Письмо маме

Мамочка!

Уже прошло чуть больше трёх лет, как ты решила нас с папой оставить. Это самое больное, что ты мне сделала. Но я уже давно тебя за всё простила. Просто пишу письмо, потому что говорят, что иногда это помогает. Но мне бы так хотелось, чтобы ты прочитала эти строки…

Ты всегда была хорошей матерью, а я хорошей дочерью. Просто мы не были друг к другу готовы. Тебя никто не учил, что ребёнок – это личность со своим мнением и характером. И мне очень жаль тебя. Мне бы так хотелось тебя саму прижать к своей груди и сказать: «Не бойся, моя хорошая, я с тобой. Мамуль, мы всё выдержим, вынесем. Главное говори, с какой стороны туча, чтобы я успела зонтик подготовить.»
Мне тебя безумно не хватает, мам.

Мне не хватает твоего голоса. Да и споров с тобой тоже не хватает. Мы обе очень упрямы. Но твоё упрямство было таким же по-королевски утончённым, как и ты сама. Я понимаю, как папе повезло, что ты его жена.

Я никогда не скажу была. Ты есть и остаёшься ею. Даже если твоё сердце устало работать. Ты – замечательная мать и жена.

У всех бывают бури и ураганы. У кого-то просто они мягче, у кого-то сильнее. Но это всё проходило так же быстро, как и приходило. Нам всегда хватало нас троих на каждый праздник. Нам больше никто не нужен был. У нас действительно была своя ячейка, к которой надо быть достойным, чтобы получить код доступа.

Я поняла, как тебе тяжело было с твоей мамой, Валентиной Петровной. Она была слепа и ей уже мы не могли помочь. У неё была своя правда, которая ослепила её ещё в детстве. Она ведь тоже была привязана к своей маме, как я к тебе. Только мы с тобой всегда искали выход из лабиринта и распутывали самые сложные узлы, а не как Валентина Петровна, которая всё рубила на корню. Но самое обидное, что она жила в какой-то своей вселенной, где дочь и внучка не такие идеальные, как показывают в дешёвых фильмах. И она транслировала всё это на нас. Мы с тобой обе пострадали от её этой вселенной. Только и с родственниками нам не очень повезло. Ты сама знаешь тётю Таню и её окружение. А я чуть не подверглась насильному повторному крещению со стороны Нины. Да, я тоже местами была слепа. Просто верила, что таких современных и рисковых людей, как мы с тобой, больше. Может, они и есть, только это не наши родственники. А для других я уже и не хочу посвящать в свой мир. Они его только рушат и уничтожают.

Мам, знаешь, что самое ужасное и больное для меня? Что я сильно обиделась снова…незадолго до твоего ухода в Вечность. Эта боль и обида гложет меня. Я ведь понимаю, что ты хотела как лучше. Что ты боялась, что я восприму всё в штыки, если ты мне прямо скажешь о том, что тебя беспокоило. Мне было неприятно, что это решалось за моей спиной. Ты ведь МОЯ мама. А я тогда бабушке и сказала, что вот ты позвонишь мне, чтобы поздравить меня с годовщиной, а я специально не возьму трубку… Да, вот такое злое и обидное предложение.

НО ЧЁРТ ВОЗЬМИ!!! Я БЫ ВСЁ СЕЙЧАС ОТДАЛА, ЧТОБЫ ТЕБЕ ЭТО ВСЁ ПРЯМО СКАЗАТЬ И ВООБЩЕ ОРГАНИЗОВАТЬ СЕМЕЙНЫЙ РАЗБОР ПОЛЁТОВ: ТОЛЬКО ТЫ, Я И ПАПА…

Как раньше…

Помнишь, мам? Нам для праздников и вообще больше никто не нужен был. Только мы втроём…

Мамуля, мне очень больно.

Я иногда молю забрать меня к тебе. Я лучше буду с тобой на Том свете, чем тут, одна…если, конечно, Тот свет существует. Я бы хотела в это верить.

Мам, помоги, пожалуйста. Сделать мне что-нибудь. Знак дай, как и куда идти. Или просто помоги уйти к тебе. Я не знаю и не хочу даже жить дальше. Всё внутри болит и рушится.

Знаешь, самые лучшие сны, где есть ты, которая всегда меня обнимает. Они такие реалистичные и светлые. В них я никогда не чувствую удушающего чувства одиночества. Снись, пожалуйста, почаще.

Я пишу эти строки сквозь потоки слёз…но ты их никогда не прочитаешь. Это письмо так и останется со мной. Моей болью. Без тебя. Без папы.

Я люблю тебя, мамуля.