Воспоминания о первой встрече с психологом

24 августа 2023. Санкт-Петербург

Вечером позвонила подруга. Мы говорили о чём-то незначительном — работа, дети, планы на осень, — а потом она вдруг замолчала. И после паузы спросила: «Слушай, а ты же была у психолога? Как это вообще? Я вот думаю, может, мне тоже... Но боюсь. А вдруг я здорова и просто выдумываю? Приду, а мне скажут: "Девушка, у вас всё в порядке, не морочьте голову"».

Я слушала её и вспоминала себя.

Свою первую сессию. Я сидела в коридоре перед кабинетом, вцепившись в подлокотники кресла. Сердце колотилось где-то в горле, ладони вспотели. «Что я скажу? С чего начать? А вдруг я правда всё придумала? Вдруг я просто ленивая, просто ною, просто не умею справляться?» Этот страх — «я недостаточно травмирован, чтобы идти в терапию» — сидел во мне так глубоко, что я почти поверила ему. И ещё — холодный камень в груди. Он был там всегда. Я настолько привыкла к нему, что перестала замечать. Но в тот день, в коридоре, он почему-то стал тяжёлым — как будто знал, что его вот-вот тронут.

В кабинете было тихо. Два стула, окно, на подоконнике — герань. Я села и выпалила первое, что пришло в голову: «Я не знаю, что говорить. Я просто устала. Просто всё как-то... серо». Психолог — женщина с очень спокойными глазами — не стала меня торопить. Она просто кивнула и сказала: «Расскажите, как вы здесь оказались». И я начала. Сначала сбивчиво, потом — всё больше распутывая клубок, который носила в себе годами.

Я рассказывала о том, что боюсь подвести людей. Что мне кажется, будто я всё делаю неправильно. Что я устала быть сильной. Что иногда я плачу без причины, а потом ругаю себя за это. И где-то на середине сессии я вдруг поняла: меня не переубеждают. Меня не оценивают. Меня просто — видят.

Меня не переубеждают.
Меня не оценивают.
Меня просто —
видят.

И где-то в груди,
там, где всегда лежал холодный камень,
что-то дрогнуло.
Разжалось.
Как тесная обувь после долгого дня.
Как первая примерка себя —
без доспехов.

После той первой встречи я вышла на улицу и заметила, что солнце светит. Ничего не изменилось — в моей жизни, в моих проблемах, в моих мыслях. Но внутри стало чуть-чуть легче. Как будто я переложила часть груза на другого человека. Не навсегда — на время. И этого уже было достаточно, чтобы выдохнуть.

Я не побежала на вторую сессию с энтузиазмом. Я колебалась. Думала: «Может, мне хватит? Может, я уже выдохнула и теперь справлюсь сама?» Но через неделю камень в груди вернулся. Не такой тяжёлый, но — вернулся. И я пошла снова. Не потому что хотела. А потому что впервые узнала, как это — когда не давит. И согласилась на это — на сорок минут в неделю. А потом — ещё на сорок.

Я рассказала всё это подруге. Она слушала молча, а потом сказала: «Знаешь, мне, наверное, тоже нужно. Просто попробовать».

Я не знаю, помогла ли мне та первая сессия. Наверное, не в том смысле, как я думала. Она не решила моих проблем. Не вернула мне отца. Не стёрла из памяти плохие дни. Но она дала мне то, чего у меня не было никогда раньше: место, где можно быть любой. Уставшей, злой, растерянной, неудобной. И тебя не осудят. Просто выслушают. Просто побудут рядом.

А потом началась долгая, многолетняя работа. Не быстрая, не лёгкая. Иногда — мучительная. Иногда — как возвращение домой. Я до сих пор в терапии. И это не значит, что я «не вылечилась». Это значит, что я выбрала путь — долгий, честный, живой. И первую дверь на этом пути я открыла в тот самый день, вцепившись в подлокотники, с сердцем, колотящимся в горле, с вопросом «а вдруг я всё придумала?». Не придумала. И переступила порог.