Наследие городка Энн. Неразгаданные загадки. 4

Глава 4, полная разговоров и гостиниц. В этой главе Эдвин и Николай встречают человека по фамилии Старикански.

   Выбравшись из переулка на улицу, напарники весело направились в сторону знаменитой площади Энной. Повторяя отчасти маршрут легендарного Вечного Пешехода, коллеги вступили в оживлённый разговор. Не то что до этого они шли молча, просто всё это время Серов посвящал Костюхина в суть дел, произошедших в городе за время его отсутствия.

- То есть, - Эдвин пытался переварить всю информацию, рассказанную Колей за критически малое время. - У нас теперь есть театр?

- Официально он был уже пару недель к тому моменту, как ты уехал. Но узнали мы об этом позже, когда тебя с нами не стало, - резко Николай остановился и посмотрел своему товарищу в глаза с упрёком. - Погоди-ка, из всей моей речи ты услышал только про театр? Малых и Больших в столице не хватило? А как же пресс-конференция и трансляция? Лебедь уже придумала тебе речь записать…

- Возьмёт кого-то д-другого, например, тебя… - Костюхин вздрогнул. Выступать на публике он не просто не собирался, а до самой смерти надеялся избегать.

- Просто все хотят видеть того самого Костюхина… Очень и очень… - Серов задумчиво нахмурился. - Ну не простака, понимаешь? Они тебя представляют таким… А ты… Да, видимо с речью и правда ничего не выйдет.

- Первый Костюхин и был простаком, - возмутился Эдвин. - Я весь в своего пра-пра-д-дедушку.

- Да-да, в пра-пра… Они ведь об этом не знают! Фантазируют! А ты...

- Серов! Просто скажи, что тебе нравится красоваться и остановимся на этом. Т-ты м-можешь вместо меня произнести речь. Д-делая вид, что т-ты э-это я. Разрешаю!

- Вообще-то, я про это хотел намекнуть… И вот ещё, тебе надо стать солиднее! Я красоваться люблю, но мне не хочется вечно быть тобой. Ты ведь сам очень даже неплохо справляешься…

   Повисла невнятная пауза. Костюхин задумался насчёт речи, Серов задумался насчёт Костюхина, погода задумалась насчёт повторения ночного дождя…

- Насчёт театра, - спохватился Николай. - Называется он так: «Театр оперы, консерватории и балета». Как тебе, а?

- Не-д-дурно, - протянул Эдвин.

- Ага, я тоже так подумал, ещё же этот харизматичнейший основатель.  А что там ставят? Ууу! Ужас! Но… Возвращаясь к нашим повседневным делам, предлагаю продолжить идти в сторону гостиницы. А то если пойдёт дождь…

   Раньше в центре площади Эннской стояла статуя И.И.Белой, опирающейся на невнятное весло. Следом, после некоторых катаклизмов, возведена была другая, посвящённая Вечному Пешеходу. А в нынешнее время на площади всех прохожих встречает скульптурный ансамбль — статуя-чаепитие героев прошлого и настоящего. И Пешеход там есть, и Виктор Янович Костюхин, окружённый своими ближайшими сторонниками и товарищами. Все вместе они оберегают городок Энн от тревог и злых умыслов.

   Огибая её, напарники с уважением кивнули головами собравшимся чаёвничать героям, и заспешили через арку в сторону Ниразимовской улицы.

- Те маги, что к нам нагрянули, засели в гостинице, словно им кто-то разрешил, - сетовал Серов. - А главарь их некий — Любозор Старикански.

- Старикашка? - Эдвин не расслышал, что сказал его напарник, потому что голос его гулко ударялся о стены арки.

- Нет! Старикански… Хотя да, кто его видел, говорят, что он немолод, - Николай улыбнулся.

- С-старикански…

- Выясним, чего они хотят, зачем приехали. Допросим насчёт сегодняшнего нападения! Всех в пух и прах разобьём.

   Разбивать никого в пух и прах Эдвин не хотел, кропотливый ум его хотел сначала во всём хорошенько разобраться. С тем же театром — исследовать, проанализировать, а не бросаться пустыми выводами направо и налево. Хоть они и напрашивались сами собой.

