Глава 6. Есть в кувшине виски!

Вчера Блэкуоттер решил натянуть тетиву лука до предела и со свистом выпустить стрелу. А сегодня он вновь слушал гамлетовские проповеди Шарпа и улыбался, держа под столом средний палец, поднятым вверх.

Алан же по заранее намеченному сценарию продолжал выговаривать про умственные способности Тони, про его полную безбашенность, в тысячный раз и в разных вариациях повторяя «на кой чёрт тебе это сдалось» и подкрепляя крепкими идиомами из серии «чудак-человек».

Тем не менее, он принял приглашение посидеть и выпить в пабе.

– Дружище, ты поможешь мне попасть на церемонию прощания с мистером Доулингом? – сделал отвлекающий манёвр Тони.
– Тони, ты псих, как и твой покойный клиент! Откуда ты узнал о дате поминок? Ах да, коронер как-то пронюхал.
– Оцени, что обращаюсь к тебе заранее, как ты и просил. До четвёртого июня целых три дня. Пристрой в обслугу. Я готов воду разносить гостям.
– Да уж, виски и вино тебе доверять нельзя, – саркастически заметил Алан.
– Ну?
– Послушай старого друга и шпиона, не суй свой нос, куда тебя не просто не просят, а строго-настрого приказали забыть дорогу.
– Я и не буду. Только вставлю свой старый башмак в дверной проём.
– Неужели так сложно принять как данность, что следствие завершилось? Тебе за что, в конце концов, заплатили? Ты внимательно читал свой отказ? Какие санкции в нём за нарушение договорённостей? У тебя есть такие деньги? Ты, вообще, на что рассчитываешь? Надеешься, что вдова расчувствуется над гробом и вернёт тебе доверенность? Ты полный кретин! Тебя же могут узнать!
– Кто? Меня там никто, кроме Эллис, не знает в лицо. Я готов даже сбрить усы.
– И перекрасить волосы. Или их тоже наголо? Я же знаю тебя, ты не утерпишь и подойдёшь к ней. А если она пригласила доктора из Монтрё, и он приедет? Чёрт знает зачем, но припрётся и увидит твой лысый и пустой череп! Скажи, ради чего?
– Хочется увидеть, как «Лейкерс МакКинли» обставит проводы в последний путь своего любимого Председателя.
– И всё ради глупого любопытства? Мальчишка! Девяносто девять процентов и девять десятых, что тело сожгли в печи. За то время, что прошло после смерти Доулинга, там смотреть не на что. Медузы на пляже выглядят посимпатичнее. Но, главное, и ты сам знаешь, условие о кремации наверняка включили в соглашение с вдовой, чтобы ни у кого не было ни малейшего соблазна требовать эксгумации и повторной аутопсии. Мои аргументы иссякли. Я говорю тебе «нет».

Блэкуоттер прекрасно понимал бесполезность своей затеи. Но он намеренно дразнил и утомлял Алана, чтобы после четвёртой или пятой пинты перейти в наступление в главном направлении. А под ирландский виски уже обсудить детали операции. Тони обернулся к бару. Бармен был закрыт завсегдатаями, рассевшимися за стойкой. Пришлось вставать и топать за пивом. Вернувшись, Блэкуоттер поставил на стол две кружки «Гиннесса» и продолжил пытать приятеля.

– Алан, ты кругом прав, старина! Я конченный идиот. Мне нельзя доверить замену лампочки – сяду на неё задницей. Но послушай, у меня за всю карьеру в «Скотленд-Ярде» не было подобных дел. Помоги. Ты же обещал развеять мою тоску.
– Славы захотелось? Не поздновато? Там… – Алан поднял указательный палец вверх. – Там уже включили обратный отсчёт. И святой Пётр очень разозлится, когда узнает, что ты не ценишь тихую пенсию. Сколько раз, Тони, тебя могли пристрелить или зарезать? А он отводил от тебя бандитские пули и ножи. Ты же заговорённый. Мина-растяжка посекла тебя в решето! Напарник, шедший за тобой, получил осколок точнехонько в глаз и сидит теперь на небесах в бесплатном баре для ветеранов, а ты остался в живых. И сейчас можешь счастливо напиваться с другом! Неблагодарная свинья, скажет Господь. Накручивать тебе, Тони, адский марафон босиком по горящим углям – сколько кругов, не знаю!
– Брось, никто убивать меня не будет. Они не конченные уголовники, а чистоплюи, которые побоятся ручки замарать. А если подошлют Си Фанга, я буду готов и попрошу его спеть…

«У одинокой тюремной стены
Я услышал плач молодой девчонки,
Майкл, тебя засадили за кукурузы початок,
Рассвет ты увидишь с тюремного корабля,
Что стоит в бухте и ждёт тебя,
А что мне передать моей маме?..» 

