Отшельник с Подкаменной Тунгуски. Книга 3. Гл. 17

Глава 17. Находка в лесу.

           Гости пожаловали через неделю. Ванёк с Пузырьком. Мотора я не слышал, а весть об их прибытии донесла Альфа в тот миг, когда я уже заканчивал сколачивать лестницу из соснового горбыля. Половина крыши совсем не годилась и требовала основательного ремонта. Рулона рубероида, что хранился в пристройке, хватит закрыть лишь на треть, и, видимо, придется возвращаться в поселок, да заказывать в магазине. В прошлый мой приход такого товара не оказалось, да я и не был тогда настроен к его отгрузке.               
           Парочка налегке, и совсем без оружия, поднималась от берега вверх, оживленно о чем-то беседуя. Может быть про мою душу? Но все скверные ожидания оказались разрушенными, когда Пузырек полез обниматься и трясти меня за руки:
       - Вот здорово, мил-человек!  - то ли у них там у всех такое обращение, помнится, что в прошлый раз и Саня меня обзывал также.
      - Добрый день гостям, а я уж и заждался…, - попытался было поднять себе настроение.
      - Да мы и сами уж три дня как собирались, да вот незадача вышла – пришлось Саню в район везти, раны загноились, и лихорадка открылась.
      - Какие раны? – округлил я глаза, вспомнив про его руку.
      - Дак медведь порвал, ты ж сам мне говорил, - теперь уже Ванек уставился на меня.
      
          Мы бы еще было  попытались прояснить случившееся недоразумение, да если бы не Альфа. Она снова отправилась к берегу встречать очередного гостя, а я надумал терять свой природный речевой инстинкт. На берег шустро, с костылем в руках взбиралось существо в женском обличии, и лишь по малым признакам мне представлялось, что это та самая Танюха. Ну вот, значит сегодня образуется вечер памяти с моими встречными на новых берегах.
            
          Выпивки и угощения было привезено достаточно, и лишь за полночь я распределил всю компанию по нарам. Выходило, что они специально приплыли ко мне, чтобы отблагодарить за мои деяния мирские.  Как только отбудут завтра, так засяду сразу за тетрадь, да пропишу о безграничности души местного люда, вот только бы в хмельном угаре не заспать все самые лучшие на данный момент мысли…
          Наутро пораньше разжег костер, и подвесил котелок с водой. Хотелось напоить гостей тем самым лучшим сбором, что еще остался, и что накануне пособирал по окрестностям. Голова болела от вчерашнего выпитого, и непривычно сосало внизу живота. Так напивался последний раз еще до отсидки.  И что на меня вчера нашло? Первым от ночлега освободился Пузырек, и, испив воды, продолжил свою вчерашнюю линию:
         - Перебирайся к нам в поселок, я говорил с охотоведом – он устроит тебя на ставку фельдшером, будешь наших малых, да баб, обхаживать. Иногда приспичит – хоть вешайся. Да и народ не обидит, все, что попросишь. А до района полдня на моторе…
          Пузырек закурил, и уже молча уставился в сторону. А спустя минуту продолжил:
        - И простил бы ты Санька за прошлое, сдуру да спьяну все вышло. Санек – он как брат мне, никого роднее нет.


          Я пообещал подумать, и к следующему своему визиту в поселок дать ответ. На что собеседник махнул рукою, и отправился будить своих односельчан. За чаем я заслушался рассказом Татьяны о ее прошлой жизни. Выходило, что явилась она сюда с востока, по нации – кореянка, а предки ее выходцы из самой Кореи. Мужик ее недолго здесь прожил, и вернулся обратно. А ей поглянулось. На прощание я сходил в пристройку и принес Санино ружье с патронами. Пузырек молча принял передачу, и крепко пожал мне руку. А как же мне быть иначе? Всякое в тайге случается.   

          После полудня вновь забрался на крышу. Сдирать старый и испревший от времени рубероид не хотелось, хоть какая- то защита от дождя, а вот завалявшийся рулон  тоже оказался никуда не годным – весь слипся и высох, не размотать. Да и стены все в щелях, пакля со временем превратилась в труху,  и птички с мышами разнесли ее по округе.  Как ни крути, а придется спускаться и двигать в поселок. Но ни сегодня, и не завтра. Что я Пузырьку отвечу? Не будет ответа, да и какой из меня лекарь.  Вспомнились вдруг все прошлые события на реке:  Палыч, Григорий, Михаил, перестрелки в тайге и встречи с лихими людьми. Нет, зачем оставаться в поселке? Мало ли какой залетный – еще признает. Хотя, только Палыч и остался, а до него тыщи верст будут, остальные все в сырой земле. За всякими думами не заметил, как Альфа спустилась к реке, и теперь разливалась оттуда своими песнопениями. Приложился к биноклю: пять желто-зеленых резиновых понтонов плавно несло течением, а на последнем, такой же, как и я, бородач, беззвучно ударял по струнам гитарного инструмента. Посчитал народ – десятка три будет. Туристы, веселый люд. Дойдут до Енисея, а обратно по нему на теплоходе. Вот к ним бы я пристал, будь помоложе…               
          Неожиданно, в глубине леса, обнаружил еще одно строение, уже заросшее мелкой лиственницей и кустарником. Двери замотаны проволокой, а вместо крыши два ряда ржавых жестяных листов. Дверь поддалась легко, и я уперся в стену из фанерных ящиков. Видимо, все внутреннее убранство из них и состоит. Снял первый верхний, и кое-как спустил его на землю. Поддел крышку ножом и мне открылась удивительная картина: пять рядов коробок с сахаром – рафинадом, а по бокам и сверху листы из прозрачного оргстекла. Сразу вспомнился магазин в поселке, и то, что сахар не завозили уже больше месяца – дефицит. Посмотрел на дату - десятилетней давности. Неужели это схрон геологов? И что еще в нем пребывает? Прикинул – ящиков не менее пятидесяти, и, чтобы разобрать все это хозяйство, уйдет не один день. Открыл еще один – пакеты с сухофруктами, вскрыл еще пару – бутылки со спиртом и растительным маслом. Ну, дела! Даже если пятая часть из всего еще пригодна, то я стану самым богатым человеком на всю округу.

          За три дня я закончил полную инвентаризацию подвернувшегося имущества, и к середине четвертого уже подъезжал к поселку.  Всё такое же безмолвие на пристани, все те же пацаны крутятся у магазина. Завидев меня, разулыбались, и я первым вступил в контакт:
          - Привет, ребята! А мамку еще раз сможете позвать?
          - А она в магазине, вон она! – и сынок указал пальцем на дверь.
            Я вошел и поздоровался. Женщина с удивлением оглядела меня, примерно также, как и в первый раз, и приготовилась было ставить на прилавок рычажные весы.
          - Спасибо, мне ничего сейчас не нужно. Вы, наверное, знаете, где я остановился, и быть может попросите мужиков, чтобы они приплыли ко мне на двух лодках? 
          - Да Пузырек сегодня трепал языком, что к тебе собирается. Только зачем? – и уставилась на меня с тем-же выражением на лице.
          - Передайте, я буду ждать, - и вышел наружу.