Ленинградская история из 60-х, которую раньше не р

Ленинградская история из 60-х, которую раньше не рассказывали. (На память Вячеславу Иванову, трехкратному олимпийскому чемпиону)

Я хочу рассказать историю, в которой мне довелось участвовать.

Дело было в далеком 1962 году на первом чемпионате мира по академической гребле. Швейцария озеро Ротзее. Оттепель, Гагарин, Элвис Пресли.

 В то время мы с напарником Валерием Полковским только перешли из юниорского возраста и попали в основную сборную команду СССР. Наш первый тренер, Чекин Игорь Константинович, набрал новую группу мальчишек, а мы перешли к Эдуарду Оскаровичу Лину.

 Эдик Лин был с нами одного возраста (на пару лет старше нас) и только начинал свое восхождение к вершинам тренерского мастерства. Красавец, весельчак, отменный психолог он сразу добавил нам уверенности в своих силах. Пройдя сито отборочных соревнований, мы завоевали право защищать честь страны на чемпионате мира в заездах двоек распашных с рулевым.

Сразу скажу, что на всех совместных контрольных тренировках сборной команды с восхищением мы наблюдали за Вячеславом Ивановым. Слава на тот момент уже- олимпийский чемпион и чемпион Европы. Первый человек преодолевший два километра быстрее семи минут. Со старта его лодка вылетает, словно снаряд из пушки. Кажется, что его движения — это слегка ускоренная видеозапись. Руки мелькают словно хлесткие плети, а ноги отскакивают от подножки как пружина или каучуковый мячик.

 Умение взвинтить темп до пятидесяти гребков в минуту, когда всем соперникам тяжело, для него обычное дело. Кажется, что любую тренировку он превращает в карточную игру и, если нужно, переиграет любого соперника вытащив козырь в виде ошеломляющего спурта.

 Естественно, мы хотели подражать Славе и старались идти всю гонку в высоком темпе, а на финишном отрезке обязательно разогнать до сорока восьми-пятидесяти  гребков в минуту.

Перед поездкой на чемпионат мира с нами провели инструктаж. Сначала с напутственными словами выступил руководитель делегации. Как свойственно представителю одного серьезного ведомства, он пожелал нам успехов и напомнил о том, что не стоит забывать: мы едем защищать честь страны на чемпионат, где будут участвовать самые лучшие команды мира. Затем старший тренер сборной, Евгений Борисович Самсонов, раскрыл нам свой план на турнир. Перед нами, как перед дебютантами, ставилась задача пробиться в финал.

Ах, как же нас это тогда задело и разозлило! Что значит «пробиться в финал»? Мы что, туристы? Отправили бы других попадать в финал! «Будем биться только за первое место», — решили мы с напарником.

Предварительные заезды показали,что наша готовность не хуже большинства команд. Ход лодки был настолько хорош, что мы настраивались на борьбу только за первое место. Других вариантов не рассматривали. Старт не проигрывали никому, а на финише знали, что сможем взвинтить темп больше сорока гребков в минуту.

С поставленной задачей пробиться в финал (в академической гребле это шесть лодок) мы легко справились.

А затем… Нельзя сказать, что расслабились или стали недооценивать соперников, но нечто похожее на самоуверенность появилось. Мы по-прежнему соблюдали традицию дневного сна: после обеда отводили на отдых сорок-шестьдесят минут. Пробуждение контролировали либо сами, либо будил рулевой.

В день финалов наш рулевой, легендарный Игорь Рудаков, выступал в двух классах (в четверке с рулевым и у нас). Перед нами он вел призовым местам четверку Толи Федорова,  а тренер Эдуард Лин весь день пропадал озере Ротзее, анализировал заезды, настраивал лодки. В общем, мы остались одни и уснули безмятежным сном, словно на сеновале в эвакуации вдали от блокадного Ленинграда. Так бы и спали. Нас разбудил стук в дверь и крик Славы Иванова:
— Чайники, вы что, с ума сошли? Вы же гоняетесь передо мной! Ну вы, чайники, и даете — вы же на старт опоздали! ПОДЪЕМ!

От крика Славы мы срываемся с места. Бежим так, как не бегали никогда в жизни: до финала всего двенадцать минут, а нам еще ехать на троллейбусе и полкилометра бежать до озера. Влетаем в отходящий троллейбус, потом мчимся к базе. Наша лодка уже у плота в полной готовности: весла вставлены, рулевой Игорь Рудаков на посту, а тренер Эдик Лин стоит бледный, как лист бумаги. Без лишних слов прыгаем в лодку и берем старт прямо от плота. Пока идем к стартовой линии, Игорь задает темп, отсчитывая гребки и на ходу докладывая обстановку. А впереди все команды выстроились на своих дорожках и ожидают команды стартера, который объявляет готовность. Еще мгновение — и он поднимет флаг. Если опоздаем, гонка пройдет без нас.
— Отдышитесь на первой пятисотке! — кричит Игорь. — А сейчас — полный вперед, иначе старт дадут без нас!

До старта оставалось двести метров, и мы преодолели их так, будто это был финишный отрезок гонки. Заняв свою дорожку, мы развернулись, пытаясь унять сбившееся дыхание. Судья на вышке делает нам предупреждение. Очевидно: права на фальстарт больше нет. Игорь командует: "Парни, старт не берем! Если сделаем фальстарт-нас снимут, будем по ходу гонки всех догонять.

Еле-еле берем старт! А ведь одну гонку мы только прошли! Теперь предстоит пройти основную. Со старта уходим последними, на пол корпуса отставая от идущей пятой команды — другого варианта просто не было. И тут стоит отметить мастерство Игоря Рудакова, который кричит своим басом:
— Спокойно, не заводимся, главное — втянуться и правильно разложиться по дистанции! Я буду вас вести.

— Держимся в таком ритме и темпе! — кричит Игорь.

Мы не даем слабины, держим темп, начинаем постепенно догонять. Догоняем! «Все идут намного реже по темпу», — слышим голос Игоря.

— Буду отсчитывать каждый гребок, настигаем четвертых!

Впереди Германия, Румыния, остальные уже позади нас. 500 метров до финиша! Игорь кричит:

— А теперь мужички начинаем молотить, как Слава Иванов (в темпе 50 и выше). За Родину, за Сталина...за Ленинград...

Финиш... Германия, Румыния, СССР.

Мы сидим молча. Как всегда бывает в таких случаях, сожалея, что дистанция не длиннее еще хотя бы метров на триста.

Сидим молча в лодке. То ли плачем, то ли смеемся, видим, как на первое место в своем заезде одиночников летит наш друг Слава Иванов, благодаря которому мы успели на этот старт! Вот он пересекает финишный створ, за ним в десяти секундах Стюарт Маккензи.

P. S. Получается, что в тот день нам пришлось отгоняться две финальные гонки. Первые два километра — чтобы успеть на старт, затем два километра — от старта до финиша. Вместо 2000 м мы прошли 4000 м. Только благодаря попаданию в тройку призеров удалось избежать серьезных разговоров и организационных выводов.

Мы с напарником решили никому не рассказывать о случае, произошедшем с нами. В те годы рассказывать такое было нежелательно.

Пожалуй, сейчас, разменяв восьмой десяток, я решил, что могу наконец отдать дань уважения всем участникам тех событий и конечно же Вячеславу Иванову, без помощи которого финал этой истории был бы совсем другим.






Записано со слов Заслуженного тренера России и Белоруссии, почетного мастера спорта СССР В.Н. Смирнова (записал А.Смирнов kbstech.ru)