Азбука жизни Глава 3 Часть 244 Сдержанность
— Диана в общей гостиной, а ты в кабинете.
— Дедуля не дает скучать, любя свою внученьку. Но согласись, что эту работу никто не сделает, кроме тебя.
— Когда-то твой папочка, Головин, улыбался надо мной, но вот под давлением ученицы Ксении Евгеньевны, которая была у нас заведующей кафедры математики, мы с Тиночкой Воронцовой стали заниматься и на экономическом параллельно, он согласился с моей будущей специальностью инженера-механика. Но твоё прекрасное знание математики и помогло. Что смеёшься?
— Я, Серёжа, ещё успевала заниматься вокалом и не прекращала играть на инструменте.
— И как ребята принимали. Как не приеду в Санкт-Петербург, у тебя на Адмиралтейской видел однокурсников.
— И Денис с родителями постоянно жил у меня в квартире, хотя рядом была бабушка.
— Поэтому и поступил без сомнений в консерваторию.
— А сейчас в Порту готовится поступать в университет.
— Хорошим примером служишь с Эдуардом.
— Соколов всегда, Серёжа, как и вы, учился отлично в школе. И время заставило.
— Но он активное участие принимает в наших проектах. Толковый не только в музыке.
Я смотрю на Головина, и невольно пролетает вся жизнь. Как же время стремительно.
— О чём подумала сейчас? Странные и незнакомые эмоции проскользнули. Сколько бы ни работала, возраст тебя не касается.
— Посмотри на свою мамочку, как и мою, я уже не говорю о своей Ксюше. Ей больше пятидесяти лет не дашь. Востребована все годы. Всегда среди молодежи. Одевается современно. Студентки завидуют, наверное, её нарядам. У тебя ничего в концертном гардеробе нет лишнего. Научила и своего дизайнера подбирать соответствующие наряды.
— Диана знает, что я не люблю лишнего. Поэтому, покупая новые костюмы, отдаю своим девочкам и их деткам, как и бабуле.
— Да, Мариночка одевается сама.
— Но она меньше ростом, чем я с Ксенией Евгеньевной.
— Ты с ней ближе.
— Если кто не знал, принимали бабулю за маму, а Мариночка была старшей сестричкой для меня, поэтому и старалась называть по имени, продляя их молодость.
Расчёты все сделала, так хочется спать, но Дианочка в ожидании, ей не терпится, когда мы с Головиным появимся в общей гостиной.
— А ты всё же сдержанность не утратила.
Догадываюсь, почему об этом Головин вспомнил. Я с детства возле вас воспитала сдержанность. Но иногда «эмоции захлестывают», как кажется окружающим, а идёт обычный эксперимент, но это от меня не зависит. По этой причине и не терплю эмоций, часто их удаляя.
Свидетельство о публикации №224031300102