Горы

«Не позволяй душе лениться,
Чтоб воду в ступе не толочь.
Душа обязана трудиться
И день и ночь, и день и ночь».
Н. Заблоцкий

      И не было для неё большего счастья, чем идти,  улыбаясь солнцу и прохожим. И ей казалось, что солнце тоже улыбается и только ей.
      Когда Вадим и София поженились, они мечтали о сыне и дочери. Но судьбе было угодно подарить им трёх дочерей и всех в один день. Девочки настолько были похожи, что пришлось на их кроватки повесить таблички с именами. Естественно, очень скоро они научились различать детей, но таблички не снимали до тех пор, пока дети не привыкли к именам. А назвали их, поскольку родились они в сентябре, да и в дополнение к имени матери – Верой, Надеждой и Любовью.
      Вера была «старшей»: она родилась раньше сестёр на двадцать минут. Рано поняв это "преимущество", пользовалась, а повзрослев – часто козыряла, отлынивая от нелюбимой домашней работы. Ленивой она не была, как, впрочем, и её сёстры, но, если ей нужно было улизнуть из дома, она хитрила: «Вымойте, пожалуйста, посуду. Я же никогда не позволяю себе ослушаться родителей: младшие всегда слушаются старших».
      Не любила она носить одежду одинаковую с сёстрами, стараясь всегда «отвоевать» у родителей иную. Удручала её школьная форма, нехотя она мирилась с ней. В день их рождения родители приобретали три разных подарка, право выбора предоставлялось Вере, вернее она сама себе его предоставляла, и никто не мог это оспорить. На именинном торте погасить большее количество свечей удавалось всегда Вере. Внешне же хрупкие и невысокие девочки были одинаковы: большие голубые глаза, совершенно прямые носы, едва заметная округлость щёк, сочетающаяся со слегка заострённым подбородком, волосы русые, густые и абсолютно прямые, почти всегда были заплетены в толстые косы. Учились девочки в одном классе. И здесь права лидера Вера закрепила за собой, а потому была бессменным старостой. Она успевала всё: вовремя навестить  подшефных малышей, поговорить с учителями, чтобы неуспевающий одноклассник исправил в конце четверти оценку, наладить отношения между подравшимися мальчишками, не допуская, чтобы те обижали девочек. И если это случалось, давила на обидчиков морально, а это для них было обиднее физического наказания. Находя со всеми общий язык, ей всегда и всё удавалось уладить.
В школе сёстры частенько хитрили, используя, но не злоупотребляя,  свою схожесть, в чём инициатором была Вера. За годы учёбы их ни разу не разоблачили. Учились девочки хорошо, увлекались спортом. В избранных видах ни одна из них высоких результатов не добивалась, и желание стать студенткой физкультурного института у Веры появилось уже в старших классах, а потому физкультурный зал для неё стал самым важным местом в школе. После окончания учёбы все поступили в разные вузы, Вера – в  запланированный.
В институте бразды правления группой девушка ненавязчиво взяла в свои руки с первого курса. Естественно, её избрали старостой. Им она оставалась до конца учёбы. Как и в школе, ей всегда удавалось со всеми обо всём вовремя договориться, уладить благодаря настойчивости, твёрдости характера, уверенности в себе, своей неуёмной энергии. Она могла организовать для всего курса весёлый и удивительный вечер, который выливался в праздник, поездки на время каникул, весной – вылазку на природу, где парням можно было порыбачить, девушкам – заняться ухой. Из всех поездок предпочтение Вера отдавала горам. Она любила их за необычайную красоту, бескрайность, неповторимость. Любила ослепительный искрящийся снег, яркое зимнее солнце, лыжи. Летишь с горы, обгоняя товарищей, холодный ветер обжигает лицо, снег из-под лыж разлетается в стороны и шлейфом несётся  вслед: ощущение полёта, для которого, казалось, недостаёт лишь крыльев. Восторг всегда охватывал девушку в такие минуты. Для Веры это было настоящим счастьем.
Последние студенческие каникулы группа решила в полном составе провести в горах – на отдых выпало полных десять дней. «Десять дней! Сколько километров можно накатать! Жаль лишь, что эта  последняя студенческая поездка», – думала Вера.
Прибыв на турбазу и расселившись, молодые люди разбрелись: одни – подкрепиться, другие – осмотреть местность, третьи – познакомиться со студентами из других городов. А Вера подхватила лыжи и – в горы. Есть ей не хотелось, местность знакома (она была здесь поздней осенью), а познакомиться с иногородними студентами успеет: впереди столько дней! Ей не терпелось «отметиться» на спусках в первый же день. Девушка знала: если сейчас что-то или кто-то помешает ей подняться, то со своей одержимостью сможет помчаться в горы и в темноте. «Здравствуйте, горы!», – прокричала она, выйдя из гостиничного домика. Поднявшись на канатке, она начала спуск. О, ни с чем не сравнимое блаженное состояние! При спуске душа так и пела: лучше гор могут быть...
