Обретая ценность

В одном из домашних кувшинов в доме у Лизы поселилась Пустота: серая, лёгкая, безоблачная. Она могла принимать форму любого предмета, органично заполняя всё его пространство. Была свободной настолько, что порой от этой самой свободы даже уставала.
Примерно так с ней случилось и в этот раз. Решив, что ей всё-таки надо выбираться из беззаботного состояния и найти себе вполне достойное занятие, она отправилась навстречу своим приключениям и в пути неожиданно для себя попала под затяжной ливень.
Изрядно наполнившись влагой, потяжелела и резко провалилась в отверстие глиняного кувшина, с которым белокурая Лиза вышла на порог своего бревенчатого дома, чтобы купить у соседки молока.
Однако девушка тут же почувствовала, что вес сосуда изменился: она едва удержала его в своих руках.
-Боже! Какой же он тяжёлый! И откуда в нём столько воды? – недоумевала девушка.
Недолго думая, она вернулась в дом, чтобы поменять кувшины. Поставив на подоконник крынку, наполненную дождевой водой, она взяла полую и спокойно отправилась по своим делам.
Находиться в темноте Пустоте было неприятно. Она скользила по стенкам сосуда и, не смотря на свои настойчивые усилия, ничего не смогла сделать.
«Неужели мне теперь целый век здесь куковать?»,- задавалась она вопросом и вновь  совершала свою очередную попытку выбраться на свободу.  В отчаянии она то негодовала на количество воды, сделавшей её большой и неуклюжей, то растворялась в своём бессилии и плакала навзрыд, подобно ребёнку. Её метания продолжились и ночью.
Лишь утром, как только небосвод осветило солнце, лёгкий ветерок раскрыл створки деревянного окна. Створки ударили кувшин. Он пошатнулся и упал на пол, превратившись в лепестки глиняного цветка. Вода ручейком разлилась по комнате, Пустота проснулась, оглянулась по сторонам и вновь почувствовала себя лёгкой.
- Ой! Кажется, я снова могу летать…
От радости Пустота закружилась в танце. Подхваченная ветром, она полетела навстречу другим берегам, но уже обновлённая и знающая цену своей свободе. Так Пустота обрела значимость, а вместе с ней осознание того, что даже невесомостью нельзя пренебрегать. Право на существование имеет каждая из наших частей, иначе целостность без неё невозможна.