Единобожие храмового центра

ЕДИНОБОЖИЕ ХРАМОВОГО ЦЕНТРА:
Эссе об умышленном забвении и несостоявшемся завещании предков

История Кавказа — это не история войн, которые описывают летописцы завоевателей. Это история молчаливых храмов, которые стоят тысячелетия и которым нет нужды оправдываться. Однако именно это молчание стало для официальной науки индульгенцией на подлог. Единобожие Кавказа умышленно не замечается, ибо признать его — значит признать, что центр сакральной географии Евразии находится не в Риме, не в Мекке и не в Иерусалиме, а в ассовской котловине Ингушетии.

Храм как имя, имя как народ

Древнейший пласт кавказской цивилизации не нуждается в расшифровке жрецов — он говорит сам через топонимику. Храмы с эпитетом Бога — Г1ал-ерда, Тхаба-ерда, Алба-ерда — это не просто культовые сооружения. Это семантические скрижали.

Шеститысячелетнее название «Г1ал-ерда» — не этнографическая редкость, а конституция народа. От него разворачивается самоназвание ингушей (г1алг1ай). От него же, через лингвистическую диффузию, прорастают понятия «народ», «общество», «община» у десятков кавказских народов: кхалкх у чеченцев, халкъ у тюрков, фолк в европейской традиции. Это значит, что храмовый центр был не локальным святилищем, а цивилизационным излучателем, задавшим матрицу социальной организации для всей Евразии.

Тхаба-ерда — эпоха Овна, застывшая в камне. Алба-ерда — религиозный мост, соединяющий Дагестан и Азербайджан. Эти храмы — звенья одной цепи, протянутой через тысячелетия. Они доказывают, что единобожие на Кавказе — не позднее заимствование, а первоначальное состояние.

Нарты: дуальность как метод богопознания

Но самым ценным в наследии храмового центра является не архитектура, а методология веры. Эпос о нартах, который современные исследователи часто низводят до фольклора, на самом деле представляет собой уникальный теологический документ.

Нарты не были разделены на «правильных» и «еретиков». Они существовали в системе дуального единства: единобожники и богоборцы жили рядом, спорили, воевали, но оставались частями одного целого. Это не слабость веры — это величайшая толерантность, возможная только при абсолютной уверенности в истине. Предки не уничтожали инакомыслящих, ибо знали: истина не нуждается в кострах инквизиции, она сама себя явит.

И она явила себя. Богоборцы проиграли не мечу, а логике бытия. В нартском эпосе они «выпивают знаковую медь» — образ, который спустя тысячелетия отзовётся в кораническом повествовании. Многобожие отмирает само, как отмирает заблуждение при встрече со светом. И этот путь — без насилия, через внутреннее преображение — древние нарты завещали потомкам.

Завещание, которое не услышали

И здесь возникает трагический разлом.

Современные ингушские алимы, наследники храма Г1ал-ерда, поклоняются Единому Аллаху. Казалось бы, духовная победа нартов-единобожников состоялась окончательно. Но цена этой победы — утрата нартского метода. Единокровный народ разделён на четыре части. Те, кто призван быть хранителем единства, не могут найти единства между собой.

Что это, если не знак? Храмы стоят, но дух храмов — диалог, терпимость, поиск истины через признание иного — утрачен. Мы выиграли битву за Единого Бога, но проиграли войну за человека. Сегодняшние распри — это та самая «знаковая медь», которую мы пьём, не замечая её горечи.

Иранский ключ к кавказской тайне

В этой точке кавказская история смыкается с иранской, подтверждая свою древность. Историки религии фиксируют: единобожие в Иране сохранялось до V века до н.э. только в замкнутой касте мидийских магов. Но кто были эти маги? Их называли «магами», но искать их следует не в Тегеране и не в Багдаде — их духовная метрополия находилась в горной Ингушетии.

