Ворчун

 Здесь, в правом рукаве бегущей к синему, синему морю восторженной девчонки-речки, по прежнему стоял лёд. Невысокий, полноватый механик с белоснежной, как счастливая невеста, яхты «Ассоль», по льду переходил на другой берег к тёмно-синему «хулигану»-катамарану, с вкусно-пахнувшим историей названием «Византин» на изогнутом борту. Как, кем-то неосторожно рассыпанные семечки, далеко впереди чернели маленькие точки любителей подлёдного лова, а на крыше длинного оранжевого, будто спелый апельсин, контейнера, скандалистки-вороны уже целых пятнадцать минут не могли поровну поделить свалившее на них счастье. В утренней прозрачной тишине слышно было, как одиночными резкими выстрелами обратного удара, стреляет поперхнувшийся чем-то газовый резак, но уже через несколько минут слышалось привычное змеиное шипение рвущегося на свободу жала-пламени. Погода резко испортилась, откуда-то с юга пришёл очередной тайфун и как пьяный музыкант на свадьбе, разорвал нежную фату тумана над заливом, а в комнате цеховой табельщицы, добрейшей тёти Любы, спасаясь от непогоды на своём любимом месте, возле тёплой батареи, спал большой чёрный кот по имени Ворчун.