Неистовые споры против храмового центра

Неистовые споры против храмового центра: о хронологии, камне и здравом смысле

Гомерический хохот — вот единственная адекватная реакция на те ожесточенные споры, которые ведутся вокруг датировки памятников Горной Ингушетии. Споры эти ведутся не для установления истины, а с одной-единственной целью: омолодить, принизить, «размазать» историю народа, который посмел сохранить то, что другие утратили.

Но давайте включим логику, отбросив политическую конъюнктуру.

Часть 1. Срок службы камня и слепота оппонентов

Любой человек, имевший хоть какой-то опыт строительства или просто проживший жизнь в собственном доме, знает: у любого строения есть срок службы. Кирпичный дом служит около 100 лет. Панельные многоэтажки — 120. Монолитный железобетон — 150. Хрущевки, которые сейчас сносят, проектировались на 25-50 лет.

А теперь вопрос к тем, кто пытается омолодить ингушские башни и храмы: если современные материалы, созданные по последнему слову науки, имеют такой ограниченный ресурс, то какова должна быть культура строительства, чтобы каменные башни стояли веками и тысячелетиями?

Ингуши, в соответствии со своими законами и традициями, не просто строили — они совершенствовали каменное строительство. Они прекрасно знали срок службы своих творений, потому что передавали это знание из поколения в поколение. Они жили в горах, где каждый камень был на счету, где враждебное окружение требовало крепостей, а вера — храмов.

И сегодня мы имеем то, что имеем: Горная Ингушетия — это «музей под открытым небом», единственное место на Кавказе, где кавказские памятники сохранились в таком количестве и качестве. Циклопические постройки у селений Карт и Дошхакле, дольмены эпохи бронзы, склепы, башни, храмы — все это говорит само за себя.

Но вместо того чтобы изучать этот феномен, историки-сектанты начинают истеричные споры о датировках. Им нужно во что бы то ни стало доказать, что все это «позднее», что ингуши — не строители, а «пришельцы», что храмы построены кем-то другим.

Часть 2. Храмы, которые старше пирамид

На Кавказе находятся одни из самых древних в мире храмов. Г1ал-ерда несет в себе эпитет «Тельца» (Быка) — эпоха, которая датируется примерно 6 тысячами лет назад. Тхаба-ерда связана с эпохой Овна — 4 тысячи лет. Это не просто слова. Это маркеры, зашифрованные в самом названии, в архитектуре, в ориентации по звездам.

Да, храмы перестраивались. Да, они обновлялись. Потому что любой камень, даже самый прочный, требует ухода. Но традиция, место, имя — они оставались. И именно это бесит оппонентов. Они не могут предъявить ничего подобного. У них нет храмов такого возраста. У них нет непрерывной традиции строительства. У них есть только политические амбиции и желание примазаться к чужому величию.

Часть 3. Игнорирование главного: закон против хаоса

Но самое странное даже не в спорах о камнях. Самое странное — в полном игнорировании религиозной и правовой логики.

Писание ясно говорит: потомки Ноя (нахиты) должны соблюдать минимум семь заповедей, и среди них — правосудие. Не просто обычаи, не просто традиции, а именно суд, закон, справедливость.

Ингуши, народ храмового центра, сохранили эздии-законы — аристократический кодекс, который, по сути, является развернутой системой тех самых заповедей. Их быт, по свидетельству Н. Яковлева, подчинен правилам тонкой обходительности, которые ставят их выше европейского «высшего общества». Их правосознание, по мнению Б. Далгата, приблизилось к идеалу, недостижимому для «цивилизованных» народов.

И что же? Политики, историки и даже некоторые деятели религии упорно игнорируют этот факт. Они ищут «предковых наохитов» где угодно: в горах, где живет одичавшее население, на вершинах, где никогда не ступала нога строителя, в летописях, написанных века спустя. Они предпочитают выдуманного, упрощенного, «образного» Ноя — реальному Ною, чьи законы до сих пор действуют в Ингушетии.

Почему? Потому что реальный Ной неудобен. Он требует признать, что правосудие существовало на Кавказе задолго до любой мировой религии. Он требует признать, что ингуши — не просто один из народов, а народ-жрец, народ-хранитель. А это рушит все иерархии, все политические конструкции, все «старшинства», выстроенные на песке.

