Русский Север, 6. Перезагрузка в Кандалакше

Помнишь то чувство, когда лет в 10 тебя после долгих ярких летних каникул в деревне неожиданно берут и привозят в город? И первые день-два присутствует некоторая растерянность от того, что ещё вчера за огородом начинался целый неизведанный и прекрасный мир с запахом полевых трав, а сейчас - четыре стены в квартире. И первое время не можешь сообразить: "А что дальше делать-то?". Вот примерно с таким чувством мы и спустились с гор.

При этом к растерянности примешивалось облегчение от благополучного завершения самого сложного этапа северного приключения, и просто физическое блаженство от сухих вещей и долгожданного отдыха.

Перегон до Кандалакши не ознаменовался чем-то примечательным, кроме небольшой остановки около бурной реки. Судя по культурному слою, тут все останавливаются размять ноги и накидать влажных салфеток под ближайшими кустами (вспомнилось сухоруковское: "Вот уроды). На противоположном берегу в чистейшей бурной воде на перекатах мужики ловили рыбу. Вода, как и везде на севере, очень чистая и прозрачная. Дима видел норку, сваливавшую от нас в кусты.

Гостиница оказалась крошечным пристроем к пятиэтажке в тихом дворе в двух шагах от вокзала. Она и название носила соответствующее: "Вокзал для двоих". Только на вывеске не Гурченко с Басилашвили, а какая-то безымянная пара моделей. Несколько номеров с двумя душевыми на всех, и кафе, в котором гуляли чей-то юбилей. Другие постояльцы - также путешественники, об этом мы узнали благодаря великолепной слышимости в номерах.

Гостиница оказалась крошечным пристроем к пятиэтажке в тихом дворе в двух шагах от вокзала. Она и название носила соответствующее: "Вокзал для двоих". Только на вывеске не Гурченко с Басилашвили, а какая-то безымянная пара моделей. Несколько номеров с двумя душевыми на всех, и кафе, в котором гуляли чей-то юбилей. Другие постояльцы - также путешественники, об этом мы узнали благодаря великолепной слышимости в номерах.
Мне хотелось погулять по Кандалакше: за окном светило Солнце и постоянно доносились крики чаек, но совсем не было сил. Каким-то чудом умудрившись развесить по крохотной комнатке наше мокрое барахло, посетили душ и упали на кровати, впервые за неделю погрузившись в новостные ленты соцсетей. У меня сразу появилось ощущение, что в голову плеснули говна.

Из новостей по телевизору узнали, что на родной Нижний и соседние регионы обрушился какой-то страшный ураган, даже с жертвами. Сразу стала звонить близким, узнать, всё ли хорошо. К счастью, обошлось.

Вечером, так и не выбравшись из номера дальше магазина, изучали статью про погибшую тургруппу на Сейдозере. Обширная и интересная, как детектив.

Утром пошли в местную "Пятёрочку", пополнять запасы провизии. Диме не продали пиво - было слишком рано, его на Кольском продают то ли с 10, то ли с 11 утра.

Мне не продали молоко.

- Молоко тоже рано? - пошутила я.

- Нет, - улыбнулась девушка на кассе. - Его уже поздно. Срок годности истекает сегодня.

Мы приятно удивились, что так следят за качеством.

Кандалакша мне вообще понравилась. Такая она степенная, со своей атмосферой и ярко выраженным культурным кодом. Все местные выглядят так, словно только что спустились с гор, собираются на рыбалку или с неё вернулись: спортивная или камуфляжная одежда, на дорогах много внедорожников, в том числе, подготовленных - ну это, конечно, туристы.

Каким-то чудом маленький обогреватель в номере смог просушить за ночь самый сырой из наших спальников - ура. Собрались, упаковали рюкзаки, отчалили. Перед отъездом я сбегала сфотографировать вокзал и колоритную старинную башню - скорее всего, когда-то водонапорную.

Следующей точкой ночёвки по пути к дому выбрали Беломорск.


Рецензии