Лорингрин - отрывок -

Я осторожно открыла дверь и тихо вышла на лестничную площадку.
 
"Зачем я вообще поехала на этот на этот семинар."

На улице было уже темно. Машина стояла за углом возле церкви. Ещё дойти.

Улица была пуста. Я села в машину и выехала на пустую магистраль.
 
Кажется никто не заметил. Вовремя вышла. В кругу участников нужно было с закрытыми глазами  произвольно упасть. Тесный круг подхватывал. Развитие доверия? Ты не одинок? Тебе помогут? Они-то конечно не дадут упасть. Но это только они.

Все эти годы никто мне не помог.

И только страх, скользкий холодный страх падения, страх скатиться по социальной лестнице и не суметь обеспечить детей, был единственным, что заставляло не здаваться и держало на поверхности.

В этой наивной группе натуропатов мне больше нечего делать.


...

За день до отъезда отец протянул мне пару исписанных листов.

- Отредактируешь?

Он очень любил свою Украину. Проведя большую часть жизни на стройках Сибири, он вернулся в конце жизни на Украину, купил старую хату,  отремонтировал её и достроил большую теплицу и гараж, посадил на пустом огороде абрикосовый сад и занялся пчёлами.

- Смотри, вот видишь эти ворота? Вот здесь заканчивается мой мир.

Это была неправда. Его небольшая столярная мастерская обеспечивала всё село новыми окнами и дверьми.  Отец много лет проработал прорабом на всесоюзных стройках, но своё любимое плотницкое дело не забывал.

В тот вечер мы долго сидели  во дворе под убаюкивающий стрёкот сверчков. Над нами расстилался бескрайний звёздный ковёр.

А на утро такси уносило меня с детьми в аэропорт. Мои престарелые родители одиноко стояли на сельской дороге.

До боли щемящее чувство тоски и непоправимого горя осталось со мной навседа.