Миф о сизифе дифирамб

          65-летию моего друга Романа Михайловича Виндермана посвящаю
               
                Миф о Сизифе

                Дифирамб

Громко восславим Сизифа, что спорил с богами,
Сизифа – последнего сына бога Эола,               
Бога ветров и поветрий, и всех дуновений.
Бога всех бурь, ураганов, муссонов, пассатов.

Впрочем, Сизиф – наш герой, он ещё не рождён, ведь…
Так что восславим пока его мать Энарету,
Эола жену, что с улыбкой рождает Сизифа,
Она ведь рожает Героя, а значит, не плачет.

Эол на последнего сына надеется очень,
Станет утехой бессмертного бога малютка.
И за отчётный период в своём поколеньи
Будет Богами Олимпа признан, как лучший.

А это - и богу награда!


Роды

И вот Энареты  улыбка становится шире -
Из чресел на свет появилась головка Сизифа!
Густой шевелюрой покрыта головка младенца!
Усы с бородой украшают мордашку малютки!

Все знаки отличья Героя Эол в этом видит!
Он радовать станет Бессмертных своим поведеньем,
Заслужит Олимпа любовь и симпатии смертных.
Людей поколенья вовек про него не забудут!

Не раз про него они вспомнят!


Детство Сизифа

Растёт наш Сизиф среди муз и среди музыкантов,
Он учит стихи, гимн поёт, пляс танцует.
Коня на ходу приструнив, оседлал и поехал,
А вот с колесницы упал, что ж, потом наверстает!

Охоч до наук, до речений чужих, со вниманьем внимает
Богам и пройдохам, мужам и девицам и просто прохожим.
А годы идут, всё пышнее усы, и длинней борода всё …
Не может он выбрать свой путь, своё направленье.

На других быть похожим не хочет!


Строительство Эфиры

Смотрит на сына Эол – повзрослел, возмужал сын Эола.
Имя отца-ветробога пред всеми прославить готов он.
Город Эфиру, что значит Замок Воздушный,
Мыслит построить Сизиф, и сделать столичным.

Если такая идея Сизифом Героем владеет,
Вздрогнет Олимп, и от зависти станет мешать он.
Жилищу Богов не должно быть подобно жилище,
Пусть даже Героя такого, что строит из Воздуха Замки!

Мало ли ныне Героев, рождённых богами с Олимпа
В утехах с девицами низкого званья и чина?
А всё для того, что бы подвиг во славу Бессмертных
Каждый из них совершил, а быть может, и 10!

Но все живут как другие, как люди в дворцах и лачугах,
Кто хуже, кто лучше, но скромно, как и положено смертным.
Но строит свой город Сизиф, и ветром мостит мостовые,
А стены кладёт из тумана, а крыши из звёздной пыли.

Слава царя Сизифа, радостью наполняет бога ветров Эола.
О городе редких достоинств смертные песни слагают,
Что предназначено Зевсу, теперь Эфир украшает.
Смеются над Зевсом боги – где твоя Слава и Сила?

Чтобы украсить свой город, в жёны берёт он Меропу,
Ровня ему Меропа – она дочь титана Атланта.
Осанка и профиль богини, голос, Сирене подобен.
Её Сестры богов избрали, Меропа избрала Сизифа.

И здесь он с богами сравнялся!


Пленение Танатоса

Зевс посылает Сизифу Танатоса – бога смерти.
- Слишком Сизиф вознёсся, Счёл себя богоравным!
Танатос свирепый срежет  прядку волос с Сизифа.
Станет покорным и робким сын ветрогона Эола.

Во всей своей славе явился посланник Зевса Танатос,
Сизиф испугался, трепещет, просит у бога пощады.
Колодки для смертника бросил на пол бесстрастный цирюльник,
Как их надеть, не знает Сизиф, царь Эфира глупый.

Просит ему показать он, как с колодками сладить,
Ведь в его городе диком это -  диковинка, право.
Медлит быстрый Танатос, - Это простая вещица.
Просто вставляешь руки, застёгиваешь, и всё тут.

- А голову брить не будешь? Какие у вас обряды?
Меня, ведь, жена не узнает, если я стану лысым.!
Как в городе мне появиться, иль на пиру с друзьями?
Я ж волосатым родился, и бритым ходить мне негоже.

Эфир – хлебосольный город, гостям у нас очень рады,
Поэтому в этом подвале, тебя напоят и накормят,
А служба, что ж, подождёт пусть, люди в накладе не будут,
Пусть поживут себе вволю, а жертвы… друг другу приносят.   

Бессмертие среди смертных

Годы, а кто их считает, коль умирать не надо?
Войны, а кто их воюет, если убитых нету?
Свадьбы, пиры, возлиянья, здравицы в честь Сизифа,
Того, что сравнял Бессмертьем людей и Богов Олимпа.

Кто их теперь почитает, богатые жертвы возносит?
Да уж и нечем стало делиться с Богами – голод!
Людей становится больше, чем зёрен в пшеничных колосьях,
Уже старики и рады б, от голода сдохнуть, но дудки!

Стараются, трудятся люди, но слишком их много стало,
А Гея, которой жертвы они приносить перестали,
Им помогать не желает. И Зевс с ней готов согласиться.
Сизиф – царь Эола, причина всех бедствий и бед людишек!

