В логове абвера

Заканчивая совещание, командующий 2-м Прибалтийским фронтом маршал Говоров обратился к начальнику штаба фронта генерал-полковнику Сандалову:
– А что, Леонид Михайлович, не пора ли нам нашу разведшколу перевести поближе к линии фронта? Здесь у курсантов практики будет больше, да и на крыло им легче встать. Как считаешь?
– Так точно, Леонид Александрович! Давно пора. Время сейчас дорого, а отсюда курсанты смогут быстрее уходить за линию фронта и возвращаться обратно. Да и на отдых у них будет больше времени. Уверен, с курляндской группировкой немцев нам придется возиться долго.
– Да уж, – крякнул командующий. – Группа армий «Север», насколько я понимаю, сдаваться не собирается. Так ты уж займись этим вопросом и держи меня в курсе. Если понадобится помощь — сразу обращайся.
– Слушаюсь, товарищ командующий!
Так разведшколу передислоцировали в город Елгаву, занятый войсками 1-го Прибалтийского фронта летом 1944 года в ходе Шяуляйской операции.
Уже через три дня после прибытия на новое место начальник разведшколы майор Иванов вызвал к себе курсантов Денисова и Сулиму.
– Товарищи курсанты, – сурово начал он, – завтра у вас первый самостоятельный разведывательный выход. Задача – проникнуть на пятнадцать километров в глубину территории, занятой противником, и вернуться обратно. Если по пути обнаружите что-нибудь заслуживающее внимания, постарайтесь разведать. Но на рожон не лезьте. Вся Курляндия переполнена немецкими войсками, частями Латышского легиона СС и батальонами местной полиции.
– Товарищ майор, – начал было курсант Сулима, но начальник школы тут же перебил его:
– Отставить! Опыта у вас пока никакого, вы только учитесь. И не думайте, что задание простое. Уже то, что вы сумеете вернуться оттуда, будет успехом. Населения, которое сочувствует нам, здесь немного. Партизан, насколько нам известно, пока вообще нет. Поэтому ни с кем в контакт не вступать, только наблюдать! Задание понятно?
– Понятно. Только ведь не зря говорится, что риск — отец разведки!
– А осторожность – ее мать, – невозмутимо отозвался майор Иванов. – Старший группы – курсант Денисов. Рацию с собой не брать. На выполнение задания даю вам трое суток. Вопросы есть? Маршрут согласуйте с капитаном Завьяловым. Всё, можете идти.
– Слушаемся! – одновременно выпалили курсанты.
Они четко повернулись через левое плечо и вышли из кабинета.
Хотя немцев на пути следования разведчиков действительно оказалось более чем достаточно, это не помешало Денисову и Сулиме выполнить главную задачу – незамеченными проникнуть на пятнадцать километров в глубину вражеской обороны. Если быть точными, им удалось пройти даже восемнадцать километров.
– Ну что, – сделав несколько глотков из фляги, спросил Сулима, – возвращаемся?
– Да, – нехотя ответил Денисов. – Только предлагаю пойти другой дорогой, не той, которой мы сюда добирались.
– Можно. В какую сторону сделаем крюк?
Денисов достал «слепую» контурную карту, расстелил её на большом пне и принялся внимательно изучать.
– Насколько я понимаю, наши войска ближе с востока. Поэтому отклонимся западнее. Посмотрим, что там.
Примерно через три километра разведчики услышали шум и немецкую речь.
– Тихо, – приложил палец к губам Денисов. – Осторожно, за мной!
Курсанты медленно двинулись в сторону, откуда доносились голоса. Вскоре они добрались до трех рядов колючей проволоки, окружавших какую-то воинскую часть вермахта.
– Низко здесь, почти ничего не видно, – пожаловался Сулима. – Может, на дерево забраться?
– И то дело, – согласился Денисов.
Они осторожно поднялись на две растущие рядом кудрявые сосны с густыми кронами. Устроившись в развилке трех толстых ветвей, Денисов принялся осматривать территорию части.
– Странно, однако, – первым заметил Сулима. – Ты не находишь?
– Что именно тебе показалось странным?
– Ну, посуди сам. Танков не видно совсем. Ни одного.
– Не видно, – согласился Денисов.
– Артиллерии тоже нет.
– Нет, – эхом повторил Денисов.
– Складов никаких не заметно. Причалов, кораблей тоже не наблюдается.
– Не наблюдается. И что?
– А охраняется объект очень хорошо. Вот я и спрашиваю: что они здесь такого ценного охраняют?
Денисов еще раз внимательно осмотрел военный городок. Аккуратные домики окружены контрольно-следовыми полосами. Незаметно подойти к любому из них практически невозможно. Во всяком случае, днем точно не стоило и пытаться.