Почти в темноте раскрасневшаяся, счастливая и довольная прогулкой, Вера подкатила к жилому корпусу, вслед за ней – молодой мужчина. Взглянув на девушку, он заговорил, обращаясь к ней:
– По всему видно, Вы только что сверху. Прибыли сюда сегодня, но в горах не впервые. Так?
– Да, так – ответила Вера и добавила, вторя ему. – По всему видно и Вы не новичок.
Она заинтересованно разглядывая незнакомца. На вид лет около тридцати, рост – много выше среднего, широкоплеч, статен: всё говорило о его постоянных физических тренировках. Лицо его было словно выковано из стали, тёмные волосы острижены на военный манер – коротким ёжиком, глаза исполнены непреклонной решимости, которая достигается лишь годами упорной работы над собой. Несмотря на чёткость речи, глаза его были слегка затуманены. С этой внешностью никак не увязывался на удивление музыкальный голос: когда он говорил, казалось, звучит какой-то редкий инструмент. Он, в свою очередь, тоже незаметно разглядывал Веру. И тут произошло то, чего они никак не ожидали. «Вы с кем здесь»? «С друзьями», – прозвучали в унисон вопрос и ответ, и они расхохотались. Вдоволь посмеявшись, молодые люди пожелали друг другу доброй ночи и разошлись по своим комнатам. Уже в постели Вера вспомнила этот эпизод и тихонько, чтобы не нарушать покой подруг, засмеялась.
Наутро, после завтрака они всей группой собрались в горы. Безветренная, солнечная, с приятным морозцем погода сопутствовала им. Канатка доставила каждого на желаемую высоту. Вера сегодня решила сойти там, где канатная дорога поворачивала в обратный путь. И при спуске всё то же ощущение восторга. Закончив спуск, она столкнулась со вчерашним незнакомцем. После приветствия, он предложил: «Может, повторим? Да и представиться друг другу не мешает. Я – Станислав, а короче – Стас». Назвав себя, Вера согласилась. Они колесили по склонам так долго, что едва  успели к обеду. За время прогулки Стас рассказал о себе. Родом из средней полосы России. Кроме него в семье две сестры, обе замужем, он не женат. С детства мечтал о военной карьере (вот откуда «военная» внешность и стать), готовился к этому все школьные годы, но в последний год передумал и поступил в технический вуз. Работает в НИИ старшим научным сотрудником. Родители – работающие пенсионеры-педагоги, обе сестры и их мужья – врачи. «Люблю горы в любое время года, красивую музыку и, – добавил он улыбнувшись, – домашние пельмени».
С этого дня поодиночке молодых людей не видели. Дожидаясь один другого на месте встречи, спускались они непременно вдвоём. Где только они ни побывали! Но наступил последний день пребывания в горах. Жаль с ними расставаться, когда ещё Вера попадет сюда? Непонятно, откуда появилось чувство, что сегодня она прощается с горами. При последнем спуске молодые люди играли в «прятки», мелькая попеременно вдалеке друг от друга: то появится бело-розовая экипировка Веры, то она заметит синюю куртку Стаса. Лавируя между соснами, девушка вновь скрылась из виду. Набирая скорость, она пыталась боковым зрением определить, откуда вынырнет Стас. «Где же он?», – спросила она себя и рванула, что было сил. В этот момент Стас на высокой скорости выскочил наперерез, не ожидая, что Вера совсем рядом, и налетел на подругу. Дальше она ничего не помнит. Запомнилось только, что полетела кубарем вниз и… темнота.
Очнулась девушка в небольшой палате местечковой больницы. Первое, что она произнесла, было: "Что со мной?" Тут же заметив, что не чувствует ног, с ужасом спросила у находящегося рядом Стаса: "Где мои ноги? Что с ними?"
Он не стал ничего скрывать, успокаивать, а чётко по-военному ответил: ноги на месте, но, по предварительному и предполагаемому заключению врача, двигаться самостоятельно она, вероятно, не сможет. Бросив на него обречённый взгляд, девушка, казалось, вот-вот заплачет, и,  обратив печальный взор к окну, тихо произнесла: «Прощайте, горы»!..
Стас решил сопроводить Веру домой, ведь он стал невольным виновником происшествия. Сокурсники тоже не остались в стороне, предлагая посильную помощь. Уже дома выяснилось: травма действительно серьёзная. Возможно, когда-то Вера и поднимется на ноги, для чего потребуются тренировки невероятных усилий. Но это будет чудом. Стас, услышав окончательный приговор врачей, принял мгновенное решение жениться на Вере. А она – в слёзы:
– Жениться из жалости! Никогда! Зачем я тебе – калека? Буду всегда только обузой. Я не смогу стать нормальной женой, матерью. Ты молодой, ещё женишься. Пойми, Стас, в случившемся я виновата столько же, сколько и ты. Почему ты должен расплачиваться и страдать всю жизнь из-за меня? – И, скупо улыбнувшись, добавила – я никогда не приготовлю тебе домашних пельменей.
Её родители тоже были против: вряд ли дочери где-то будет лучше, чем в родной семье. Девочка нуждается в постоянной помощи. «Нет», – заявили они. Стас уехал.
