глава 4 Талисман этого места

Полную версию романа можно почитать на bookriver.ru , а на Литрес и почитать, и послушать



                ГЛАВА 4
       Прошлась по променаду, в открытом уличном кафе купила светлого пива, посидела под широким платаном. Выслушала от мужа пожелание поумнеть или, хотя бы, включать фонарик в телефоне и светить себе под ноги, чтобы не вляпаться в какую-нибудь дрянь или того хуже – в «историю»...
        Часы на экране телефона показывали почти девять. Надо было поторопиться, чтобы прикупить что-нибудь в магазине на ужин. В гостиничный ресторан я, пожалуй, не успевала... Да и устала я что-то с такими приключениями.
        Обратная дорога по ярко освещённой асфальтированной набережной особых усилий, естественно, не вызывала. Любителей вечернего моциона меньше не стало. Мамочки с колясками и детишками уже разошлись по домам, зато появились громкие группы прилично подгулявших граждан. Удовольствие от прогулки они почти не портили, до того по-доброму забавные некоторые.
        Одна группа, что-то уж слишком массовая, полностью перегораживала променад как раз возле того места, где я с берега поднялась по лестнице некоторое время назад. Скорее всего корпоративная тусовка вывалилась из ближайшего ресторанчика покурить-освежиться. Замедлив шаг, я попробовала обойти людей через газон, но тут с бокового проезда вылетел полицейский «уазик» с сияющий на крыше синими огнями и толпа мгновенно расступилась.
        Из машины выскочили двое полицейских. Один, невысокий и щупленький, быстро он побежал по лестнице вниз. Второй, поплотнее в теле, вышел из машины со стороны водителя. Неторопливо оглядел всех стоящих по близости и что-то спросил. Дама в светлых джинсах и красной безрукавке и мужчина в серых мягких штанах и светло-сиреневом свитере с таксой на руках шагнули к полицейскому. Благодаря таксе я их и узнала. Они стояли на лестничной площадке, когда я выползала с берега после «битвы» с валунами. Свидетели? Неужели что-то случилось?
        В рации запищало. Послушав, полицейский сделал рукой приглашающий знак. Дама и мужчина стали усаживаться в машину на заднее сидение. Я подошла поближе к внешнему краю толпящихся людей и хотела было уточнить, что случилось. В этот момент без сирены, но также на приличной скорости на набережную выехала машина скорой помощи. Ещё больше потеснив стоящих вокруг лестничного марша людей. Двое крупных санитаров, один с типичным оранжевым чемоданчиком, заспешили вниз.  Пожилой водитель в клетчатой рубашке и тёмной безрукавке тоже вышел из машины. Обогнул её со своего бока и распахнул задние дверцы. Начал выдвигать носилки.
Стоящий рядом корпулентный молодой мужчина с пимпой-хвостиком на голове бросился помогать. От стремительного энтузиазма носилки в нешироком проёме заклинило.  Потихоньку, с извинениями, просочившись в первые ряды, я уже хорошо видела и усталое лицо водителя, и красное от смущения и натуги лицо добровольного помощника. Он стоял ко мне вполоборота и показалось, что это тот тип из киногруппы, что хватал меня сегодня за рукав.
         Наверное, действительно, показалось...