– Давай, подпевай мне! – Тони тряхнул приятеля за плечо. – Песенка под стать моему делу. Я расскажу святому Петру свою версию, и пусть он мне скажет, прав я или нет. Ему-то всё должно быть доподлинно известно.
– Ты не спеши на небеса проверять свою бредовую идею. Давай лучше споём «Есть в кувшине виски»  . Как там начало?

«Вмажь моему папаше! О!
Вмажь моему папаше! О!
В кувшине есть виски! О!
О! Быть пьяным и уставшим!..
В кувшине есть виски!
Да, виски, эй, виски!»

Алан и Тони, обнявшись, нестройными хмельными голосами выводили слова песни. Никто внимания особо на них не обращал. Кроме бармена, который поставил перед ними два двойных «Бушмиллз», уловив ирландские напевы и понимая, что требуется в настоящий момент этим двум мужчинам.

– Набрались… добрались-таки до «котла», – произнёс Алан, опуская стопку с виски в пиво. – Как ты и хотел.
– Я хочу, чтобы ты устроил меня в «Лейкерс МакКинли». Ты мне обещал! – Тони смотрел на друга. – Помнишь?
– Я? Тебе? Дай папаше в морду, если я брошу друга в адово пекло своими руками! Ни за что! За настоящую мужскую дружбу! – говорил поддавший Шарп.
– Выпьем, если я получу контракт по твоей протекции! Готов поделиться бонусом! Я не представляю, как ты пропихнёшь меня, отставного копа, в офис к наряженным в костюмы и белые рубашечки юристам. У меня и галстука-то нет. Воображаю, как зажужжит этот улей, если узнает, кто и с какой целью к ним проник.
– Тони, ты сам дьявол! Отстань!
– Черти, Алан, не отстают! Это сказано в Библии. Читал?

Тони несмотря на то, что тоже сильно захмелел, хотел довести дело до конца и получить разъяснения, как проникнуть в офис на Нью-Бридж стрит, 10. В конце концов, в третьем… или – Блэкуоттер сбился со счёта в каком раунде виски, заполированного тут же «Гиннессом», Шарп сдался. Но Алан потребовал новой встречи на трезвую голову, надеясь, что Тони передумает. Блэкуоттер и сам сильно сомневался в себе. Вот если бы Мартини сумел бы вызвать Си Фанга в «Шато Бальмонт». Пьяные мысли скакали и путались в голове, ускользали от её хозяина, потом выглядывали из тёмных закоулков и показывали ему язык, как бы говоря «дурацкая версия, но для тебя, идиота, то, что надо». Выглядел Блэкуоттер именно так, как хотел, чтобы его увидел Шарп.

Но главное, Тони никак не мог дать честный ответ на вопрос «Зачем?», но был счастлив, что хотя бы задал его. Сколько раз он спрашивал себя об этом? Когда в конце расследования зачастую выходило, что статус-кво, вдруг возникший после совершения преступления, всех устраивает. Получалось, что так все в тайне и желали. Но единственно возможным способом достижения желаемого равновесия почему-то оказывался криминальный.

Но в деле Пола Доулинга Блэкуоттер даже в пьяном угаре не мог в действиях вовлечённых людей точно указать на уголовные признаки. Каждый действовал как бы в своей абсолютно законной парадигме. Одна, «Персона А», под влиянием СМИ и общественного мнения притащила за уши неудавшегося – какая ирония! – пожилого любовника и уложила его под гильотину. Другие, члены трибунала, нисколько не сомневаясь в своей правоте вынесли обвинительный вердикт, не будучи при этом государственным судом, не приняв во внимание ни одного аргумента обвиняемого, поправ святая святых уголовного права – срок исковой давности, по отношению не к убийству или изнасилованию, а к поцелую семилетней тухлости без следов ДНК. А все остальные, общество и коллеги Олда, громко аплодировали, глядя на катающуюся по эшафоту отрубленную голову.
 
