Карангук струился по траве параллельным курсом, чуть приотстав.
     Она поглядывала на него, косилась краем глаза. Невероятный хвостатый мужчина невозмутимо следовал туда, куда она его вела. В фантастику всё ещё верилось с трудом, – до изумления, до головокружения, – хотя она была перед Алисиными глазами, шуршала скошенной травой.
     Хорошо, что гуляющих собак нет, вот визгу было бы, если бы какой-нибудь пёс налетел на невидимый хвост нага.
     Хорошо, что едва за одиннадцать, можно сказать, время детское. Неподалёку несколько автобусных остановок, люди возвращаются с работы, расходятся по домам. Сейчас девушке нравилось, что вокруг полно народу, она ощущала себя в относительной безопасности. Фантастика – это интересно и романтично, но и риску может быть выше крыши.
     Поговорить он предложил… Настоятельно так, на весь двор. Хорошо, если он действительно поговорит, а не сразу схватит да утащит… Куда, кстати? Из каких-таких мест он сюда заявился?
     На первом этаже одного из жилых домов, в полусотне метров от шоссе и автобусной остановки, было маленькое кафе. Точнее, ниша с витриной в стене здания и несколько столиков под открытым небом перед ней. За стеклом витрины красовалась курочка-гриль, шаурма, беляши и прочие непреодолимые соблазны фастфуда.
     Алиса облюбовала крайний столик, всего с двумя стульями, как раз для двоих. И очень удачно, что люди ходили поблизости, а в кафе никого не было. Девушка присела на холодящее сиденье и выставила ногу вбок, готовая в любой момент вскочить и убежать.
     Карангук осторожно приземлился на второй стульчик, металлические ножки жалобно скрипнули под тяжёлым телом. Молодой наг сел лицом к улице и обвил невидимым хвостом их столик вместе со стульями. Теперь никто не подойдёт вплотную незаметно.
     У продавца играла музыка. Алиса прислушалась и сделала стойку – замерла, вытянув шею. Неожиданный выбор – не рок, не шансон, не эстрада. Негромко звенела гитара, нежный голосок девочки-подростка аккуратно выводил по-испански народную колумбийскую песню про рыбака.
     Алиса сидела и слушала, с удовольствием покачивала головой в такт, поглядывала вверх на светящиеся окна домов и звёзды над крышами. Каран не мешал и первым разговор не начинал.
     Песня закончилась.
     – Возьму нам что-нибудь поесть, – Алиса вскочила, чтобы побежать к витрине, и споткнулась о хвост, окружавший столик.
     – Ой! – вскрикнула она, потому что Карангук хвостом же её и подхватил, и тут же сделал его видимым, чтобы девушка больше не спотыкалась. Прохожие всё равно не слишком много разглядят, крайний столик стоял в тени дома и деревьев, свет витрины и фонарей сюда не доставал.
     Алиса быстро вернулась с курочкой-гриль и только тут спохватилась.
     – А ты мясо-то ешь?
     – Ем, конечно, – в полумраке сверкнули белые зубы и белки глаз. – Я люблю мясо, а это вкусно пахнет. Только мне не очень по душе, что ты меня кормишь. Может, лучше я поймал бы нам что-нибудь в лесу?
     Алиса засмеялась.
     – Это пригородный лес, там давно никакой живности не осталось, потому что людей гуляет много… Так что ты хотел мне рассказать?
     В это время к ним кто-то подошёл.
     – О, какая тут рыбка! Какой плавничок! – новый посетитель кафе даже нагнулся, пожирая глазами Алисину ногу.
     Девушка вздрогнула. Она узнала человека по голосу, не оглядываясь. Этого парня все соседи дружно прозвали – Ромка-бандит.
     – Детка, ты меня ждёшь? Тогда вставай и пойдём, я тут с машиной… Чёрт! – Ромка подошёл ближе и споткнулся обо что-то. Карангук тут же сделал хвост видимым, но нахальный человек не испугался.
     – Девушка со мной и никуда не пойдёт, – спокойно сказал Каран. – Мы разговариваем, не мешай.
     – Это кто тут вякает? Клоун? – Ромка демонстративно, с угрозой прищурился. – Клоуны не роляют. Нацепил хвост подлиннее и подумал, что теперь ты крутой? Должно быть, у тебя член маленький, вот ты и этого, того… ком-пен-сируешь.
