Вопреки всему и всем - Глава 5

              Глава 5. Что там впереди?

                (1979 год)
«Я сплю, я всего лишь сплю, и мне все это снится» — шептала пересохшими губами маленькая девочка в медицинском изоляторе. Над ней склонился тот самый подросток, что силой вытащил ее из милицейского «Бобика», и хромой на одну ногу доктор скользкого вида.
— Что она там бормочет, Вова? — раздраженным голосом спросил мальчика врач.
— Да черт ее знает? Не могу разобрать, — ответил парень, приближая ухо к губам ребенка. — Наверное, слишком много вы укололи того лекарства.
— Ты давай тут не умничай, а сбегай за Федоровной. Пусть придет и побреет ее, пока она без сознания, потому как, чувствую я, с ней проблем еще не оберешься, — все тем же недовольным тоном бросил доктор.
Вова выскочил из изолятора как пуля и через несколько минут вернулся с Ольгой Федоровной. Та была высокой и статной женщиной средних лет. Она была одета в строгий черный костюм, подчеркивавший ее властную натуру. Ее волосы были черными и гладко зачесанными назад. Лицо учительницы казалось суровым и неприветливым, а глаза оставались холодными, абсолютно безразличными. Она презрительно посмотрела на девочку, словно на нечто грязное и недостойное.
— Игорь Николаевич, вы же знаете, что сейчас у меня урок труда. Неужели этот заморыш не подождет?
— Голубушка моя, не раздражайтесь, это не стоит ваших нервов, пожалуйста. Но вы же знаете, что Вера Сергеевна не очень любит ждать. Лишь поэтому я осмелился вас потревожить, — притворно любезным тоном ответил специалист.
Его внезапно вспотевший лоб четко указывал на то, что эту женщину он явно побаивался. И было за что. Он никогда не забудет тот день, когда она поймала его с поличным...
Как опытный шпион, Ольга Федоровна начала выведывать у детей, что делает во время их купания Игорь Николаевич. Но единственным ответом был глухой страх в глазах воспитанниц. Хотя странные слухи о докторе ранее до нее уже доносились. И в очередной раз, когда младшие классы пошли мыться, она пришла в душевую и резко распахнула двери. Игорь Николаевич, застигнутый врасплох, стоял посреди помещения, и его руки лежали на плечах маленькой испуганной девочки. Ольга Федоровна в ужасе отшатнулась.
«Что вы делаете?!» — закричала она. 
Игорь Николаевич, смертельно побледнев, отпустил ребенка и отвернулся.
«Я... я ничего», — пробормотал он. 
Но Ольга Федоровна уже все видела. Она поймала извращенца на горячем. С тех пор она его безжалостно шантажировала. Сколько раз у него возникало дикое желание удушить ее, но увы — в глубине души он оставался всего лишь трусливым подонком. И он это прекрасно понимал. Всю жизнь ему приходилось скрывать свои порочные наклонности и несколько раз менять место работы.
Игорь Николаевич сжал кулаки до хруста. Его лицо багровело от скрываемого гнева. Он отчетливо сознавал, что если Ольга Федоровна проговорится о его извращениях, его мгновенно вышвырнут из детского дома, конечно же, без лишней огласки. Скандал никому не нужен, особенно директору интерната. Ольга Федоровна это тоже отлично понимала, а потому без зазрения совести использовала медика каждый раз, когда ей требовались какие-либо дефицитные лекарства. Он ненавидел, когда им помыкали, но деваться было некуда. Приходилось стискивать зубы и помалкивать. 
Саму Ольгу Федоровну совершенно не волновала его реакция.
«Вы, уважаемый Игорь Николаевич, не обижайтесь, — насмешливо промурлыкала она, цинично ухмыляясь. — За службу, как говорится, службой платят». 
И доктору ничего не оставалось, кроме как проглотить горькую обиду. Он находился в полной зависимости от этой надменной женщины, державшей его на коротком поводке...
Ольга Федоровна, проигнорировав его фальшивый тон, обернулась к Вове.
— Посади ее на стул, — приказала она.
Подросток, бледный и дрожащий, подскочил к кушетке и, подхватив на руки безвольно обмякшее тело сироты, кое-как усадил ее.
— Держи ее, идиот! — сердито рявкнула учительница.
Вова с мольбой посмотрел на доктора, надеясь на защиту, но тот, отвернувшись, лишь поплелся к шкафу. Достав из него машинку для стрижки и ножницы, он протянул инструменты Ольге Федоровне.
— А волосы у нее длинные, — самодовольно улыбаясь, заявила она. — И какие красивые. И цветом на мои похожи. О чудо, и даже вшей нет! — радостно воскликнула женщина, внимательно осмотрев пряди. — Пожалуй, я отнесу их Марии Викторовне, пусть сделает мне из них новый шиньон.
И, взяв в руку толстую косу ребенка, она безжалостно отрезала ее у самого основания. Аккуратно уложив срезанные волосы на кушетку, она принялась наголо брить маленькую беззащитную головку.
— Ну, готово, — с отвращением бросила Ольга Федоровна, отложив машинку. — Вы хотя бы знаете, как ее зовут? — обратилась она к притихшему врачу.
— У нее странное имя, — пробормотал он, листая папку. — Совсем не русское. Лоренция Альбертовна Бенетти.
— Да, действительно странное. Приведите ее в чувство, — строго приказала она, выходя из изолятора.
Врач кивнул и, подойдя к девочке, похлопал ее по щекам...

