Хроника. Оглянись

Тяжёлая дверь застонав начала очень неспешно сдвигаться в сторону. Металлические части никто не смазывал, и весь механизм, бывший без движения долгие годы, страдал от этой работы. И, всё же... Всё же Стэфу было их не жалко. Он ждал.
Через какое-то время перед взором нашего героя появился длинный коридор с небольшим уклоном вверх, в конце которого ярко светился дверной проем. Стэф сделал шаг через порог убежища. Шаг наружу. То, чего он ждал очень долго.

Под ногой что–то хрустнуло. Когда он нагнулся, то увидел маленькую куколку-пупса. Может кто–то его забыл, а может выбросил – кто знает. Подняв игрушку на уровень глаз Стэф осмотрел её. Она была поцарапанная, запыленная, а теперь ещё и треснувшая. Быть может, это – хороший знак, кто знает. Стеф отряхнул её и положил в боковой карман куртки. Сделав несколько глубоких вдохов–выдохов, Стэф зашагал к светящемуся квадрату дверного проема. В голове резко вспыхнул образ женщины, на бегу обронившей данную игрушку. Вспышка, и образ исчез.

Почти у самого выхода на поверхность, его взгляд зацепился за что-то угловатое на полу. При приближении оказалось, что это – пистолет. Он был еще более запылен, заржавлен и покрыт слоем песка. Стэф побоялся проверять, работает ли он. В голове всплыл образ человека, спускающего курок возле своего виска после закрытия гермодвери убежища.

Прошло долгое время, прежде чем зрение вновь привыкло к естественному яркому освещению. Стэф огляделся – он не узнавал тот город. Точнее, он знал, где он, но не мог узнать это место одновременно. Вместо ярких неоновых вывесок не было ничего, высотки из стекла и бетона, частично разрушенные и обгорелые смотрели на него с укором пустыми провалами окон. Повсюду было много пыли, песка, гулял ветер, а солнце очень ярко жгло. Казалось, что его мегаполис поглотила пустыня. Хотя, в этих словах была доля правды.

Ядерный конфликт погрузил мир в апокалипсис. Уцелевшее люди попрятались по убежищам, потому что человечество готовилась к такому исходу давно. А десяток лет, протекших для Земли без участия человека, превратили окружающий мир в песчаное и безжизненно ничто. Теперь придётся снова обживать и очеловечивать окружающий мир.

И последнее, что увидел Стэф перед тем, как отправился в рейд, была картинка, нацарапанная на бетонном косяке убежища то ли ножом, то ли ещё чем–то. На картинке было изображено кривое сердечко и рядом слово «мама». Да, каждый за воротами убежища оставил что–то своё. Прикоснувшись к надписи, Стэф увидел плачущую девочку с гвоздем в руке, царапающую данную надпись в тот момент, когда ракета кое почти коснулась земли.

Стэф зашагал по направлению к центру города. Его ждали дела.