Миллион

  Недавно я устроился тренером по дзюдо в соседний район. Глава администрации встретил меня с радостью, так как очень любил спорт и стремился развивать его на подведомственной территории. Когда мы познакомились и обсудили планы по развитию физкультуры и спорта, он сказал: «Сергей Валентинович, заходите ко мне в любое время, чем смогу – помогу!» Я обрадовался, что буду вхож в высокие кабинеты как привилегированное лицо.
   Когда подошли очередные соревнования, я решил съездить к главе и попросить деньги на поездку. Он вызвал главного экономиста и распорядился выдать мне семь тысяч рублей. Мы зашли в её кабинет, где сидели ещё две сотрудницы. Ольга Митрофановна отвела меня в соседнюю комнату и оттолкнула в сторону шкафчик, который был петлями прикреплён к стене, а там – в нише – оказался секретный сейф. Она открыла его ключом, и я увидел стопки зелёных и красных купюр. «Зачем она мне это показала? – удивился я. – Незнакомому человеку, мы виделись всего два раза. То ли хотела похвастаться богатством, то ли хотела, чтобы я их ограбил. Мол, денег у нас много, но не для тебя. А если я наведу бандитов? Возможно, у них большая недостача, и если я их грабану, то они повесят на меня всё. И мне придётся отдавать все деньги, влезать в долги, да ещё отсидеть в тюрьме лет десять. А может, она проверяла меня на "вшивость?"». Пока я размышлял, Ольга Митрофановна отсчитала мне семь тысяч из зелёной стопки, и я ушёл, даже нигде не расписавшись.
   После соревнований глава попросил меня составить смету на использование бюджетных средств: бензин, питание, проживание. Потом эти деньги списывались.
   На 9 Мая я решил провести показательные выступления дзюдоистов на сцене ДК и отправился в администрацию, чтобы попросить три тысячи рублей.
   Поднявшись на второй этаж, я вошёл в приёмную и спросил у секретарши:
   – Тимофеич у себя?
   – Подождите, у него там посетитель.
   Я незаметно приоткрыл дверь его кабинета и в щель увидел главного бухгалтера, которая стояла перед столом главы и о чём-то говорила. Я прикрыл дверь и стал ждать, когда она выйдет. Хотя они разговаривали тихо, но до моего уха донеслись слова Тимофеевича: «Он звонил, что приехал. Сейчас войдёт – и отдашь ему».
   Бухгалтер пошла на выход, а я открыл дверь, чтобы пропустить её и войти. Но она сказала мне:
   – Пойдёмте.
   – Куда? – не понял я.
   – За мной идите.
   В недоумении я пошёл за ней. «Неужели она уже знает, что я пришёл за деньгами? Вот это оперативность!» – подумал я, когда мы вошли в её кабинет. Главбух села за стол, открыла сейф и начала выкладывать на стол пачки красных купюр. Я прикинул на глазок – примерно один миллион рублей.
   – Давайте сумку, – не глядя на меня, попросила она.
   – Я не взял.
   – Ничего страшного, я сейчас пакет поищу.
   От вида стольких денежных купюр у меня в ушах зазвенело. «Она меня явно с кем-то перепутала», – догадался я, стараясь не обращать внимания на звон в ушах. Неудобно так получилось. Мне нужно всего три тысячи, а не миллион. Зачем она вытащила столько денег?
   С недавних пор я иногда стал появляться в администрации и просить деньги на соревнования, и бухгалтер, наверное, перепутала меня с чиновником из областного центра, возможно, таким же седым, как и я, который приезжает за деньгами. Главбух запомнила, как главный экономист выдавала мне деньги из сейфа без вопросов, и она подумала, что я и есть тот самый чиновник, который приезжает за деньгами, и тоже без колебаний достала мне приличную сумму. Вероятно, она решила, что раз экономистка даёт деньги из секретного сейфа, то и ей можно. Наверное, так положено, и надо дать. Её недавно назначили на эту должность, и она ещё не всех знала в лицо и часто путала. Я даже сам не знаю, как её зовут.
   Мне стало стыдно. Захотелось провалиться под землю или убежать на улицу. «Скажу, что я не тот человек, за которого она меня принимает, – подумал я. – А может, забрать деньги и мотнуть в Дубай? – мелькнула мысль. – Отдохну там, искупаюсь в море, полежу под пальмами. Блин, если бы я знал – взял бы чемодан!»
   – Распишитесь, – сказала она, вернув меня из моих романтических грёз в реальность, и подала какие-то документы.
   Я глянул, а там какие-то схемы, таблицы и фамилия прокурора. У меня ещё сильнее зазвенело в ушах. Мне стало стыдно за неё, что она лоханулась, и решил побыстрее уйти отсюда. Отогнав мысли о побеге за границу, я решил отказаться от денег. Ну что я буду убегать из родного дома? Нет! Здесь везде видеокамеры. Не надо питать иллюзий. Найдут! Скажут, что отдали деньги какому-то спортсмену, и ко мне уже после обеда приедут менты.
   – Что вы мнётесь? – поторопила она меня и подала пустой пакет.
   – Я не могу. Деньги не надо.
   – Как не надо? – вытаращила она на меня свои большие серые глаза. А мне неудобно стало, как-то не по себе. От миллиона отказываюсь, где это видано!
   – Я не знаю. Я по другому вопросу приходил. Я из другой организации. Я пойду...
   Она слушала меня с открытым ртом и тут только поняла, что лоханулась и чуть не отдала деньги неизвестно кому. Лицо её побелело, она быстро обхватила деньги руками, как будто я собирался отобрать их, и сгребла со стола себе на подол, а я быстро ретировался. «Во, блин, пришёл за тремя тысячами рублей, а чуть не ушёл с миллионом!» – подумал я, спускаясь по ступенькам. К главе я передумал заходить, так как был в состоянии шока, и сразу поехал на тренировку. Зато вечером, когда я вернулся домой, у меня на душе было легко и спокойно.