     Ромка решил, что парень за столиком – вроде тех, кто приделывает себе русалочьи хвосты и в таком виде плавает. Но что он ему, Ромке, сделает, придурок неуклюжий? Да пока он из-за столика выползает, у него хоть сотню девок увести можно, только вякать ему и останется!
     – Алиса, неужели он думает, что меня оскорбил? – Карангук с усмешкой спросил у девушки, а сам быстро оглядел противника.
     Человек откровенно нарывается. Оружия при нём не видно, и Большого Змея он явно недооценивает. Будь Карангук один, он бы с удовольствием подрался, он мог бы во мгновение ока разметать хвостом тут всё, и витрину, и столики, и людей, если они нападут. Но с ним девушка.
     – Детка, так тебя зовут Алиса? Отлично! Пойдём отсюда, ты же ради меня тут сидишь, не ради же этого придурка!
     Ромка по-змеиному стремительно выбросил вперёд руку, ухватил девушку повыше локтя, чтобы вытащить из-за столика, но тут же выпустил и взвизгнул пронзительно, по-бабьи, потому что вознёсся в воздух на высоту своего роста, не в силах даже трепыхнуться.
     Карангук через мгновение поставил человека обратно и выпустил из захвата. Ромка ошарашенно посмотрел на большой чёрный хвост, который внезапно оказался живым, и, спотыкаясь, кинулся к припаркованному на обочине шоссе «рафику».
     – Каран, пойдём отсюда быстрей, это опасный человек, у него целый отряд с оружием, – трясущимся голосом выговорила Алиса.
     – Я могу очень быстро, если не испугаешься, – скороговоркой выдал Карангук, подхватил девушку на руки и так стремительно метнулся за дом, что оглянувшийся Ромка даже не понял, куда делись эти двое.
     – Доставай стволы, ребят! Там какой-то урод мою девку увёл! Мутант чёртов! Надо найти и наказать!
     Багажник машины был под завязку набит огнестрельным оружием, официально зарегистрированным в охотничьем сообществе…
     В школе старшие ребята отнимали у Ромки карманные деньги и били, если у него денег с собой не оказывалось. Отцу жаловаться было бесполезно.
     – Учись драться, – говорил он Ромке. – Я же не могу ходить в школу и драться за тебя там.
     Формально отец был прав. Ромка драться научился и сам стал отнимать деньги. А когда подрос, то ушёл из дома, вступил в криминальную группировку и вполне оправдал данное соседями прозвище…
     Ромка сел за руль. И тут вспомнил, как днём разбил свой автомобиль обо что-то непонятное. И сообразил. Хвост, которым сейчас его схватил змей-мутант, в какой-то момент был невидимым. Так вот на что Ромкино авто налетело на шоссе! Ну, держись, урод! Я еду-еду, не свищу, а как наеду, не спущу!
     На заднем сиденье неприметный с виду член отряда по прозвищу Умник отбил кому-то эсэмэску. И тут же зазвонил мобильник в кармане у Ромки.
     Ромка достал телефон одной рукой.
     – Да, босс!.. Не, я не могу прямо сейчас! Я тут кое на кого охочусь, вот быстренько разберусь вместе с ребятами… Да, я помню, что вы тоже увлекаетесь охотой, я бы позвал, разумеется, но тут дело личное, один мутант покоцал мне машину, увёл мою девку да ещё и понты качал, оскорблял… Как он выглядел? Ну, как те девки, что русалочьи хвосты цепляют и так плавают, только у придурка змеиный хвост настоящим оказался, представляете!
     На том конце «провода» собеседник заорал так, что стало слышно всему отряду в салоне «рафика».
     – Ромка, ты что, дурак?! Это же криптид! Знаешь таких? Зачем его убивать, если можно продать, лучше даже за рубеж, за баксы?! Есть там ценители, с личными зоопарками… Короче, ничего не предпринимайте, ждите, сейчас буду, только биг-боссу маякну…
     Он и маякнул, не отключаясь. Параллельный звонок тоже услышали все.
