Азбука жизни Глава 4 Часть 222 Тишина после дня

Глава 4.222. Тишина после дня

Детки уснули, улёгшись рядом с папой, и в доме наступила та особая, драгоценная тишина, которая бывает только поздно вечером, когда все дела переделаны, а тревоги отпущены.

Мы втроём сидим в гостиной — бабушка и Альбина Николаевна ведут тихий, неторопливый разговор, полный тёплых интонаций и молчаливых пониманий. А я, отгородившись от этого уюта экраном ноутбука, пытаюсь вникнуть в цифры. Мама с Настенькой загрузили мне эти расчёты, хотя я прекрасно знаю, что Тиночка Воронцова справится с ними одной левой завтра утром. Но мне нужно это — механическое действие, цифровая рутина, чтобы унять внутренний вихрь впечатлений. Сегодняшний день был как калейдоскоп: сменяющиеся города за иллюминатором, встречи, суета. Даже неутомимые Денис и Эдик, кажется, сражены усталостью и разбрелись по комнатам. Татьяна осталась в Сен-Тропе с мамой Франсуа — решили пожить там пару недель под южным солнцем. Мама в Москве хоть немного успокоится за производство — с Татьяной всё будет в полном порядке, она ведь окончила экономическое отделение ещё до университета.

— Добрый вечер! Надеюсь, ты не за рабочими расчётами? — раздаётся из чата голос Воронцовой. — Я завтра подъеду и всё сделаю.
— Ты же знаешь, что я так от эмоций отхожу, — отвечаю я, не отрываясь от экрана. — Сегодня был слишком насыщенный день. Не усну. А тут ещё так уютно — сижу рядом со своими красавицами.
— Да уж, красавиц я сегодня заметила! — слышится лёгкий смешок в ответ. — Видела их в университете на концерте. Сидели такие счастливые, довольные!
— А сейчас они тут, рядом, мило беседуют, — улыбаюсь я. — Надеюсь, вы бабушку одну не бросаете?
— Она вечно в университете пропадает! Мы с Надеждой иногда заезжаем, прибираемся, готовим для неё что-нибудь вкусное и, не дождавшись, уходим. Часто вспоминаем, как она и на Кутузовском так же жила. Не хочешь к нам подъехать?
— Нет, — отвечаю я с лёгким вздохом. — Завтра рано утром мы уезжаем на нашу виллу к океану. Присоединяйтесь! Побудем там дня два. Почему это ты, Воронцов, смеёшься?
— Татьяна сегодня звонила из Сен-Тропе, рассказывала, как ты эти дни «отдыхала», — доносится его голос, полный доброй иронии. — Так что наслаждайтесь природой вволю. Денису надо заниматься, Эдик в нашем проекте. А ты — иди спать!
— Спасибо, мои родные, — говорю я, и голос сам смягчается. — До встречи!
— Спокойной ночи, Викуля!

Чат затихает. Я отодвигаю ноутбук и наконец-то поворачиваюсь к комнате. Бабушка и Альбина Николаевна перешёптываются о чём-то, и в их позах, в наклоне голов — столько спокойной нежности, что на душе становится тихо и светло. Это не просто вечер. Это — причал. Место, куда можно вернуться после любого шторма, зная, что тебя ждут, поймут и дадут просто посидеть в тишине, слушая, как тикают часы и догорает огонь в камине. Самая большая роскошь — не в виллах и перелётах, а вот в этих минутах полной, ничем не нарушаемой гармонии между самыми близкими.