Часть 4. Смех сквозь камни

Когда «сектанты от истории» начинают спорить о том, что храм Г1ал-ерда «не мог быть построен 6 тысяч лет назад», потому что «тогда никто не строил такие храмы», хочется спросить: а вы вообще видели эти храмы? Вы трогали эти камни? Вы измеряли их?

Ингушские башни — это средневековые небоскребы. Они строились в эпоху, когда Европа еще ютилась в деревянных хижинах. Они строились народом, который постоянно подвергался этническим чисткам, вынужден был отступать в горы, но не прекращал строить и совершенствовать.

И сегодня, когда современные ингушские дома ничуть не уступают, а часто и превосходят жилища соседей, живущих в более благоприятных условиях, споры о древности кажутся особенно нелепыми. Люди, которые не могут построить дом, который простоит больше ста лет, спорят о том, как могли построить башню, стоящую тысячу лет.

Заключение: В поисках утраченного времени

В Горной Ингушетии до сих пор находят сотни, тысячи невыявленных памятников. Это говорит не о том, что ингуши плохо их прятали. Это говорит о том, что их историю игнорировали. О ней просто не хотели знать.

Но камни терпеливы. Они могут ждать. И сегодня, когда ложь достигла таких масштабов, что начала вызывать гомерический хохот даже у непосвященных, настало время правды.

Неистовые споры против храмового центра — это споры людей, у которых нет своих камней. У которых нет своих законов. У которых нет своего Ноя. Им остается только одно: пытаться оспорить чужое, чтобы скрыть свою пустоту.

Но камень, как известно, точит воду. А уж ложь он сточит и подавно.










Неистовые споры против храмового центра.

Гомерический хохот вызывают ожесточенные споры по  хронологии, датировки памятников религиозного и культурного  кавказского центра.  «Горную Ингушетии»,  прозвали «музеем под открытым небом», как практический единственное место на Кавказе,  где кавказские памятники сохранились..
Ингуши которые в соответствии со своими законами, совершенствовали каменное строительство, прекрасно знали срок службы строении. Впечатление, что люди которые задают вопросы о датировки ингушских храмов, башен, с целью омолодить ингушскую историю,  не имели своих домов, не знают что любые строения  имеют срок службы, в том числе и каменное строительство.
Дома из кирпича служат не менее 100 лет, как, впрочем, панельные и блочные 9-16-этажки. У современной «панели» срок службы еще больше: она обязана простоять 120 лет, а многоэтажные здания из кирпича и монолитного железобетона – 150 лет.
У «хрущевок» официальный срок службы заявлялся в 25 лет для сносимых, и в 50 лет – для несносимых.
Современные дома ингушей, против которых регулярно проводили этнические чистки не только не уступают соседним народам которые живут в более благоприятных условиях, но даже превосходят их, так было  когда ингуши продолжали жить и совершенствовать свои башни, храмы в священных горах, …..по сути в средневековье уже строили небоскребы.
На Кавказе находятся одни из самых древних в мире храмов; Г1ал-ерда ( название храма - эпоха быка 6 тысяч лет), Тхаба-ерда(эпоха овна 4 тыс лет).
Но вопросы датировки часто рождают озлобленные споры, когда и храмы имеют срок службы и их также приходилось перестраивать.
На территории горной Ингушетии циклопические постройки, напоминающие дома-крепости, выявлены в начале ХХ века в Ассинской котловине около селений Карт и Дошхакле, дольмены, склепы эпохи  бронзы. В 21 веке известно что в горах Ингушетии находят и можно найти сотнями, тысячами невыявленных памятников, что говорит за себя лучше всего, историю храмового центра игнорировали.
Политики,  историки и религии игнорировали народ с аристократическими эздии-законами Ноаха, с храмами, памятниками, и  искали  себе подобных «предковых наохитов», потомства упрощенного, одичавшего  в горах, образного Ноаха. Самое странное «историки религии»  игнорировали даже минимальные 7 заповедей, с правосудием,  к самым усредненным наохитам с Кавказа, прописанные в Писании.