Денисов задумался.
– Нам приказали пройти вглубь территории, занятой немцами, на пятнадцать километров и вернуться, – напомнил он.
– Но, если увидим что-нибудь заслуживающее внимания, можем разведать, – возразил Сулима.
– Именно так, – улыбнулся Денисов. – Значит, разведаем. Днём соваться туда бессмысленно: вся территория просматривается с наблюдательных вышек. А на них пулемёты.
– И прожекторы. Хорошо хоть собак не видно и не слышно.
Денисов прильнул к биноклю и снова принялся изучать военный городок. Что же здесь такого ценного или секретного, что немцы выставили столь серьезную охрану?
–Патруль, – негромко предупредил Сулима.
Денисов проследил за взглядом товарища. Снаружи, вдоль колючей проволоки, с севера на юг двигались трое немецких автоматчиков. Незаметно спрыгнуть с деревьев и отползти в кусты уже не получилось бы. Курсанты прижались к стволам сосен и замерли.
Патруль прошел мимо, так и не заметив разведчиков.
Денисов снова поднял бинокль. В этот момент через ворота в часть въехал грузовик.
Воспользовавшись тем, что внимание немцев на некоторое время переключилось на прибывшую машину, разведчики спрыгнули с деревьев и осторожно отползли подальше от проволоки.
– Похоже, без языка мы ничего не узнаем, – произнес Денисов.
– А ты по-немецки говоришь? – удивился Сулима.
– К сожалению, нет.
– И я не говорю. А вот доставить пленного к своим, боюсь, будет непросто.
– Давай отойдем подальше, приготовим что-нибудь горячее, чайку попьем. До вечера еще уйма времени.
– Горяченького – это хорошо. А то что-то похолодало.
Курсанты нашли глубокий овраг, собрали сухой хворост и развели небольшой костер, стараясь, чтобы он не давал дыма. Разогрели гороховую кашу с мясом из пайка, вскипятили воду и попили чаю с повидлом и галетами.
– Хорошо согреться изнутри, – довольно улыбнулся Сулима. – Теперь можно и подремать немного. Давай по очереди?
– Нет, ты спи. Мне почему-то совсем не хочется. Спи, дружище, я подежурю. Честное слово, совсем не хочу спать. Если почувствую, что меня клонит, разбужу тебя.
– Обещаешь?
– Обещаю. Спи, не теряй время.
Сулима постелил на сосновый лапник плащ-палатку и улегся, укрывшись плащ-палаткой товарища.
Проснулся он глубокой ночью. Выспавшись, Сулима почувствовал, что немного замерз. Денисов сидит неподалеку и что-то сосредоточенно чертит палкой на земле.
– Как? Ты так и не спал? – удивился Сулима.
– Нет. Но я действительно не хочу спать.
– Ну ты даешь! Как считаешь, нам не пора выдвигаться?
– Можем не спеша отправляться. Знаешь, я думаю, что вещмешки, плащ-палатки и автоматы лучше оставить здесь.
– Идти без оружия? – удивился Сулима.
– Не совсем. У нас есть пистолеты, ножи и гранаты. Думаю, этого хватит. Если придется вступить в бой с немцами, возьмем автоматы у них, – решительно ответил Денисов.
Сулима спорить не стал. Курсанты сложили вещмешки, автоматы и боеприпасы, накрыли все плащ-палатками и замаскировали сухой травой.
Осторожно приблизившись к рядам колючей проволоки, они проделали в них проходы. Перед ними оказалась первая контрольно-следовая полоса. Тщательно заметая следы еловым лапником, разведчики проникли на территорию части.
– Вон недостроенный дом, – показал рукой Денисов. – Давай зайдем туда и через окна осмотрим ту часть городка, которую отсюда не видно.
Сулима молча кивнул. Однако, едва они завернули за угол здания, как неожиданно столкнулись с двумя немцами. Все на долю секунды замерли. Затем Сулима выхватил разведывательный нож и бросился на противника, стоявшего дальше, чтобы дать Денисову время опомниться.
Сулима быстро справился со своим противником и повернулся к товарищу. То, что он увидел, поразило его. Денисов так и не успел вытащить нож. Он стоял, словно окаменев, и смотрел на второго немца. Тот, в свою очередь, не сводил с него глаз.
– Знакомься, дружище, – охрипшим голосом произнес Денисов, обращаясь к Сулиме. – Это мой родной брат Антон.
– Как брат? – изумился Сулима. – Ты ведь никогда о нем не рассказывал!
– Я считал его погибшим. Хотя в извещении говорилось, что он пропал без вести. Антоха, как ты здесь оказался?