     – Палыч, ты что, дурак?! Какие криптиды в пригородном редколесье? Тут вам не тайга, непролазной чащи нет! То есть, конечно, тайга – по составу смешанному, хвойно-лиственному, но это не такая тайга! Это как одуван на бошке у старпёра! Прозрачная, вся насквозь просвечивает! Нет тут давно никаких криптидов, ещё с древних времён! Он откуда-то пришёл, значит, есть портал, а за порталом – целый мир, откуда можно качать ресурсы! Раз криптид разговаривает, значит, из него можно вытрясти всю инфу! Поймать его и вытрясти! Короче, ждите и ничего без меня не предпринимайте!
     Этот разговор перехватил по служебной рации участковый, тут же доложил начальству. Пока он убеждал это самое начальство, что он не дурак и ему не показалось, что тут, возможно, Контакт, и спецслужбы не погладят по головке за то, что криминал перехватит иного сапиенса и сорвёт важные для страны переговоры, что этого иного надо немедленно спасать…
     В общем, полицейские опоздали.

                ***

     Алису несли по лесной тропинке с немыслимой для пешего существа скоростью, так что тёмные деревья только мимо мелькали, но она не боялась. Оставшийся позади Ромка-бандит был куда страшнее всамделишного нага.
     – Не бойся, я отлично вижу в темноте.
     Карангук принёс девушку к поляне, залитой светом высокой полной луны, и аккуратно поставил на ноги, а сам расположился прямо на траве, посередине.
     Алиса принялась нервно расхаживать взад-вперёд.
     – Присядь, – попросил он.
     – Трава в росе, мокрая, холодно, – возразила она.
     – Могу предложить живое кресло, – лукаво улыбнулся молодой наг.
     Он уселся на собственный, свёрнутый кольцами хвост, и выглядел, как человек, с комфортом расположившийся на стопке автомобильных покрышек. Только настоящие покрышки от такого обращения мигом развалились бы в груду, а вот кольца большого хвоста – нет.
     Алиса хихикнула. Карангук улыбнулся, он поймал мысленные картинки.
     Да-а, и покрышки тут, скорее, от грузовика, а не от легкового автомобиля.
     Алиса снова хихикнула.
     – Ещё могу предложить вот это, – Карангук достал из сумки, висящей у него через плечо, накидку из тонкой шерсти с узорной каймой.
     – Ух ты, пончо! – Алиса приняла одеяние в обе руки, просунула голову в отверстие, закуталась и довольно вздохнула.
     – Пончо? У вас она так называется?
     – Не у нас, а у индейцев. Кстати, ты на них похож, и волосы тёмные и длинные, мне нравится. Только перьев в волосах не хватает.
     – Перья у меня есть, но в походе их, как правило, не вдевают.
     Оба засмеялись.
     – Так присядешь?
     Он приглашающе протянул к ней руки. Она протянула руки в ответ, он подхватил девушку за талию и усадил на верхнее кольцо хвоста. Алиса снова засмеялась и погладила тёмный чешуйчатый изгиб, изучая его с любопытством. Хвост оказался приятным на ощупь, сухим, прохладно-тёплым и шелковистым.      
     – Ну что, тебе тепло, удобно?
     Девушка кивнула, подняла голову, вгляделась в сдержанно улыбающееся лицо над собой, улыбнулась в ответ.
     – Поговорим? А то в кафе нам даже начать разговор не дали, отвлекли.
     – Поговорим. Кстати, а как это ты так хорошо говоришь по-русски? Бывал здесь?
     – Бывал, и не раз. Правда, до сих пор в большие города не лез.
     – Получается, что и правильно делал, м-да… А откуда ты? Неужели, в самом деле, из другого мира?
     – Да. Мир называется Аргардиум, в нём живут и люди, и иные виды разумных существ.
     – Что – и драконы есть?
     Карангук улыбнулся. Девушка внимала ему с блестящими от любопытства глазами, как ребёнок, слушающий сказку.
     – Есть.
     Алиса только вздохнула. Столько у неё вопросов, и все хочется задать разом. Но в первую очередь надо узнать о главном.
     – Про метку расскажи. Что это такое, как появляется и чем грозит?
     А она сравнит с тем, что именно читала в книгах-фэнтэзи.
     Карангук посерьёзнел.
     – Верховный жрец в Храме Всех Богов проводит обряд. Для наследников главных нечеловеческих родов этот обряд обязателен, остальным – по их желанию. На запястье появляется вот такая татуировка – у двоих, мужчины и девушки. Эти двое – как правило, одного вида. Не знаю, что произошло сейчас, почему моей истинной оказалась человеческая, а не шеххарская девушка, не нагиня. Поэтому я предполагаю, что произошла какая-то ошибка.
