Extra Roman non est vita... Антоний

Средь роскоши и лоска царских зал
В пустом дворце правителей Египта,
Седой и грузный, римлянин стоял,
Готовый расплатиться за ошибку…

Он словно постарел на двадцать лет,
Зовет Клепсидра в мир потусторонний,
Перед глазами меркнет блеск побед,
Которых добивался Марк Антоний.
И он устал от счастья и тревог,
Устал любить, устал во что-то верить,
Овеян пылью множества дорог...
И ничего не взвесить, не измерить. 
Он жил когда-то, но теперь он мертв
И смерти окровавленное зево
В вечерней мгле как тень за ним встает…
Пора закончить начатое дело.
Он бросится на меч… сейчас… сейчас…
Мелькнут давно забытые картины:
Друзья, пирушки, блеск знакомых глаз,
Леса, луга и горные стремнины,
Мелькнет за лупанаром лупанар
И галльский лагерь сменит форум Рима…
Потом весна и ясный день, и март…
И Цезаря истерзанное имя…
Пронзая тело, стынет в теле боль,
И кровь течет, и кровь меняет мрамор …
Могилы холод как морская соль,
Сквозь кожу проникая, разъедает.
 
Средь роскоши и лоска царских зал,
В пустом дворце правителей Египта
Солдат страны далекой умирал,
Так страшно расплатившись за ошибку...