Четыре души Шамана

На фото, сделанном в начале XX века, не просто айно-гиляк с печальными, смотрящими внутрь себя глазами, а известный шаман из села Агнево.

Роль шаманов в культуре гиляков не случайно велика.
Если злой дух не поддается никакому человеческому устрашению, мало того — стремится унести душу больного в царство теней — необходима помощь высших существ.
Эту помощь могут оказать только избранники, специалисты-изгонители, в простонародье — шаманы. Шаманы у гиляков не обособленная каста, как у более культурных и древних народов, а избранники, получившие в видении ночи или в состоянии транса откровение о своем высоком призвании от бога-покровителя. После этого откровения у шамана являются боги-помощники, проводники и исполнители его повелений — кэхн, которые хитростью или силой изгоняют беса из организма больного; носят душу шамана в поисках украденной души больного, забираясь с ней даже в царство теней.
По воззрениям гиляков, шаманы — избранные существа. Сделаться шаманом нельзя. Талант шамана не дар, а бремя. Чтобы стать шаманом, необходимо либо понравиться какому-нибудь кехн, либо получить такого кехн от отца или дяди. Обращение в шамана составляет перелом в жизни избранника, перелом, сопровождающийся очень сложными психическими явлениями.
Кехн — существа самых разнообразных пород: волки, сивучи, филины, олени, зайцы, небесные существа и т. д. У каждого кехн свой хозяин, который сам лично очень редко является на помощь, посылая своих подчиненных. Кехн способны принимать любую форму и, следовательно, могут проникать повсюду, где только нужно, для спасения больного.
У шаманов, три главных способа лечения. Первый состоит в том, что, выслушав пациента, шаман засыпает и потом, комбинируя явившиеся ему сновидения, дает тот или иной совет. Увидев, например, во сне собаку, шаман решает, что для исцеления необходимо принести в жертву собаку и т.д. Второй способ — это известный способ камлания, который обыкновенно описывается этнографами, именно изгнание беса посредством исступленных криков, ударов в бубен и т.д., словом — террором. Но, так как одним звуковым устрашением часто ничего не поделаешь, то во время камлания призываются на помощь духи кехн, собственно говоря, их призвание и составляет существенную часть камлания. Всю силу автогипноза, в который шаман погружает себя исступленными криками, наркотиками, оглушающими звуками бубна, бешенной пляской, он употребляет на то, чтобы вызвать в себе то высшее чутье, благодаря которому он сможет увидеть и услышать своих духов-покровителей. Своей верой шаман гипнотизирует и окружающих. Шаман, смотря по обстоятельствам, прибегает к помощи то одного, то другого из своих кехн. Так, если бес упорно засел внутри организма и не хочет уходить, шаман призывает кехн, который обращается в огненный шар и забирается в тело шамана, так, что шаман во время сеанса выпускает огонь изо рта или из носа. Напитавшись таким образом огнем, он прикасается губами к больному месту и впускает внутрь огонь, который окончательно прогоняет беса. Смысл этого приема лежит в том же принципе террора по отношению к злому духу— в данном случае путем устрашения огнем.
Насколько реально гиляк относится к кехн, видно из следующего примера. Перед порогом юрты, с внутренней стороны, расстилают на полу большой кусок новой бязи, на котором кехн будет отдыхать во время сеанса. В углу на пол ставят чашку с сахаром, картошкой и другими лакомствами, которыми дух-исцелитель будет угощаться в антрактах между камланиями. Над ложем больного привязывается сложенный кругом ремень, а на полу подле больного ставится котел с гвоздем. Ремнем кехн свяжет душу больного, забравшуюся в млы-во (селение мертвых), и, положив ее за пазуху, принесет в юрту, при чем бросит ее в котел и уколет гвоздем. На пол или на пару ее класть нельзя, потому что через пол она может удрать обратно. Третий способ лечения — на расстоянии. Когда человек внезапно заболевает в таком месте, где нет шамана, или в дороге, он ночью, когда шаманы спят, выходить на двор, бросает жертву богам и кричит изо всей силы:
— Шаман, я болен, помоги мне! 
Шаман удаленно приступает к камланию и посылает своего кехн, и больной не только слышит звуки бубна, но во мраке ночи видит даже образ посланного духа. По возвращении в свою деревню, исцеленный больной с умилением и благодарностью рассказывает шаману подробности чудесной спасительной ночи.
Хотя шаманы не играют среди гиляков такой значительной роли, как среди других инородцев берегов Амура, вера в сверхестественную силу их безгранична: в народных представлениях шаманы силой духа могли подниматься как птицы под небеса, летали по своим шаманским делам в области небожителей, воскрешали мертвых, убивали врагов на расстоянии. Впрочем, гиляки охотно и с полной верой лечились у русских, но не потому, конечно, что верили в силу науки, а по совершенно своебразным причинам: русский бог, по мнению гиляков, во много раз сильнее гиляцкого, значит и русский шаман сильнее местного. А если спросить, почему русский бог сильнее гиляцкого, следовал ответ: «Гиляки столько веков живут здесь, а все тропинками ходят; а русский пришел, построил широкие дороги, такие, которых гиляк никогда не видал». Любопытно, что ни пароходы, ни машины, ничто так не поражает гиляка и не убеждает его в превосходстве русского бога перед гиляцким, как именно эти дороги.
Итак, шаман — избранник, лицо, верящее в свою силу и избрание. Это сознание как нельзя более подходит ко всему его физическому складу, потому что настоящее шаманы почти всегда люди, страдающие разными видами истерии благоприобртенной или, что чаще всего, наследственной. А истерия, как известно, это та благодатная почва, которая создает дар ясновидения, галлюцинации, бред, навязчивые идеи. Это индивиды, наиболее легко поддающиеся гипнозу и автогипнозу. С детства будущий шаман загипнотизирован идеей покровительства кехн, а во время сеансов камлания он употребляет все средства, необходимые для самовнушения. Изучение психики шаманства сводится к учению об автогипнозе на почве истерии, и, разумеется, на общем фоне анимистического мировоззрения. Кроме дара избранничества, шаман имеет еще одно завидное преимущество перед простым смертным. Обыкновенный смертный имеет только одну душу, богатый человек имеет две, а шаман может иметь их вдвое больше. Так, один из шаманов имел целых четыре души; одну дала ему гора, другую море, третью небо, четвертую подземное царство.