     Молодой наг помолчал.
     – Метка обязывает как можно быстрее найти свою пару, дарованную магией. Метка не позволяет двоим истинным долго находиться вдали друг от друга, иначе… иначе оба могут умереть. Мы можем умереть, – интонацией подчеркнул он последние слова.
     Алиса впилась глазами в лицо Карангука. Он кивнул, совсем по-человечески, в ответ на её безмолвный вопрос.
     – Да, к сожалению, это так. Если ты не согласишься пойти со мной в мой мир, я буду вынужден остаться здесь, где-то неподалёку от тебя, если хочу, чтобы мы оба оставались в живых. Ну и, кроме того, тогда мне так и не удастся узнать, что же такое странное произошло с нынешним обрядом.
     Алиса поёжилась. То есть, они двое теперь чьей-то волей намертво привязаны друг к другу. Он никогда не сможет вернуться на родину, не сможет жениться. А она никогда не выйдет замуж…
     Алиса глубоко вздохнула и решилась.    
     – Раз ничего другого не остаётся, я согласна уйти с тобой, чтобы разобраться. Кто откроет портал и когда это можно будет сделать?
     – Портал открываю я сам, у меня с собой ключ, и сделать это можно прямо здесь и сейчас.
     – Хорошо. Только я Вере эсэмэску отправлю, чтобы она пока за моей квартирой присмотрела… – Алиса на миг задержала дыхание – А знаешь, откровенность за откровенность, мне будет жаль, если метка окажется ошибкой. Ты мне понравился.
     – Ты мне – тоже, – живо отозвался молодой наг. –  Но умеешь ли ты отличать собственные чувства от наведённых меткой?
     Алиса испуганно на него посмотрела, Карангук понял и подытожил:
     – Значит, не умеешь. Ничего страшного, вместе мы со всем разберёмся.
     Вдалеке от поляны зашептались люди.    
     – В «шишигу» он не влезет, фуру с тягачом сюда подгони.
     У Карана слух был нечеловечески острый. Услышав эту реплику, молодой наг насторожился. Но было поздно. Что-то резко укололо его в шею, и, проваливаясь в густую тьму, он успел только услышать отчаянный, далёкий крик. Алиса! Но Каран больше не смог сделать ни единого движения.
     Девушка с ужасом увидела, как молодой наг медленно, словно в дурном сне, опрокинулся навзничь на траву. Огромный чешуйчатый хвост расслабился, кольца развернулись, Алиса свалилась в мокрую траву.
     Их двоих окружили вооружённые люди.
     – Босс, он мою машину побил, девку увёл, меня ушиб, скотина! Босс, можно я его по яйцам пну?
     – Где ты там яйца видишь, дурак?
     – Ну, он же мужик? Мужик. Таз у него есть? Есть. Значит, и яйца есть. Так можно, я его пну?.. Ай-й-й! Там чешуя как металл! Я ногу ушиб!
     Ромка-бандит завопил и запрыгал на одной ноге. Остальные загоготали.
     – Голову ты ушиб, а не ногу, причём давно… Поди прочь, идиот, не порти мне товар для зоопарка! Клиент заграничный, привередливый. Если он потребует скидку, я недостачу с тебя стрясу. Понял?
     – Забудь пока про зоопарк, Палыч. Сначала я с этим криптидом потолкую, как следует. Сейчас подгонят фуру, погрузим его и отвезём ко мне на фазенду.
     – Да как мы его погрузим, такого огромного? Тут лебёдка нужна!
     – А за что я вам деньги плачу, бугаям? Погрузите, не обломитесь!
     – А девку – мне!
     – Ромка, не дури! Обойдёшься. Девку – в расход. Ненужный свидетель.
     – Палыч, не дури! В расход всегда успеем! Пока что девка, возможно, пригодится, как переводчик или заложник. Девку – туда же, в фуру.
     – Тогда мне – хоть цацку, – пробурчал Ромка-бандит, выждал момент, пока начальство отвлеклось на транспорт, поддел ножом ремешок на шее у бесчувственного нага,  сорвал блестящий кулон и сунул к себе в карман.

