Чипсы Бора

Однажды в пятницу, когда часы пробили неизвестно сколько раз, я возлежал на диване, как философ на облаке. В одной руке у меня была банка с пивом, сваренным бельгийскими монахами, в другой — пакет чипсов, хрустящих, как первый снег под ногами пьяного дворника. На экране мелькал фильм, который я считал офигительным.

В этот момент пространство прорезала фигура моей дочери. Она двигалась бесшумно, словно тень от шкафа, который забыли поставить.

— Папа, — сказала она, выхватывая из воздуха две чипсины и отправляя их в рот. — Ты ешь прах.

Я поперхнулся пивом. Пиво было вкусным, но прах — это совсем другое дело.

— Какой ещё прах? — спросил я, пытаясь сохранить достоинство, которое медленно сползало с меня, как шкурка с переваренной сосиски.

— Прах Фредрика Бора, — спокойно пояснила дочь. — Его похоронили в банке из-под «Принглс». Которую он сам и изобрёл.

Она запустила руку в банку по самый локоть и достала оттуда горсть золотистых кружочков.
— Такая вот фигня, папочка, — вздохнула она и покачала головой так театрально, что люстра закачалась в такт.

Я посмотрел на чипсы. Потом на пиво. Потом снова на чипсы. В моей мнительной душе развернулась борьба. С одной стороны — вкус. С другой — посмертное присутствие инженера-картофелеведа.

Пиво победило. Я сделал несколько решительных глотков, пытаясь заглушить позывы исполнить арию Риголетто прямо в гостиной.
— Забирай! — я сунул банку дочери. — Ешь сама свой прах!

Дочь приняла дар с видом королевы, которой подарили пустую консервную банку.
— Какой же ты мнительный, папочка, — выдохнула она и удалилась в свою комнату.

Я остался один. В тишине было слышно лишь тиканье часов и далёкий смех. А потом я услышал хруст. И ещё хруст. И ещё. А затем раздался издевательский хохот:
— И такой доверчивый! Хрум-хрум-хрум! Аха-ха-ха-ха!

Коварная дочь!

#аланскиехроники