– Да так... В плен попал раненым. Потом согласился сотрудничать с немцами. Это их разведшкола. Здесь готовят таких перебежчиков, как я, добровольцев из латышей и уголовников.
– И школа находится так близко к линии фронта?
– Просто не успели перевести ее куда-нибудь подальше. Но собираются сделать это в самое ближайшее время. Вон те дома – казармы для курсантов. То здание – офицерское общежитие, там живут инструкторы. Вон тот дом – штаб школы. А в тех домах размещается рота охраны. Это столовая.
Денисов нахмурился.
– Ты попал в плен в сорок первом, а сейчас уже сорок пятый.
– Я воевал в РОА.
– Так ты власовец! – задохнулся от ярости Денисов.
Антон ничего не ответил. В следующее мгновение он выхватил нож и ударил родного брата прямо в сердце.
Сулима не успел даже крикнуть. Действуя почти машинально, он метнул свой нож. Тот вошёл предателю прямо в левый глаз. Антон рухнул на мертвое тело брата.
– Курсант «Жгут!» Курсант «Яр!» Где вы? – донесся откуда-то окрик на ломаном русском языке.
– Быстро же они вас хватились, – сплюнул Сулима.
Он не стал переворачивать тело власовца, чтобы забрать свой нож, а просто вытащил из ножен нож Денисова. К зданию приближались торопливые шаги.
– Курсант «Жгут!» Курсант «Яр!» Отзовитесь!
Сулима бросился в недостроенный дом и взбежал на третий этаж.
– Гер майор, они здесь! Оба мертвы! О, с ними русский разведчик!
– Обыскать все вокруг! Тревога!
Завыла сирена. По территории разведшколы заметались лучи прожекторов. Из казарм стали выбегать солдаты роты охраны и курсанты.
Не дожидаясь, пока немцы поднимутся на третий этаж, Сулима выбрался через балкон на крышу, а оттуда перебрался на ближайшую сосну. С нее он осторожно перешел на другую – более старую, с густой кроной, и затаился.
Тем временем немцы обыскали весь городок.
– Ну что там? – с нетерпением спросил начальник школы.
– Господин майор, похоже, русский был один.
– Обоснуйте.
– Никаких следов пребывания здесь еще хотя бы одного человека нет. У убитых ничего не пропало. Судя по всему, он пришел один. И еще, господин майор, посмотрите на него и на курсанта Яра.
– И что я должен увидеть?
– Практически одно лицо. Не удивлюсь, если они родные братья. Таких совпадений не бывает.
– Пожалуй, вы правы. Но что это нам дает? Гауптман Майер, с рассветом обыщите территорию за пределами школы. Можете использовать не только солдат, но и курсантов.
– Слушаюсь!
Рассвело довольно быстро. Немцы организованно вышли за пределы школы, чтобы осмотреть прилегающую территорию. К этому времени они уже обнаружили места, где в колючей проволоке были проделаны проходы. Именно там и сосредоточили поиски.
Вскоре немцы нашли тайник с вещами и оружием Денисова и Сулимы. Только сам Сулима об этом еще не знает.
Воспользовавшись отсутствием роты охраны и курсантов разведшколы, он перебрался по верхушкам близко растущих деревьев подальше от недостроенного здания. Курсант невольно порадовался, что оставил автомат и вещмешок: с таким грузом лазать по деревьям было бы куда труднее.
Вскоре прямо под ним оказался какой-то странный дом. Сверху разведчик так и не смог понять, что это за строение. Тем более что часть крыши прикрыта маскировочными сетями.
Через некоторое время к дому подъехал грузовик. Из здания стали выносить продукты и грузить их в кузов. Когда машина отъехала, из двери вышел начальник продовольственного склада обер-фельдфебель Вебер. Насвистывая какую-то мелодию, он понес несколько картонных коробок к ступенькам, ведущим вниз.
Сулима решил, что ждать больше нельзя. Зажав в руках несколько веток, он осторожно спустился и, отпустив их, торопливо вошел в дверь. Только оказавшись внутри, курсант понял, что перед ним не дом, а корабль!
– Только этого мне ещё не хватало, – мысленно выругался он и поспешил по коридору. Вскоре он открыл ближайшую железную дверь, вошёл внутрь и закрыл ее за собой.
Обер-фельдфебель Вебер тем временем вернулся, выключил свет в коридоре, прикрыл железную дверь и запер ее снаружи на навесной замок.
– Надеюсь, до завтра меня здесь никто не побеспокоит, – вздохнул Сулима, услышав, как закрыли дверь.
