Парижские зарисовки. Где наши не пропадали

Авторское фото - вид на Эйфелеву башню со стороны выставки достижений народного хозяйства 1937 года, Париж.



Перелёт Москва-Париж был поздним. Тем более, в начале марта в восемь часов вечера уже темно. Встречавшая нас бывшая наша соотечественница Светлана предложила лёгкую пешую обзорную прогулку по вечернему Парижу.

Поскольку это была не первая наша встреча с городом, мы не ставили целью посещение достопримечательностей. Хотелось просто побродить по весеннему Парижу, расслабиться и насладиться весенним теплом.

У нас в начале марта ещё свирепствовали морозы, а Париж уже освободился из-под снега. И на многочисленных клумбах и клумбочках зацветали кусты ярко-жёлтой спиреи.

Как и в первый приезд, город сразу затянул в свою круговерть. Париж встретил нас и в этот раз сиренами полицейских машин, бесконечными вереницами спешащих куда-то людей, уличными продавцами разных национальностей.

Самым приятным вечерним сюрпризом оказалась сияющая Эйфелева башня. Не каждый день можно увидеть её в подсветке, да и после полуночи в городе приглушается подсветка даже на улицах.

Сопровождавшая нас Светлана предложила:

- Я хочу познакомить вас с русской кухней в Париже. Здесь можно отведать и щи, и борщ, и пельмени ручной работы.

- Борщ мы и дома сварим, а вот против пельменей в Париже ничего не имеем.

- Тогда идёмте!

Небольшой, но уютный ресторанчик на Елисейских полях, зазывал прохожих вывесками на русском и французском.

Надо сказать, что и по сей день ещё со времён Столетней войны не любят во Франции английский язык. Да и на других языках редко встретишь вывески: французы очень патриотичны.

Но здесь, видимо, в порядке исключения, вывеска была и на русском.

Оказывается, ресторан принадлежит эмигрантам первой волны из России, потомкам князя.

Очень маленький зал с тесно приставленными друг к другу столиками, за барной стойкой - пожилая офциантка с высоко взбитой копной волос. Между столиками сновал официант в костюме с бабочкой и белоснежным полотенцем на левой руке.

Оказалось, это и есть владелец ресторана, а в баре - его жена.

Но, как показалось, русская кухня пользуется спросом в Париже. Зал постепенно заполнялся посетителями. Рядом с нами за столик присели бабушка с внучкой. Бабушке 97 лет, она тоже из русских эмигрантов.

Светлана водит сюда русских туристов уже много лет, потому её информации можно доверять.

- Вы осторожнее со словами, она всё понимает, но виду не подаёт, - прошептала нам на ухо Светлана. - Здесь не принято выяснять кто есть кто, тем более, громко говорить.

Старушка в чёрном элегантном платье классического покроя "а-ля 40-е" с белоснежным кружевным воротником, её уже немолодая внучка тоже в тёмном наряде. Ожерелье из крупного жемчуга скрывало складки кожи на шее. На руке - большие серебряные перстни с камнями.

Наши соседи так же, как и мы, заказали пельмени со сметаной и по бокалу сухого красного вина.

Поскольку мы между собой говорили по-русски, бабушка, хоть и старалась не показывать вида, иногда кидала взгляд в нашу сторону.

Скорее всего и приходит она сюда для того, чтобы окунуться в русскую речь.

Здесь стоит сказать и о том, как Светлана со своей семьёй оказалась во Франции и как сложилась её судьба.

С мужем и пятилетней дочерью она вынуждена была покинуть Россию в начале 90-х.
Деваться было некуда, о возврате назад речи не могло идти. Дома ждали разборки с бандитами. Денег не было, пособий социальных тоже, вся надежда была только на себя.

Без знания языка во Франции обойтись невозможно, поэтому первые три года всей семьёй на маленькой кухне в съёмной квартирке учили французский язык. Муж работал на черновых работах.

Для получения гражданства было необходимо сдать экзамены по французскому, по знанию законов страны, предоставить документы, подтверждающие наличие работы и жилья (в аренде), кучу справок о состоянии здоровья.

И всё это за свой счёт, всё это довольно затратно. И только после получения гражданства их поставили на очередь на получение социального жилья (в социальную аренду).

Очередь растянулась на 10 лет, не обошлось и без того, чтобы "дать на лапу".
Сорокаметровая квартира далась им нелегко: в этой гонке за выживание Светлана с мужем заработали инсульт.

Два года восстанавливались, не могли работать. Хорошо ещё, были кое-какие накопления. И по сей день они под наблюдением врачей, занимаются с логопедом, посещают диетолога. Всё это очень затратно. Но, как говорится, без вариантов!
 
Наши нигде не пропадут!


Продолжение "Чем бы ни тешиться" - http://proza.ru/2023/12/27/1051