                ***

     Тягач натужно ревел мотором, развивая немыслимую для него скорость, тащил по загородному шоссе фуру. Её опасно мотало из стороны в сторону.
     Внутри металлического фургона Алиса кашляла от рыданий, цеплялась одной рукой за какую-то скобу, а второй рукой отчаянно, изо всех сил, удерживала Карана головой у себя на коленях. Не дай бог, бесчувственный наг ударится виском обо что-нибудь, убьётся же. Огромный тяжеленный хвост бессильно перекатывался от борта к борту, увлекая за собой человеческую часть тела.
     – Каран, проснись! Да проснись же! Нас увозят!
     Алиса готова была хлестать его по щекам, чтобы он поскорее очнулся, но так и не решилась на это. Да и не удержала бы тогда его голову.
     – Куда увозят? – прохрипел Карангук, с трудом разлепляя веки.
     – Не знаю. Но ничего хорошего нас там не ждёт.
     Особенно тебя, хотелось ей добавить. Достаточно было вспомнить реплики бандитов на поляне – и про зоопарк, и про допрос насчёт портала. Быстрая смерть и то будет лучше. Но Алиса проглотила окончание фразы.
     – Эта коробка, конечно, заперта?
     Девушка только кивнула. Конечно.
     – Погоди, сейчас попробую нас освободить.
     Карангук привстал, потряс головой, прогоняя дурман, прополз к дверям в торце фуры, ощупал их, но замка не нашёл.
     – Там большой засов снаружи, – сказала Алиса и попыталась не заплакать снова.
     Наг потряс двери, засов не сдвинулся с места. Карангук вернулся к Алисе, схватил её в охапку, крепко прижал к себе, оберегая, и принялся с силой бить хвостом в стенки фуры, раскачивая её. Есть надежда, что эта людская коробка опрокинется, её перекосит, и двери удастся открыть.
     Фура остановилась, хлопнула дверца другой машины, снаружи заорал грубый голос.
     – Эй, там! А ну, не бузи, не то снова усыпим! Опрокинешь фуру – и будешь сидеть взаперти, без еды и воды, пока мы смотаемся за краном и подымем её обратно. Не бузи, лошарик, ничего страшного не грозит ни тебе, ни твоей девке. Приедем на место, побазарим, расскажешь всё, что нам нужно, и мы вас отпустим.
     На последнем слове грубый голос гыгыкнул.
     Карангук и Алиса переглянулись. Они отлично поняли, что значит этот смешок, не маленькие. Никто их отпускать не собирается.
     Фура снова тронулась с места и быстро набрала скорость.
     Алиса сидела в кольце сильных тёплых рук и отвлекалась на мысленное философствование, чтобы не реветь.
     Криминальное мышление – это, по сути, эгоизм крайней степени. Я! Моё! Мне! И пофиг, у кого я это отберу, пофиг, каким способом и какой ценой, пофиг, что потом будет с ограбленными. А лучше пришибить их во избежание будущих проблем… 
     На Карангука девушка не смотрела – опять же, чтобы не реветь.
     Фура повернула и сбавила ход. Под колёсами захрустел гравий, по стенам и крыше захлестали ветки деревьев. Наконец, фургон остановился, проскрежетал засов, двери в торце распахнулись.
     – Вперёд, и без глупостей. Вы на прицеле, – раздалась грубая команда.
     Карангук, прижимая к себе Алису, неуклюже вывалился наружу, не подавая виду, что может двигаться очень быстро и даже прыгать, а не только ползать. Вокруг заржали.
     Алиса совсем упала духом. Сейчас их запихнут в какой-нибудь бронированный подвал, и фиг они оттуда выберутся…
     Карангук взял Алису за руку так, что их метки соприкоснулись, и девушка с удивлением услышала голос нага у себя в голове.
     «Алиса, молчи, что бы я ни сказал. Верь мне, я вытащу нас обоих».
     Разглядев, куда их привезли, девушка недоумённо вытаращилась. Она ожидала увидеть помпезный замок с башенками или хоть большую виллу. А увидела что-то похожее на деревянный грубый форт из вестерна. Массивные ворота с вышкой-платформой над ними, дом из толстенных брёвен, и стена, похожая на древнюю, грубую, каменную кладку, огибающую большой кусок леса.
     Впрочем, внутри дома всё было оборудовано в стиле хайтек, по последнему слову техники. И да, их отвели в подвал с массивной бронированной дверью, без окон.