Сизиф с ним готов согласиться.


Освобождение Танатоса.

Ареса Зевс посылает освободить посланца,
А сына Эола в колодки, и в царство Аида, навечно!
Бессмертие там пусть обрящет, и этим с другими сравнится.
Арес, бог битвы кровавый, с Олимпа спустился быстро.

Сидит мой Сизиф и в кости играет с Богом смерти.
Входит кровавый Арес, разом сбивает колодки.
Игрой увлечённый Танатос, не сразу чует свободу,
Его ход играть – бросает… Эх! Меньше, чем у Сизифа!

- Делай, что должно, Танатос, обрей ему голову напрочь.
- Э, нет, с волосами останусь. Я в кости их выиграл трижды,
А душу, ну что ж, она ваша. Позволь лишь с женой проститься.
- Прощайся, хитрец, навеки. Пусть воет Сиреной, белугой.

Он что-то шепнул Меропе.

 

Царство Аида

Не видно пределов Аида, просторно и пусто в Аиде.
Так прибыльно было дело, богам всем на зависть, а ныне…
На троне Аид с Персефоной сидят, не глядят друг на друга.
Огонь развести стало нечем, приличного платья не сыщешь.

Ни тризну не правят, ни дани богатой Богам не приносят
За то, чтоб покойника лучше принял Аид с Персефоной.
Всё этот Сизиф!  Сын Эола! Позор всем богам! Упустили!
Не смог воспитать в уваженьи к святыням отцов! Упустили!

Танатас с душой Сизифа пред троном державным спустился.
Вот наших бед причина. И, если даров богатых
И жертв невиданных ране Меропа вам не возложит.
Ему злую казнь назначьте. Такую, что прежде не знали.

Времени нет в Аиде, нечего здесь измерять им.
Ждут Персефона с Аидом даров от жены Сизифа. 
Ждут и никак не дождутся, медлит с дарами Меропа.
Может, забыла мужа, с другим разделяет ложе?

- Вечные Боги Олимпа! Что происходит в Мире?
Нет никому почитанья! Хаос вернулся на Землю!
Боголюбивый Сизиф просит у них позволенья
Вернуться домой и исправить все, что нарушил когда-то.

- Если Меропа не станет даров приносить Аиду,
Другие решат, что законы теперь исполнять не нужно,
Но он – сын Эола знает, что только Боги правы,
Они нам дали Законы, а мы должны быть покорны.

Мрачный Аид не хочет Хаоса и безЗаконья,
Черный Аид согласен с сыном Эола-бога.
Времени нет в Аиде, нечего здесь измерять им,
Но торопиться должен Сизиф – царь Эфира земного.


Сизиф задержался

Быстро реки бегут, быстро годы летят,
Поседели виски, серебро в бороде,
Шум такой на Земле, что Олимп возмущён,
Звуки арф заглушают крики людей!

Среди верных друзей, с сыновьями, с женой
Царь Эфира пирует и хвалит Меропу.
Это он ей велел жертвы не приносить
И она его этим вернула домой.

Из Аида вернулся! Конечно – Герой!

Возвращение в Аид

Зевс с Олимпа глядит и не верит глазам -
На земле, где быть должен порядок,
Снова этот смутьян, этот дутый Герой!
Легкомысленный Шут, продувной Скоморох!

Шлёт владыка Небес свору быстрых Богов:
Смерти Бог – злой Танатос, и Бог воровства
Зевса сын – бог Гермес, плут и вор, проводник
Душ умерших в Аид навсегда, навсегда.

Не успел наш Герой даже слово сказать,
Уж колодки сковали, и бритва блестит.
- Врёшь, Танатос, я их отыграл. - Это так!
- Даже трижды! А значит… Поэтому – фигЪ!
 
Времени нет в Аиде, нечего здесь измерять им
Не видно пределов Аида, просторно в Аиде и пусто.
Грустно Сизифу в Аиде, трудно слоняться без дела.
Ждёт он суда Олимпийцев, может, придумают Дело?



Наказание Сизифа

ЗЕВС - Этот маленький, жалкий, смешной человек - Это – кто?
ГЕРМЕС - Это – царь, злой насмешник Сизиф, Бога сын…
ЗЕВС - А кто Бог, ну, чей сын?
ГЕРМЕС - Бог Эол, важный Бог.
ЗЕВС - Он за сына просил?
ГЕРМЕС - Да просил.
ЗЕВС - Отказать. Что ещё?

ГЕРМЕС - Надо кару какую-то определить,
Чтобы впредь неповадно было другим.
ЗЕВС - Есть идеи?
ГЕРМЕС - Без дела он мается там.
ЗЕВС - Вот и дайте работу, пусть камень несёт.
ГЕРМЕС - А-а потом?
ЗЕВС - Что «потом»?
ГЕРМЕС - Когда он отнесёт.
ЗЕВС - Пусть другой камень тащит.
ГЕРМЕС - Там – вечность.
ЗЕВС - И что?
ГЕРМЕС - Все их перенесёт, и потом?
ЗЕВС - Ах, потом!
Пусть он тащит на гору,
А камень с неё
сам покатится прямо с вершины и вниз!
ГЕРМЕС - Он такой! Он затащит, удержит…
ЗЕВС – Посмотрим…