Глава 5. Крестик у старой яблони

Глава 5. Крестик у старой яблони

Когда друзья вышли из банка, снег уже кружился между крышами.

Изюмчик подставил лапку. Снежинка растаяла.

— Значит, это ещё не настоящий первый снег?

— Смотря что считать настоящим, — ответил Логарифм.

— Тот, который остаётся лежать.

— Тогда он может начаться сегодня вечером.

Изюмчик прижал карту к свитеру.

— А если обещание нужно выполнить именно сегодня?

— Оно опоздало на много лет, — заметила Агата. — Несколько часов уже ничего не изменят.

— Но вещь всё равно нужно найти, — сказал мышонок.

Мурзик шёл впереди, держа под одной лапой блокнот, под другой — старую карту.

Теперь они знали, что компас Варежки исчез в день праздника. И что кто-то нарисовал маршрут к яблоне, собираясь что-то вернуть.

Оставалось проверить крестик.

Возле сарая снег задерживался в трещинах коры. Старая яблоня казалась седой.

Баламут снял с двери крючок.

— Можно открыть?

— Мелисса разрешила осмотреть вещи, — ответил Мурзик. — Но пол и стены без необходимости не разбираем.

— А с необходимостью? — спросил Кляксик.

— Сначала найдём причину.

В сарае Мурзик разложил на ящике две карты: ту, что нашли в подушке, и точную карту Варежки из архива.

На карте Варежки ровными рядами стояли семь яблонь.

На карте из подушки осталась одна большая яблоня. Рядом с ней простым карандашом был дорисован сарай.

— Вот здесь, — сказал Мурзик, указывая на крестик. — Если совместить карты, тайник должен быть под задней стеной.

Изюмчик наклонился над листами.

— А почему крестика два?

Мурзик посмотрел внимательнее.

Под ярким красным крестиком проступала другая отметка — маленькая и бледная.

— Похоже, старый крестик обвели заново.

— А сарай нарисовали потом? — спросил Изюмчик.

Логарифм поднёс карту к свету.

— Карандашная линия проходит поверх старого рисунка.

— Значит, карту дополняли, когда сарай уже построили, — сказала Агата.

Изюмчик приложил палец к бледной отметке.

— Тогда, может, нужно искать не под стеной, а там, где раньше был крестик?

Мурзик снова совместил карты.

— Верно. Я слишком быстро выбрал место.

Он повернул старую карту.

— Если ориентироваться по яблоне, тайник мог оказаться и под полом.

Кляксик сразу лёг на живот и прижал ухо к доскам.

— Ничего не слышно.

— А что ты ожидал услышать? — спросила Агата.

— Как клад ждёт.

Мурзик осмотрел заднюю стену. Толстый корень яблони проходил под ней и приподнимал крайнюю половицу.

Из узкой щели тянуло холодной землёй и лавандой.

Изюмчик поднял нос.

— Пахнет как карта.

— В сарае хранятся старые ткани, — сказал Баламут. — Лаванда могла лежать здесь.

— Или под полом, — прошептал Кляксик.

Баламут уже потянулся к доске, но Агата остановила его.

— Сначала спросим Мелиссу.

Мелисса открыла не сразу.

— Вы уже закончили?

— Почти нашли место крестика, — сказал Изюмчик. — Оно может быть под сараем.

Мелисса крепче сжала край двери.

— Под сараем ничего нет.

— Откуда ты знаешь? — спросил мышонок.

— Я имею в виду, что там земля и старые корни.

Мурзик снял шляпу.

— Возле стены приподнялась доска. Мы хотим заглянуть под неё.

— Не стоит. Можно повредить пол.

— Мы будем осторожны, — сказал Баламут. — Если доска не поднимется, не станем ломать.

Мелисса посмотрела на него.

— Баламут не строитель.

— Вообще-то я строил домик.

Мелисса не улыбнулась.

Изюмчик развернул карту.

— В архиве написано, что пропал компас Варежки.

При имени Варежки лапа Мелиссы соскользнула с двери.

— Вы нашли что-нибудь ещё?

— Пока нет, — ответил Мурзик. — Поэтому и хотим проверить.

Несколько снежинок упали на карту. Красный крестик потемнел.

— Это могла быть детская игра, — сказала Мелисса.

— Могла, — согласился Мурзик. — Если под полом ничего нет, мы сразу положим доску обратно.

Мелисса посмотрела на старый рисунок.

— Только осторожнее с корнями.

— Значит, можно? — спросила Агата.

Мелисса медленно кивнула.

— Можно.

— Ты пойдёшь с нами? — спросил Изюмчик.

— Нет. Мне нужно закончить шарф.

За её спиной лежали спицы и серебристый моток «Лунной Мяты». Связанная часть почти не изменилась с утра.

Мурзик уже собирался уходить, когда Изюмчик спросил:

— А лаванда у тебя ещё есть? Такая, как в подушке?

— Наверное. Раньше мы клали её в маленькие мешочки, чтобы старые вещи хорошо пахли.

— Варежка тоже их делала?

Мелисса посмотрела на падающий снег.

— Варежка любила лаванду.

Дверь закрылась.

Вернувшись в сарай, друзья увидели, что Баламут уже приготовил старое одеяло и пустую коробку.

— Я ничего не брал без спроса, — поспешно объяснил он. — Спросил у Логарифма.

— Подтверждаю, — сказал Логарифм.

