Коварная банка

К удочной рыбалке - наше поколение самостоятельно приобщилась с раннего детства. Стоило только реке Мезени освободится ото льда, как целые ватаги мальчишек и девчонок разных возрастов устремлялись за выловом своими руками желанной, пусть и мелкой, рыбки. Первый выловленный елец обычно выражался бурными эмоциями. Он бережно помещался, словно в аквариум, в алюминиевое трехлитровое ведёрко со свежей водичкой.
В Дорогорском есть завораживающее место — Косик, которое притягивает своим видом. С угора можно долго любоваться просторами матушки-Мезени. Отсюда отлично видны деревни Кимжа и Жердь, а также устье реки Пёзы, сестрицы, впадающей в Мезень. В старину на Косике находилась часовенка. В 50-70-е годы прошлого столетия на пойменном лугу, внизу этого местечка устраивались народные гуляния. В те далекие годы лужок использовался для пастбища домашнего скота у сельчан. Из детства запомнился табор цыган, облюбовавших притягивающую Дорогорскую достопримечательность.
Вдоль луга вытекает виска (большой ручей), через который предложен деревянный мост. В половодье весь луг затапливается водой. Она постепенно затем начинает падать, и у виски выпадают берега. Вот сюда и попадали стайками юные рыбаки. В большой ручьевине образовывалась тихая заводь, идеальный уголок для удильщиков. Здесь обитало много мелкой рыбки: ельцы, ерши, окуньки, сорожки, подъязки. Ребятня, не считаясь со временем, добывала желанные трофеи. Домой юный рыбачок попадал горделивой поступью, неся в руках бидончик с рыбой. Он знал, что мать обязательно похвалить за праведные труд, ласково называя сына семейным кормильцем. Завтра ельцы будут в ладушки с молочком и сметанке запечены на поду русской печки. «Вот вам и помощь помоковочка на день», — так говорили дорогорские женщины.
Рыбацкое снаряжение мальчишки мастырили самостоятельно. Само удилище изготовляли из нетолстых побегов черемухи, рябины, ольхи с обязательным снятием коры. Остаётся подержать эту важную деталь в тенечке. Она высохнет, что сделает её удобнее при забросе. Если не было лески на удилище, использовались швейные катушечные нитки номер десять. У многих добытчиков поплавок изготовлялся из пробкового дерева, которое применялось для закупоривания бутылок с красным вином. Рыболовные крючки также являлись дефицитом. Ничего страшного, откаливалась швейная иголка с загибанием крючка. Самоделка часто подводила, подсечённая рыба нередко срывалась в воду. Но это обстоятельство не расстраивало маленьких добытчиков. Они с усердием выполняли намеченный план по продовольственной программе. Не маловажный элемент — грузило, которое крепилось на леску или нитку в виде свинцовой охотничьей дробинки. А если ее не было, прикладывали кто во что горазд: маленький камушек, шайбочку, гаечку. Лишь бы поплавок всегда весело плясал на воде.
После прошедшего ледохода любили сельчане поудить на реке Пёзе у ремечьего ручья. До этого заветного места ребята кучками попадали пешком, на велосипедах. Старшее поколение с удовольствием ездило к месту рыбалки на моторных лодках. Отслужив в армии, мне очень захотелось посетить места, которые оставили незабываемые воспоминания о стремительно пролетевшем детстве. Конец мая. Накопал червей, приготовил удочки. На вечерней зорьке моторная лодка причалила к месту рыбалки. Погода стояла очень теплая, полнейший штиль. В лесу весело перекликались кукушечки. Комары еще не появились, красота! В те годы на удочную рыбалку попадали семьями. На бережку у заездочка обосновались мои земляки Щепин Николай Александрович и его супруга Валентина Ивановна. Для этих пожилых людей рыбалка являлась домашним доктором. Как говорила теперь уже покойная его жена: «Посидим с Колей поудим, сразу же молодеем. Болячки проклятые убираются прочь».