Опасность теперь исходила не обществу от индивидуума, а наоборот: от общества личности. Блэкуоттер не единожды прокручивал данный тезис, пытаясь понять, насколько ему самому следует опасаться… Чего и кого? Тони выписал на листок фамилии фигурантов.

«Мистер Пол Доулинг – мёртв и не опасен;
Миссис Эллис Доулинг – жива и не опасна;
Гарри Олд – жив и больше не опасен;
Исполком – кто организовал лечение Пола? Не один же Дэйвид Литтл!
Персона А – кто она?
Персона С – кто и где он(а)?
Си Фанг – кто его нанял? Связь может быть через Гонконг. А там кто конкретно?».

Блэкуоттер подсунул список Шарпу.

– Что скажешь?
– Отстань от массажиста, сумасшедший!
– Он оперный певец с уникальными данными!
– Когда ты стал интересоваться высоким искусством?
– Вот благодаря этому делу, не промахнусь и с десяти шагов узнаю Караваджо. Не даю спать соседке и раскачиваю её люстру, слушая кантонское пение.
– Я и говорю, крыша у тебя съехала. Си Фанг бесполезен. Ни один эксперт не поверит, что голосом можно вызвать отрыв тромба и инфаркт.
– Ты прав, но приезд Си Фанга… – сделал паузу Тони. – Однозначно вызовет переполох в «Лейкерс МакКинли» и спровоцирует их на какие-нибудь неадекватные действия. Из которых может выстроиться интересная цепочка событий, и я, возможно, получу улики.
– Пока неадекватным выглядит твоё поведение. Не хочешь ли ты предложить миссис Доулинг пригласить певца на мемориал, коль скоро он провёл последние месяцы с Полом и пел ему? – дошло до Шарпа. – Желаешь лицезреть, как кто-то грохнется в обморок во время его арии? Любой следователь скажет, что бедняга расчувствовался от безвременной утраты любимого босса, наверное, выпил, как водится, ну и стало ему плохо. На поминках, скажет тебе инспектор, всегда кому-нибудь бывает хреново. А что ты ему в ответ? Нота «ля» зашкалила за пятую октаву, а потом нота «до» слишком низко долбанула, и, как назло, прямо в пах? И как тут не свалиться мешком с попкорном?
– Точно ухватил мою мысль! Но как заставить Эллис сделать это? Хватит ли у неё сил пробить стену Исполкома? Кроме того, она утверждала, что не знакома с Си Фангом. То есть его приезд зависит исключительно от «Лейкерс МакКинли». Замкнутый круг, который не разорвать.
– Поэтому и отвяжись от них! Пора заканчивать наш ирландский праздник. Спасибо за угощение, – Шарп достал кредитку.
– Нет-нет! Сегодня за мой счёт и…
– Умоляю не завтра! Годы уже не те, чтобы горланить твои песни два дня подряд. Заодно хорошенько поразмыслишь.

По интонации Алана Блэкуоттер понял, что перехитрил его, и тот устроит его в фирму. Теперь, получая зарплату, Тони сможет финансировать свою операцию. Детектив убедительно сыграл выпивоху, продолжал бредить идеей-фикс об убийце певце, поддерживая иллюзии у Шарпа.

На самом деле у Тони начался вырисовываться совершенно иной сценарий предстоящей миссии. Действительно, Си Фанг – красивый, но театральный ход. А главное, затягивающий расследование. Попробуй найди певца теперь. Да и сидя в Лондоне, сложно будет дотянуться до Гонконга. Свои истинные намерения Блэкуоттер держал теперь при себе. Потому что результат, если он, конечно, будет, станет для фирмы и всех вокруг сюрпризом, настоящей бомбой. Её тикания никто не должен слышать, даже Алан и его всемогущая спецслужба. Детектив определил тех, кто ему нужен. В первую очередь, «Персона С». А к ней можно подобраться через Гарри Олда, если удастся его заставить поменять позицию, или через «Персону А» и журналистку, слившую информацию в «Сан». Вот, кого Блэкуоттер намеренно не включил в свой список, который он показывал Шарпу. Агенту МИ-5 следует быть уверенным, что целями Блэкуоттера остаются миссис Доулинг и Си Фанг.

Но оставался не ясным один момент. Сам Алан до сих пор не раскрыл задачу, стоящую за внедрением детектива в юрфирму. Зачем МИ-5 понадобился Блэкуоттер в офисе на Нью-Бридж стрит?