   Однако, у жизни всегда свои планы.

- Простите, пожалуйста, подождите! - женский жалостливый возглас раздался за спинами детективов. Как могли они отказать кому-то из жителей городка Энн в помощи? - Эдвин! Эдвин, это ведь вы? Мне срочно нужно с вами переговорить!

   Возле Серова возникла невысокая фигура — в меру уверенная, в меру хрупкая, одетая с иголочки, но очень аккуратно, без выпендрёжной яркости. У неё была короткая, стильная стрижка, а ещё от этой незнакомки пахло душными цветами.

- А вы не говорили мне, коллега, что знакомы с артистами нашего театра, - смекнув, что к чему, Серов подмигнул Костюхину. - С кем имеем честь?

- Вы правы, я служу в нашем Эннском театре, - неизвестная вежливо улыбнулась. Светские ресницы её приветливо задрожали. - Меня все зовут Люсей...

- Людмила Александровна Шаг, - без запинки выдал Эдвин, и сам удивился такому уверенному произношению. Настолько сильно, что брови его чуть не улетели со лба. - Она, насколько я помню, приехала из…

- Так вы всё-таки знакомы не заочно? - Николай стоял и моргал, пытаясь развидеть увиденное и забыть услышанное. - А я-то и не знал, что имею удовольствие знаться со светским львом… Ваня! Кто бы мог подумать!

- Эдвин человек исключительного ума, - отчего-то актриса восприняла последние слова Серова как нападку на величие Костюхина, но величие Костюхина, которого, без лишних слов, не было, не пострадало, как и сам Эдвин. - И именно поэтому я так заспешила к вам, лишь заметив ваш образ… Вы помогли мне с моим личным делом, и теперь я прошу вас ещё об одной услуге — помочь нашему театру!

- А с вашим театром ещё что-то не так? - представив себе масштаб надвигающегося дела Коля закачал головой. Общаться с сумасшедшим основателем опер-балетов он не желал. - Эдвин, я тебе сразу говорю, ты на это дело пойдёшь без меня. Я не способен буду понять всю глубину ширм, антрактов и прочего-прочего-прочего.

- Так даже лучше, - что-то в этом коллеге-детективе страшно коробило Люсю, и она не боялась это продемонстрировать. Благо, талант имелся. - Так вы придёте к нам, Эдвин?

- А… В чём, с-собственно, заключается п-проблема? - родная речь вернулась к Костюхину, и всем внезапно стало спокойнее. Всё-таки, непривычно, когда часто заикающийся человек начинает говорить ровно и уверенно — сразу кажется, что это всё неспроста, что что-то случилось или случится. Благо, Эдвин пришёл в свою норму, и переживаний стало чуть-чуть меньше.

- Наш дирижёр… Он же по совместительству наш режиссёр… - плаксиво начала актриса, и Серов напыщенно фыркнул. - Понимаете, с ним что-то случилось! Он не говорит нам, он скитается…

- Я не сомневаюсь, что человек сотворивший подобное начал скитаться! - вскинув руки, воскликнул Серов. - Эдвин, дело плохо. Нас ждёт гостиница, а в ней Старикански!

- Старикашка? - Костюхин немного сбился с пути, в голове его уже вовсю плясали кордебалет великие театральные режиссёры и композиторы, а среди них было много пожилых людей.

- Может и старикашка, пойдём уже! С театром потом разберёмся! - Коля дёрнул товарища за левый рукав, но актрисулька, с которой им не повезло столкнуться, была далеко не промах.

- Постойте, вы не можете просто так уйти! - Людмила Александровна вцепилась в правый рукав Костюхина. Тому, чтобы избежать тяжелейшего разрыва, пришлось заговорить, точнее уверенно затараторить.

- Не переживайте, в чём бы не была проблема, мы… То есть я! Я с ней разберусь, но чуть позже, сегодня вечером. Я зайду к вам в театр, - Эдвин споткнулся о какой-то случайный камешек и чуть не упал. - Надеюсь, смогу помочь, чем смогу.