         Полицейская машина уехала. Снизу показалась голова и плечи в белом халате одного из санитаров.
– Эдик, ну что ты там! – крикнул он.
Шофер Эдик бросился к санитару и попытался нецензурно объяснить ситуацию.
Санитар махнул рукой и только бросил:
– Возьми чем накрыть.
         Лицо водителя посерело и уже не так стремительно он вернулся к задним дверцам машины. Оттолкнув неумелого помощника Эдик что-то подёргал и выкатил наконец складное сооружение. Оно с грохотом упало на асфальт. Шофёр полез внутрь фургона и вытащил сначала скомканную белую простыню, секунду подумал, нырнул внутрь машины ещё раз и вылез, держа в руках чёрный объёмный прямоугольный пакет.
Первый неровный ряд любопытных, включая меня, дружно попятился. Благодаря многочисленным детективным сериалам никаких сомнений в назначении чёрного пакета у нас не было.
         Тем временем, опять примчалась полицейская машина и тот же парень быстро спустился вниз. Через пару минут на лестнице показались два санитара, они шли медленно вполоборота, а за ними двое полицейских. Они несли тело, девушку с бледно-зелёными волосами, собранными в а-ля дреды. Потому как вытянулась её шея и свисала голова понять, что она не жива, было не трудно.
         Короткая, по колено, гофрированная пышная юбка развернулась до самой земли как баян, демонстрируя ткань во всей красе – в яркую крупную зелёно-оранжевую клетку. Соперничающие с юбкой по производимому впечатлению колготки в синюю и красную клетку подчёркивали полноту ног. Громоздкие чёрные кроссовки, из тех, что носит каждый второй вне зависимости от возраста. Рукав чёрной косухи немного задрался, открывая браслет. Мелкие камушки обхватывали руку ровными рядами, всего пять рядов, и по цвету полностью совпадали с цветом всех пирамидок, что встретились мне за последнее время. Каждый ряд – пирамидка.
          И я поняла, что это собранный необычным способом браслет.
          И я поняла – кто эта девушка.
          И что уже видела её несколько раз раньше.
          Один из полицейских перехватил ногу девушки, перед самыми носилками еле удержал. От неловкого движения левая кроссовка задела об асфальт. Вспыхнули радостные огонёчки.
          И я потеряла сознание...
          Очнулась от резкого запаха нашатырного спирта, резко отстранила чью-то руку с ваткой. Осознала, что сижу на скамейке. С одной стороны, приобняв меня за плечи, сидел кто-то в белом халате и опять пытался подсунуть ватку с нашатырём. Справа устроился полицейский. Предваряя вопросы, сказала, что помню, как меня зовут и где я нахожусь.
       – Ну и ладно, – проронил белый халат и махнул рукой. – Все, Эдик, заводи.
       – Вы бы, дамочка, в других местах гуляли бы, – поднялся со скамьи и полицейский.
       – Подождите,– попросила я.
       –Что, плохо?
       – Нет, – я вцепилась в рукав полицейской куртки и просительно посмотрела снизу вверх. – Кто её нашёл?
      – Такса. И дама. Покрепче вас нервами будет. А мёртвая знакомая ваша? Или видели что?
      – Нет, просто...– я тихонько покачала головой и опять всё поплыло перед глазами.
      – А вы где живёте ? Здесь, в этих домах?
      –Нет, там в отеле...,– я махнула рукой в сторону Косы. – на том конце променада.
      – Я вас отвезу, – он потянул меня за руку.– До машины дойдёте? Тут пять шагов.
      Я встала и, взяв полицейского, прилично уступавшего мне ростом, под руку, дошла до машины. Полулёжа устроилась на заднем сидении. Уже без мигалки и достаточно медленно мы так и поехали, по набережной. До отеля и идти-то прогулочным шагом было не более пятнадцати минут, а ехать и того меньше. Но мне хватило времени прийти в себя. Я показала, где остановится и, выходя из машины, спросила:
      – Скажите, а на запястье, это был браслет? Она наркоманка?
      – На двух запястьях и на щиколотке, – сказал полицейский, оглянувшись на меня. – Это не передозировка, головой ударилась...Вы что-то знаете?
      – Спасибо.
      Захлопнув дверцу машины, я поспешила к входу в отель.
Говорят, утро вечером мудренее. Это не мой случай. Ранним утром я тупа как пробка, никакой реакции. Чашка кофе помогает, если только выпить её после десяти часов утра.
      К моменту моего прихода в ресторан почти все гости отеля  уже закончили свой завтрак и я мысленно им поклонилась. Через некоторое время я осталась на застеклённой белой веранде одна.
Солнце сияло во всю и на окнах приспустили плотные белые шторы.
      Было печально...
      С соседних столиков две девушки в униформе убирали тарелки. Обе с красными глазами. Вслед за ними высокий простоватый на вид парень складывал скатерти. Не очень аккуратно...
      Я сидела, болтала ложкой в чашке к остатками кофе, смотрела в окно. Из-за полуопущенных штор ни моря, ни променад, ни людей видно не было. Глазеть, собственно говоря, не на что.
      – Вы видели как её нашли, да?
      Передо мной стояла одна из официанток. В стандартной униформе: верх – белая блузка, низ – длинная до щиколоток узкая чёрная юбка из тонкой ткани, бордовый длинный фартук, на лице защитная белая маска, волосы плотно убраны и завязаны под косынку, не разглядеть какие они.
      – Хотите, я вам свежий нормальный кофе принесу? И вкусненькое что-нибудь, а то вы только два куска хлеба, намазав кетчупом, съели.
     – Хочу, – сказала я. – Только и себе тоже и посидите со мной. И счёт возьмите. 
      – Мне нельзя, я вас обслуживаю.
      – Ничего, можно. Я скажу, что плохо себя почувствовала. А много народу в отеле знает про вчерашнее?
      – ОК,– сказала она и, помолчав, добавила.– Все.