В первый же день по возвращении домой он рассказал о происшествии и поведал о своем решении. «Я уехал, но это вовсе не значит, что согласился с Верой и её родителями. Случилось несчастье, виновником которого являюсь я. Вера отличная  девушка, она мне понравилась сразу. Наконец, я просто не имею права оставить её. Значит, мне уготована такая судьба. И не считаю её худшей». Одобрив решение сына, родители вместе с ним отправились за Верой.
Убедить родителей девушки удалось не сразу, а получить согласие Веры казалось невозможно. Она твердила одно: обуза. Только от этих слов чувства Стаса разгорались сильнее и крепли с каждым днём. Отступать он не собирался. Пришёл день, когда девушка всё же сдалась. «В конце концов, не всё ли равно, где будут находиться кровать и инвалидное кресло? Обижать меня, естественно, не будут, а остальное… Время покажет», – размышляла она. Очень быстро договорились в загсе о регистрации молодых на дому. В институте с согласия вышестоящего руководства решили ввиду неординарности случая и состояния студентки выдать диплом без сдачи госэкзаменов. Также быстро собрали личные вещи Веры.
Доброжелательность, внимание, уважение, которые царили в семье Стаса, София и Вадим не могли не заметить, и по всему было видно – не показные. Уезжали они всё же с тревогой. Вере и Стасу выделили самую большую и светлую комнату в квартире. В считанные дни здесь всё устроили максимально удобно: провели второй телефонный аппарат, поставили телевизор со всеми необходимыми к нему приложениями. По желанию Веры, на стене появилась картина с изображением гор. На обоях преобладал голубой цвет, такого же цвета были занавески: всё напоминало девушке горы и ясное небо.
С первых дней её окружили заботой и предельным вниманием. Для ухода пригласили молодую женщину – медсестру-массажиста, которая занималась только больной. Со стороны казалось, что от сил Веры остались тонкие ниточки осенней паутинки, трепещущие под натиском недуга, растягивающиеся и сжимающиеся, но всё же зацепившиеся за здоровую жизнь. Но это было не так. Не опуская руки, лелея надежду, она с утра начинала трудиться, настойчиво заставляя мышцы работать. В доме появилось много тематических журналов, интересной литературы, однако большую часть времени она отдавала работе над собой. Вечерами Стас отлучался от молодой жены лишь в крайней необходимости. Он в полном смысле слова носил Веру на руках. Рассказывая о своей работе, Стас  интересовался, чем занималась Вера, чего добилась по части тренировок за свой «рабочий день», что нового узнала из литературы, новостных передач. И надо сказать, у обоих находилось множество тем для разговора. Они взахлеб рассказывали, перебивая друг друга, о пройденном дне, о мыслях, желаниях, мечтали, каждый по-своему рисуя картину будущей жизни.
Прошли три года. В один из вечеров Вера, сидя в кресле, попросила Стаса подойти ближе. Когда он присел рядом, она шёпотом, будто боясь, что кто-то услышит, сказала: «У нас будет ребёнок». Счастье и восторг охватили Стаса. Подхватив Веру, он закружил с ней по комнате, напевая мелодию  вальса, покрывая её бесконечными поцелуями; обняв мужа, уткнувшись мокрым носом ему в шею, она роняла слёзы за воротник. Когда прошёл приступ счастья, он заскочил в комнату родителей и с порога выпалил: «У нас будет ребёнок»! «Благодарю тебя, Господи!», – произнесла свекровь. Подойдя к Вере, она поцеловала невестку, сняла с пальца кольцо и надела ей. С этого дня здоровью Веры уделялось внимания вдвое больше: в семье понимали, что они в ответе за двоих.
Однажды встревоженная молодая женщина ночью разбудила мужа.
– Что случилось, дорогая? – испуганно спросил он.
– Стас, милый, – взволнованно ответила она, – я чувствую шевеление.
– Это не повод для тревоги. Это прекрасно! Значит, ребёнок, здоров и развивается, как положено. Всё нормально! Спи, милая.
– Ты не понял. Да, с ребёнком всё нормально, он ещё с вечера зашевелился. У меня шевелятся стопы обеих ног.
От этих слов Стас мгновенно подскочил, словно его ударило током.
– Вера! Верочка! Милая. Неужели это правда!? Я не ослышался? Повтори ещё раз. Какое счастье! Господь смилостивился над нами всеми. Я благодарю тебя, Господи!
Он так бурно выражал восторг, что встревоженные шумом  родители постучали в дверь их комнаты. Получив разрешение войти, они увидели необычную для ночи картину: танцующий посреди комнаты Стас, очень бережно держал жену на руках, покрывая её бесконечными поцелуями, повторял одни и те же слова: «Вера. Верочка. Милая». Узнав о причине восторга,  у женщины подкосились ноги. Не будь рядом мужа, она могла бы упасть. До утра обе пары почти не сомкнули глаз.
…В свой первый школьный день маленький Павлик отправился на торжественное построение в сопровождении мамы, которая с помощью костылей, но очень твёрдо и уверенно шла рядом. Она  щурилась от  яркого солнечного света, улыбаясь солнцу. Ей казалось, что солнце ей улыбается тоже.

Ноябрь 2008 г.