- Мерси, Эдвин! Я на вас рассчитываю! - Люся бросила рукав Костюхина, бросилась к нему, чтобы оставить на гордой щеке детектива след от помады, но тому удалось улизнуть. - Судьба театра теперь зависит от вас! Ах, как хорошо, что вы согласились помочь!

   Актриса театрально поклонилась и заспешила куда-то, очень быстро оставив коллег наедине друг с другом.

- Что это было? - Николай развёл руками. - Женщина! Просит помощи! У нашей серой мыши-немуши!

- Спектакль, - не подумав бросил Эдвин. - Я-я ей что-то п-помог выгнать из к-к-ква…

- Ква, не ква, - Серов нахмурился. - Но, тем не менее, репутация у тебя имеется. Вот если бы ты выступил с речью…

   Костюхин категорически был не согласен выступать с речью, поэтому предложил своему товарищу продолжить путь, чтобы исполнить их совместные рабочие обязательности. Конечно, случилось это всё не вслух, Эдвин просто бодро побежал вперёд, после чего Серову пришлось его догонять.

   Благо, таким методом — с помощью бега по застарелым лужам — детективы быстро добрались до гостиницы, не прерываясь уже на случайные встречи.

- Мерзавец ты, - запыхавшись выдал Коля своему напарнику, когда оба они вошли в лобби гостиницы. - И-и лицемер!

   Костюхин поражённо обернулся на Серова. Тот сделал несколько тяжёлых вдохов, отмахнулся от коллеги, а затем продолжил.

- Я думал, что ты… А ты… Да ещё и… - Николай был человеком подтянутым, но совершенно не спортивным. Бегать он мог, но недолго, и не на такие дистанции. - Театр ещё… И эта… Пижоны!

- Пионы, - поправил его Эдвин, достав из стоящей возле элегантных диванов на тумбе вазы свежий бутон. - Д-давай забудем обо всём, ч-что связано с т-театром и п-п-публичными в-выступлениями, х-хорошо?

- Ещё и ворует частную собственность! - фыркнул Серов. - Но, ладно. Я извинения принимаю. Пойдём, пора поработать на славу.

   Крутя цветок в руках, агент Серовзоров направился к стойке регистрации, дабы сразить своим шармом работницу гостиницы и разведать общее положение. Эдвин же предпочёл начать с диванов — рядом с ними на журнальном столике было много газет и брошюр, а на них самих можно было поискать интересные следы, оставленные приехавшими магами. А ещё на одном из диванов кто-то сидел, отгородившись от внешнего мира свежим выпуском местной прессы.

- Это вы зачем ему цветок украли? - спросили из-за газеты каким-то взрослым, хрипучим голосом, стоило Эдвину присесть. - Что за фамильярность?

- Шутка ради шутки, - довольно ровно произнёс Костюхин.

   Из-за газеты выглянуло разъярённое лицо. Это лицо было лицом человека в возрасте, лысоватого, но очень самоуверенного. Бывают такие люди, у которых в глазах горит огонь, в сердце пыхтит заводной механизм, а под рёбрами черти водятся.

- Издеваетесь надо мной? Я, думаете, совсем из ума выжил, ничего не понимаю уже? - голубые глаза смотрели Эдвину прямо в душу. - Ха, господа! Просто — ха!

- Ха-хамство? Или ха-ха…

   Серов вовремя среагировал на громкие возгласы и бросил молоденькую регистраторшу.

- Именно что ха-ха! - подхватил он хрюканье взволнованного напарника. - Неужели, Любозор Старикански собственной персоной?

- Старикашка? - снова повторил Эдвин, уже нарочно. - То-точно!

- Ни стыда, ни совести, - Любозор отложил газету в сторону. - Ещё и пишут гадости всякие в газетах… «В город прибыли маги-террористы»! Фи…

- Хотите сказать, вы с добрыми намерениями к нам наведались? - Николай готов был рвать и метать, но Эдвину удалось его остановить — он потащил его за рукав, намекая, что лучше бы ему было присесть. Как только оба детектива оказались на диване, разговор продолжился. - У нас в городе магические истории всегда были связаны с некоторыми катаклизмами, поэтому…

- Да-да, поэтому вы тут все такие хамы, я понял, - Старикански смотрел на обоих незваных визитёров сверху вниз. - Так чего вы хотели?