Мурзик присел возле приподнятой половицы.

На её краю сохранились старые вмятины.

— Её уже открывали.

— Может, когда строили сарай? — предположила Агата.

— Может быть.

Баламут осторожно приподнял доску. Под ней оказалось неглубокое пространство, заполненное сухой землёй, листьями и переплетёнными корнями.

Логарифм принёс лампу.

Изюмчик лёг на одеяло и заглянул внутрь.

— Там что-то блестит!

— Компас? — оживился Кляксик.

— Не вижу.

Щель была слишком узкой для кошачьей лапы, но мышонок мог пролезть.

— Сначала проверим, что там безопасно, — сказал Мурзик.

Баламут осмотрел соседние доски, Агата придержала половицу, а Логарифм проверил балки.

— Если не трогать опоры, всё должно быть в порядке.

— А если я застряну? — спросил Изюмчик.

— Сразу возвращайся. Не лезь дальше, если не можешь развернуться.

Изюмчик снял свитер и осторожно пролез в щель.

Под полом зашуршали листья.

— Здесь тесно, — донёсся его голос.

— Возвращайся, если неудобно.

— Пока нормально.

Через несколько секунд из щели выкатилась ржавая крышка от банки.

— Первый клад, — объявил Кляксик.

— Это мусор, — сказала Агата.

— У каждого свои требования к сокровищам.

Изюмчик посветил лампой чуть дальше.

— Здесь мешочек!

Он вытолкнул наружу кусочек выцветшей ткани. Внутри сохранились сухие серые цветки лаванды.

А на ткани серебристой ниткой была вышита маленькая звезда.

Изюмчик выбрался наружу и приложил мешочек к карте.

— Смотрите. Как на подушке.

Мурзик сравнил вышивку.

— Очень похоже.

— Значит, мы нашли правильное место? — спросил Кляксик.

— Похоже на то, — ответил Мурзик. — Но самого компаса пока нет.

Изюмчик снова заглянул под пол.

— Подождите. Там ещё что-то.

Он направил лампу между корнями.

— Коробка!

Все придвинулись ближе.

— Большая? — спросил Кляксик.

— Жестяная. И застряла.

— Не тяни резко, — предупредил Мурзик.

— Я не тяну.

Баламут лёг рядом.

— Покажи, где она.

Изюмчик посветил на ржавый угол. Баламут осторожно подцепил коробку, а мышонок подтолкнул её с другой стороны.

Вместе они протащили находку между корнями.

Коробочка выскользнула наружу и легла на одеяло.

— Нашёл! — выдохнул Изюмчик.

Кляксик уже собирался открыть крышку, но остановился.

— А можно?

Мурзик взял коробочку обеими лапами.

Она была размером чуть больше книги. Голубые цветы на крышке почти стёрлись, по краям проступала ржавчина. Сверху её обвязывала выцветшая серебристая лента.

На узле висела картонная бирка.

Мурзик осторожно развернул её.

На одной стороне детским почерком было написано:

Варежке.

На другой:

Вернуть.

Изюмчик перестал улыбаться.

Снег застучал по крыше. Теперь хлопья уже не таяли, а задерживались на подоконнике и ветках яблони.

— Это та самая вещь с карты, — прошептал он.

— Место и подпись совпадают, — сказал Мурзик. — Но мы ещё не знаем, что внутри.

Коробка тихо звякнула.

Между крышкой и стенкой виднелся угол сложенной бумаги.

— Там письмо, — сказал Изюмчик.

— Похоже на то.

Баламут посмотрел на дом Мелиссы.

— Может, открыть вместе с ней?

Все замолчали.

— На бирке написано имя Варежки, — сказала Агата. — Коробка предназначена ей.

— Тогда мы вообще имеем право её открывать? — спросил Баламут.

— А как же расследование? — возмутился Кляксик.

— Расследование не разрешает открывать всё подряд, — ответил Мурзик.

— Но мы не знаем, где Варежка.

— Знаем город и переулок, — напомнил Изюмчик. — В архиве было написано.

— Номер дома размыт, — сказал Логарифм.

— Значит, можно попробовать её найти, — решил мышонок.

Мурзик посмотрел на бирку.

— Сначала покажем коробку Мелиссе. Карта нашлась в её подушке, и она может что-нибудь вспомнить.

— А если не захочет говорить? — спросил Изюмчик.

— Не будем заставлять. Но коробку всё равно нужно доставить Варежке.

Баламут опустил половицу на место. Агата собрала найденные вещи, а Кляксик забрал ржавую крышку от банки.

— Зачем она тебе? — спросила Агата.

— Кто-то должен заботиться о маленьких кладах.

Когда друзья вышли из сарая, Сливочная улица стала почти белой.

Изюмчик шёл рядом с Мурзиком и не сводил глаз с коробочки.

— Как думаешь, внутри компас?

— Возможно.

— И письмо Мелиссы?

Мурзик посмотрел на букву «М» на старой карте.

— Возможно.

— Ты уже догадался, что случилось?

— У меня есть версия.

— Какая?

— Сначала хочу услышать Мелиссу.

Они остановились возле дома с красной крышей.

За окном горела лампа. На подоконнике лежал незаконченный шарф, а рядом сидела Мелисса и смотрела на снег.

Мурзик поднялся на крыльцо.

Под его лапой тихо звякнула коробка, которую много лет обещали вернуть до первого снега.

Мурзик постучал.