                (1997 год)
— Госпожа Лоренция, очнитесь! — все яснее звучал незнакомый голос. — Слышите меня? Попробуйте открыть глаза.
Лоренция, вздрогнув, слабо приоткрыла веки и, увидев над собой чужое лицо, испуганно отпрянула.
— Где я? — спросила она хриплым от волнения голосом.
— Не беспокойтесь, вы в безопасности, — ответил незнакомец, глядя на нее проницательными голубыми глазами.
Она лежала в небольшой прохладной комнате. Стены, покрытые венецианской штукатуркой, мягко мерцали в свете хрустальной люстры, отбрасывая причудливые блики. Белый диван, на котором она очнулась, был мягким и удобным. На стенах висели картины известных художников, на полу лежали дорогие ковры, а на столе высилась ваза с фруктами. В воздухе витал тонкий аромат изысканного парфюма, свежего кофе и цветов. С улицы глухо доносился шум проезжающих машин, но в самом помещении было тихо и спокойно. Лишь размеренное тиканье часов нарушало это безмолвие. Рядом, обеспокоенно склонившись, стоял мужчина.
Лоренция нахмурилась, отчаянно пытаясь вспомнить, кто он такой.
«Где я его видела?» — промелькнуло в ее мыслях.
Вдруг ее осенило.
«Это же он!» — с ужасом осознала она, узнав в незнакомце человека из лифта.
Лоренция резко отодвинулась, сердце бешено заколотилось в груди. Мужчина, не обращая внимания на ее испуг, спокойно протянул руку.
— Не бойтесь, госпожа Лоренция, — сказал он мягким, но властным тоном. — Я здесь, чтобы помочь вам.
— Помочь мне? — переспросила она, дрожа всем телом. — Но как? И кто вы вообще такой?
Собеседник едва заметно улыбнулся.
— Я — тот, кто может вас защитить. Тот, кто способен остановить его.
— Его? — Лоренция решительно не понимала, о ком идет речь.
— Того, кто вас преследует, — ответил мужчина. — Того, кто хочет навсегда от вас избавиться и отобрать у вас сына.
Лоренция мгновенно похолодела.
— Вы знаете о нем?
— Да, — кивнул незнакомец. — Я знаю о нем абсолютно все.
— И вы можете меня защитить?
— Могу, — уверенно отрезал он. — Но для этого вы должны мне доверять.
Лоренция колебалась. Она не знала, кому верить в этом безумном мире. Но в глубине его глаз она прочитала искренность и силу.
— Хорошо, — прошептала она. — Что вы мне укололи? Зачем вы это сделали? И где сейчас мой сын?
Мужчина вновь улыбнулся.
— Пришлось прибегнуть к снотворному, чтобы вы не препятствовали. Домой вам ехать было небезопасно, а времени на пустые разговоры не оставалось. Ваш сын в надежных руках, и я вас к нему сейчас же отведу, — он протянул ей ладонь, не переставая доброжелательно улыбаться. — Пойдемте со мной.
Лоренция нерешительно приняла его руку. Неизвестность пугала, но страх за свою жизнь и безопасность ребенка был сильнее.
Куда он ее вел? Что ждет впереди? Она не имела понятия, но отчего-то верила, что этот человек не врет. Где-то в глубине души зрело подсознательное доверие к нему. Точно такое же чувство она испытала к той женщине, которая полтора года назад подобрала ее с младенцем на вокзале, когда она в никуда бежала от своего мужа-тирана...
Они вышли из здания и сели в припаркованный у подъезда черный автомобиль. Машина плавно тронулась, увозя Лоренцию в полную безвестность.
В салоне царило молчание. Лоренция украдкой разглядывала своего спутника. Его лицо оставалось непроницаемым, но во взгляде читалась железная решимость.
— Куда мы едем? — наконец прервала тишину она.
— В безопасное место, — ответил он, не отрывая глаз от дороги.
— А что потом?

....продолжение следует.... 
http://proza.ru/2024/08/15/1483