- Мы? - Серов был не совсем в себе, его носило из гнева в сглаженную вежливость. - Да мы пришли выяснить, зачем это вы напали на наше

- Что!? - возмутился маг, весь побагровев.

- Да, и… - Коля готов был драться до последнего.

- М-мы пришли предложить вам сотрудничество, - перебил его Костюхин. Оба, Николай и Любозор, взглянули на него с возмущённым интересом.

   Ожесточённый спор, последовавший после обмена любезностями, слышала вся гостиница «Белая», если не весь городок Энн. Старикански всячески отнекивался от любых попыток Костюхина сгладить острые углы беседы, Серов пытался Любозора допрашивать и обвинять, но тот не поддавался — ничего не вышло бы из этого визита, если бы не одно ловкое движение Эдвина, уставшего от шума и начинавшего опаздывать на вечернее дело в театр. Нельзя же врываться к людям творческим ближе к полуночи, можно спугнуть вдохновение, лучше заглянуть пораньше. День уже почти был потрачен в пустых спорах, так почему бы не провести вечер продуктивнее… Как-то так подумал Эдвин и бросился поперёк спора.

- Н-но как же, - агент Зеленоглазка предпринял последнюю попытку всё исправить. Обычно за подобные попытки ему прилетало много и сильно от его коллеги, которому эти попытки портили все переговоры, но дипломатией в гостинице «Белая» даже не пахло, поэтому терять было нечего. - В-ведьма ж-же приедет и...

- Эдвин! Не надо вот только этого, не вмешивайся! - Серов истерически схватился за голову, но, на его величайшее удивление, дипломатический ход Эдвина сыграл в пользу детективов.

- Ведьма, значит, - Старикански заинтересовался. - Что вам известно?

- Не больше вашего, - Костюхин глубоко вздохнул, чтобы набраться сил сказать длинную фразу без запинки. - В город едет ведьма, за ней едет кукловод, скоро ярмарка и выборы.

- И у вас что-то, как вы говорите, украли? - Любозор наклонился вперёд, словно готовясь к бодрому обсуждению. Серову пришлось сесть обратно на диван. - Надо же, какое совпадение… И всё так удачно сложилось в общую картинку…

- Может быть, - Эдвин осторожно продолжал говорить, поглядывая на взъерошенного Серова, молча одобрявшего его действия. - Они едут, чтобы подставить вас? И натравить нас на вас?

- Это у них уже получилось, - кивнул Коля, всё ещё мокрый после ожесточённого словесного сражения. - Мы с Ваней к вам пришли заряженные не той энергией…

- Да уж, - выдохнул Старикански. - Интересное дельце, мальчики… Вынужден буду подумать над вашим предложением. Оно может оказаться нам ой-каким выгодным, если присмотреться… Противостоять третьим силам лучше вместе, чем в одиночку.

- Вот, как хорошо, - Костюхин отлип от дивана и двинулся на выход. - А м-мы как раз и должны спешить в те-а-атр...

- А насчёт вашей пропажи, - Любозор встал, чтобы проводить шумных детективов. Ростом он был ниже обоих, но темпераментом превосходил десятки, если не сотни, молодых людей. - Я попрошу кого-то из ребят разведать. Может найдётся… И про нападение мы выводы сделаем, будем по-аккуратнее и внимательнее. Но про ведьму вы тоже держите меня в курсе, вдруг чего... Так ведь и сработаемся, небось.

- Конечно, господин Старикански, - Серов хотел было выдать красивую речь на прощание, но его опередили.

- Имейте в виду, до разрешения на старческие шутки вам пахать и пахать, - Любозор грозно погрозил пальцем. - Так что, работайте, братцы.

- И вам хорошего вечера, - кивнул Николай, выныривая из гостиницы вслед за спешащим напарником.