Мамин подарок

Мамин подарок

Завершив в городе Барановичи запланированные дела, мы с мужем возвращались домой. На одной из остановок общественного транспорта в автобус вошла пожилая женщина и устроилась на сиденье поблизости.
 
В выходной день в автобусе было малолюдно. Я незаметно наблюдала за субтильной и сутуловатой, скромно одетой женщиной. Навскидку определила её возраст – семьдесят-семьдесят пять лет.

Она держала в руках маленькую дерматиновую сумочку и упакованный в большой полиэтиленовый пакет объёмный свёрток, из которого проглядывал рыжеватый искусственный мех.

В какой-то момент моё внимание отвлекли вошедшие в автобус пассажиры; я переключилась на них, а потом – на созерцание панорамы заснеженного города за окнами транспортного средства.

При подъезде к остановке «Железнодорожный вокзал» я вновь посмотрела в салон автобуса. Женщина сидела на прежнем месте и о чём-то говорила со стоявшим рядом молодым человеком.

На остановке юноша помог пассажирке вынести из автобуса объёмный пакет и авоську, ранее мною не замеченную.

Передав ручную кладь пожилой женщине, он быстро ушёл.

Немного отойдя от автобусной остановки, путешественница начала перекладывать вещи из одной руки в другую, пытаясь найти оптимальный вариант их размещения.

Я предложила помощь, предварительно выяснив, куда она направляется?

– В деревню свою еду, на станцию мне надо, – ответила женщина.

– На автостанцию или на железнодорожный вокзал? – уточнила я; автовокзал и вокзал Барановичи-Полесские расположены поблизости.

– На автобусную станцию, еду в деревню к племяннице, – пояснила попутчица.

– Не лучшее время Вы выбрали для поездки. Много снега выпало, даже в городе коммунальные службы не успевают расчищать дороги и тротуары, а в деревне, – и подавно, – обронила я.

– Так я не хотела сейчас ехать, да племянница меня уговорила привезти пальто! – сказала женщина, указывая на сверток в моей руке. – Говорит, что сейчас самый сезон его носить. А я в него уже не влезаю, маловато стало, – добавила она с выражением какой-то потерянности на лице.

Пройдя несколько метров, попутчица продолжила тему:

– Это пальто мне мама купила в подарок и сказала:

– Вот умру и буду спокойна, что тебе есть в чём ходить …

Судя по выглядывающей из пакета отделке, изделию было больше тридцати лет; именно такая верхняя одежда была модной в девяностых годах прошлого века.

За триста метров нашего пути пожилая женщина ещё дважды упомянула о подарке мамы. Проводив путницу на остановку пригородного автобуса, мы с мужем направились к железнодорожному вокзалу.

В ожидании электрички я всё думала о немолодой и, судя по всему, одинокой женщине. В её четырёхкратном упоминании мамы, подарившей взрослой дочери пальто, которое скоро будет принадлежать другому человеку, была какая-то недоговорённость и безысходность.

Утрата тончайшей невидимой нити, мысленно связывавшей пожилую дочь с давно ушедшей мамой …