     Боевики перекрыли выход, рассредоточились вдоль стен, а вперёд вышли трое. Три главаря, поняла Алиса.
     Ромка-бандит, ему нет и тридцатника, самый мелкий начальник, у него десятка в подчинении. Лысый качок лет сорока, с рублеными чертами лица – Палыч, поминавший заграничный зоопарк. И третий, биг-босс. Лет пятидесяти, может, чуть больше. Костюм-тройка, классическая стрижка, тонкие черты лица, умные, пронзительные глаза. Самый главный и самый опасный.
     Биг-босс шагнул ближе, измерил глазами змеиный хвост.
     – Интересно! Сколько тут – метров девять?
     – Да, – невозмутимо ответил Карангук.
     – О, ты по-нашему разговариваешь, отлично.
     Биг-босс присел на корточки, бесцеремонно провёл ладонью по блестящей чёрной чешуе и гаденько ухмыльнулся.
     – Интересно! Что ты чувствуешь, когда я к тебе прикасаюсь?
     – Ничего, – спокойно сказал Карангук. – Это же броня. Что она может чувствовать?
     – Это верно, пожалуй.
     Биг-босс разочарованно спрятал улыбочку и отошёл.
     – Голубой, что ли? – шёпотом спросил Ромка у ближайшего боевика, рискуя нарваться за такие вопросы.
     – Нет. Просто экспериментатор.
     Биг-босс заговорил снова, остальные молчали.
     – Откуда, говоришь, ты пришёл?
     – Из другого мира. Через портал.
     – И ты покажешь его нам, а может, даже проведёшь через него?
     – Если вы пообещаете нас отпустить, то да, и покажу, и проведу.
     – О! Конечно-конечно, мы сразу же вас отпустим! Покажешь нам портал, а девка пока останется у нас в залог. Когда он открывается?
     – Я сам его открываю, в любое время. А девка – ключ, так же, как и кулон, который кто-то из вас у меня… одолжил.
     – Складно врёшь, только номер не пройдёт. Какое отношение девка может иметь к порталу?
     – Вы же наверняка, как человек хорошо образованный, понимаете, что такое энергия. Портал открывается только при её наличии, причём – вполне определённой энергии, а не какой попало. Нужна живая сила этой девушки и сила кристалла. Тогда я смогу открыть портал.
     Биг-босс покивал с умным видом, но тут же язвительно прищурился.
     – И ты готов предать свой народ, пустить на вашу землю чужаков с неизвестными намерениями? А вдруг мы придём с оружием, чтобы вас завоевать?
     Биг-босс снова гаденько хихикнул и вперился в лицо нага по-змеиному немигающими глазами.
     – Портал находится на землях людей, а не змей. До людей мне дела нет.
     И человек поверил. Потому что прозвучало убедительно именно для него.
     – Приятно иметь дело с лохом… то есть, с умным партнёром. И где он находится, твой портал?
     – В лесу, в земляной норе. 
     Главари переглянулись.
     – Ну, разумеется, рождённый ползать…
     Алиса чуть не хихикнула. Бандиты цитируют классику, бля…
     – Маяк отдайте, а то я нору не найду.
     Кулон сам собой выпрыгнул у Ромки из кармана и улетел в руки нагу.
     В той же фуре их привезли в лес, куда указал Каран.
     Пленников окружили, нацелили на них огнестрелы и, не моргая, наблюдали.
     Молодой наг ползал кругами по поляне, держа в одной руке кулон, а в другой, подмышкой – Алису.
     Портал внезапно засветился вовсе не на земле, а метрах в двух над нею, мерцающий овал, слабо видимый при ярком дневном свете.
     Рождённый ползать, говорите? Все прочь! Взлетаю!
     – Мака! – крикнул Каран, прижал к себе Алису и прыгнул вверх.
     Они вывалились из-под арки и улетели бы с горного карниза в пропасть, если бы не сетка, та самая мака, которую дежурные наги вовремя растянули над обрывом. Алиса посмотрела вниз, сквозь крупные ячейки, и крепко зажмурилась.
     А если бы их не успели подстраховать?
     И как это бандиты в них не выстрелили? Они же держали пленников на прицеле со всех сторон!
     – Я их обездвижил на мгновение, – еле слышно проговорил Каран и потерял сознание.