Решил супругам не мешать. Поднялся по красной щелье в лес, облюбовал и срубил густую елочку, а также насобирал сушняк для костра. Рыбацкий чаёк. Этот ритуал соблюдается всеми, кто любит отдыхать не в домашней обстановке. Зашёл с ёлочкой в воду, разогнув голяхи (рыбацкие сапоги) и загрузил её камнями. Вершинку, привязанную за проволоку, закрепил забитым у берега железным штырём. Это делается для того, чтоб запруду не сносило течением. Добротный получился заездочек. Надо рыбку обязательно подкормить, для чего закинул посередине заводи марлевый мешочек с грузиком, заполненный творогом и отрубями. С волнением делаю первый заброс. Соблюдаю, не мной придуманный обычай. Плюю на крючок червяком с напутствием: «Ловись, рыбка, большая и маленькая!». А вот и первый выловленный елец. Снимаю его и кидаю ведёрко. Первую рыбёшку нужно слегка поцеловать в губки, чтоб удача не отвернулась. Процесс пошел, уже ощутимо поплёскивалось в ведерке ельцовое семейство.
Решил сделать небольшой перекусон. На щелье развел костерок, поставив на него чайник. Из рюкзака достал банку тушенки, её нужно разогреть. Раньше обычно делал два прокола ножом в крышке, а затем в огонь минутки на три. Остаётся только смаковать наваристый бульончик с хлебушком. Подумал, да пускай банка целая прогреться на угольках минутки две, затем горяченькую ее и вскрою. Чайничек греется, кушанье разогревается.
Поправив червяка на крючке, забросил удочку ради спортивного интереса. Поплавок резко ушел под воду. Подсекаю, на крючке большой елец. По - быстрому снимаю гостенька, закидываю, снова жадная поклевка. Такие экземпляры крупной рыбы водятся по речкам Няфта, Лофтура, впадающих в Пёзу. По - видимому, стайка спустилась, задержавшись на кормёжку у моего заездка. Такой подход рыбы бывает очень редко. Сама фортуна заставила меня не считаться со временем, забыть о разведённом костре. Елец за ельцом уже не ложились в ведерко, а по-быстрому выбрасывались на щелью. Наверное, минут пять рыбак находился в неописуемом восторге от подплывшей удачи.
Внезапно раздался гулкий хлопок, над головой что-то просвистело. Неопознанный объект шлёпнулся в реку в тридцати метрах от меня. На водной глади образовалось рябь, словно выпрыгнула вверх огромная рыбина. Увидевшая неподалеку Валентина Ивановна крикнула: «Ты чего, парень, стреляшь-то? Всю рыбу распугашь!». Оглянувшись назад, я понял причину залпа. Костёр разметало по сторонам вместе чайником, на горячих камнях лежала банка из под тушёнки, развернутая по дольному запаянному шву. Выстреливший заряд дроби состоял из жестяного донышка с говяжьим мясом и жиром. Всё же Господь уберег меня от поспешного глупого поступка. А если вы снаряд угодил в голову забывшему рыбаку? Больше я такие эксперименты не устраивал, последствия могут быть весьма печальные. Так же и вам, рыбацкая, братва, не советую проводить такие опыты.
Оказывается, впросак попадал не один я. В деревне Лампожня мужики поехали на луг вскрывать силосный бурт для кормежки коров. Стояли ядреные 30-ти градусные морозы. К бурту для обогрева и приема пищи притянули трактором балок. Приехав на работу, сразу затопили железную печурку, поставив на нее чайничек с водой. Заодно решили подогреть не вскрывая две замерзшие баночки рыбных консервов кильки в томатном соусе с овощами. А пока решили немного подразмяться, снять верховой мерзлый пласт силоса. Минут через пятнадцать в болочке 2 раза оглушительно бабахнуло. Открыв двери, испуганные мужички любовались стенами привозной избушки, раскрашенными килечно-томатными красками. Долго потом еще пришлось восторгаться нарисованным полотном, созданным собственными руками. Хорошо еще сами не находились-то не находились в балке. Вот такая брат, баночная история!