Нет ариев без магов Кавказа. Более поздний зороастризм, который выдают за «древнюю веру», является типичной политеистической реконструкцией — попыткой эпигонов склеить осколки разбитого единобожия. Персы, как писал Геродот, «склонны заимствовать чужеземные обычаи»; они заимствовали и погребальный обряд, и храмовую символику, и даже имя Бога, но утратили главное — понимание, что Истина едина, а пути к ней множественны.

Открытие Лангдона и кавказский ответ

Оксфордский ассириолог Стефан Лангдон, исследуя ранние вавилонские надписи, сделал вывод, поразительный для западной науки: первоначальным верованием человечества было единобожие. Политеизм и идолопоклонство — не эволюция, а деградация, «впадение» из полноты в осколки.

Кавказские храмы — это археологическое подтверждение гипотезы Лангдона. Если Вавилон и Шумер лишь сохранили следы утраченного прамонотеизма, то горная Ингушетия сохранила его живую архитектурную традицию. Здесь не искали Бога — здесь жили с Ним.

Вместо заключения: выбор наследников

Умышленное замалчивание кавказского единобожия имеет не только академическую, но и экзистенциальную природу. Признать Г1ал-ерда древнейшим храмом Единого Бога — значит переписать историю религий. Признать нартскую толерантность образцом — значит осудить собственную нетерпимость.

Но храмы не требуют признания. Они ждут возвращения.

Пока ингушские алимы будут делить паству на четыре части, пока кавказские народы будут смотреть на историю через чужие учебники, пока единобожие будет оружием, а не мостом — до тех пор знаковая медь будет горчить во рту. Ибо единобожие храмового центра — это не просто вера в Одного Бога. Это вера в то, что перед Этим Богом все люди — один народ.

Мы сохранили храмы. Сумеем ли мы сохранить завет?





УМЫШЛЕННО НЕ ЗАМЕЧАЕТСЯ  ЕДИНОБОЖИЕ И ХРАМОВАЯ ИСТОРИЯ КАВКАЗА.

Самая главная история Кавказа, связана с древней религией Единобожия, конкретно - это религиозный и культурный центр Кавказа, еще конкретнее это буквально «главный» храм Г1ал-ерда(возраст названия храма 6 тысяч лет), Тхаба-ерда(возраст названия 4 тысяч лет), Алба - ерда и тд
Данные храмы с эпитетами бога, отражены в истории всех кавказских народов, как доказательство их исконности; Г1ал-ерда ( значится в самоназвании храмового народа г1алг1ай), в истории чеченцев, грузин, осетин, карачаевцев, адыгов и тд.  Богоданное название, от працивилизации создавшей храмовый центр,  стало обозначением терминов «народ, общество» для разных народов( кхалкхи, халкъа, фолк)
Храм Тхаба-ерда преимущество как эпоха Овна сохранилась среди адыгов и ингушей. Храм Алба-ерда среди народов Дагестана, Азербаджана.

Храмовый народ жил по программе жизни двойственных нартов: единство и борьба нартов единобожников и нартов богоборцев, что говорит о  единобожии и толерантности древних предков, …. Предки единобожники  не пытались уничтожить многобожников, и наоборот, между ними  кроме борьбы, было единство, они как бы показывали как мирно следует искать истину.
Богоборцы многобожники отмирают сами проиграв единобожию ,  выпив знаковую медь, что имеет отражение в Коране.
Сравните как современные ингушские алимы которые поклоняются одному Аллаху,  не могут найти единство, разделили единокровных ингушей на четыре части.?

PS

Историки подтверждают  «Единобожие в древнем Иране сохранялось до V века до н. э. только в замкнутой мидийской касте магов.»  Истинные маги это ученные храмовики с храмового центра горная Ингушетия. Нет Ариев без Магов Кавказа.
«Более поздний зороастризм является типичной политеистической религией».   Как видим ингушская история храмового центра, и иранская  история взаимно дополняют друг друга,  раскрывая этимологию загадочных древних терминов.
        Д-р Стефан Лангдон из Оксфордского университета обнаружил в ранних вавилонских надписях, что первоначальным верованием человека было единобожие, и что скоро после этого человек впал в политеизм и идолопоклонство. (см. «Семитская мифология )