Он и не подозревал, что у обер-фельдфебеля Вебера послезавтра день рождения – юбилей, тридцать лет. Поэтому начальник школы разрешил выдать продукты на субботу, воскресенье и завтрак понедельника, а самому Веберу предоставил несколько свободных дней.
– Думай, думай, разведчик, – пробормотал Сулима.
Он вспомнил, что у него есть немецкий фонарик со сменными светофильтрами, и достал его. При свете фонаря курсант принялся осматривать каюты и другие помещения корабля.
Вскоре выяснилось, что немцы используют судно в качестве склада продовольствия и вещевого имущества. Устройства корабля Сулима не знал, поэтому осмотр продвигался медленно.
В одной из кают он обнаружил несколько кексов с изюмом и вдруг почувствовал, насколько сильно проголодался. Курсант с удовольствием съел несколько штук и продолжил обследование помещений.
Почти сразу ему попались ящики с тушенкой, сухарями и хлебом.
– Знал бы – не ел сладкого, – вздохнул он.
В это время гауптман Майер доложил начальнику школы о том, что русских разведчиков было двое.
– Очень любопытно! – нервно поднялся из-за стола майор Беккер. – И куда, интересно, подевался второй?
– На территории школы его точно нет, – уверенно доложил гауптман. – Мы обыскали здесь все самым тщательным образом.
– Тогда, где он по-вашему?
– Думаю, успел ускользнуть еще до того, как мы подняли тревогу.
– Почему же он тогда не пошел к тайнику? Там ведь оружие, боеприпасы, продукты, плащ-палатки. Непонятно.
– Не могу знать, господин майор. Возможно, его кто-то спугнул, и он ушел в другом направлении.
– Думаю, будет не лишним усилить караулы. Вдруг их было больше?
– И что? Не станут же они атаковать хорошо охраняемый объект! У нас рота охраны, да еще курсанты школы. Никакой разведгруппе этот орешек не по зубам.
– Да, – улыбнулся начальник школы. – Трудно не согласиться! К тому же пока этот разведчик или целая группа доберутся до своих, нас здесь уже не будет. В понедельник мы отсюда убываем к новому месту.
– Разрешите задать вопрос, господин майор? Можно узнать, куда именно нас переводят?
– Господи, Фриц, конечно, можно! Нас перебрасывают за Лиепаю. Там безопасно.
Сулима нашел вещмешок и наполнил его тушенкой и хлебом. Затем обнаружил склад с флягами и взял себе три. В две налил воду, а в третью – шнапс.
– Не спирт и не водка, но сойдет. Лучше, чем ничего.
Продолжая осмотр, курсант выяснил, что немцы подключили корабль не только к электросети, но и к водопроводу и канализации. Поскольку все люки и иллюминаторы наглухо задраены, Сулима счел возможным включить свет. Теперь обследование корабля пошло быстрее.
В одном из отсеков он обнаружил ящики с артиллерийскими снарядами.
– Вот это да! – не поверил своим глазам разведчик. – Неужели здесь и пушка есть? И где ее, интересно, искать?
Сулима решил сделать перерыв и посмотреть, что происходит на территории разведшколы. Он выключил свет в одной из кают, открутил барашковые гайки, которыми крепились защитные лючки иллюминаторов, и осторожно приоткрыл один из них.
И почти сразу же захлопнул.
Прямо напротив каюты стоит начальник разведшколы. Он смотрит в сторону корабля, а перед ним расположились несколько офицеров. Солнце светило майору прямо в лицо, и тот низко опустил голову, прикрывая глаза козырьком фуражки. Поэтому он не заметил, как Сулима открыл иллюминатор.
– А чтоб тебя! – выругался курсант. – Нельзя так рисковать. Сколько можно надеяться на везение? Надо быть осторожнее.
Он с сожалением подумал, что оружия у него маловато. Пистолет ТТ, четыре обоймы патронов, две гранаты-лимонки и нож разведчика НР-40. Прямо скажем, небогато.
Подумав, Сулима отправился на поиски личной каюты обер-фельдфебеля. Когда наконец нашел ее, обнаружил внутри карабин и к нему сотню патронов.
– Ну хоть что-то, – с облегчением подытожил разведчик.
Начальник разведшколы майор Иванов вызвал к себе капитана Завьялова.
– Что там с группой Денисова? Срок ожидания уже вышел?
– Так точно, товарищ майор. Они должны были вернуться еще вчера.
– Значит, либо погибли, либо попали в плен. Только этого нам не хватало! Что они могут рассказать немцам?
– В общем-то, немного. Но расположение нашей школы сообщить могут. И про нас с вами тоже.
– Думаю, про нас с вами немцы и так осведомлены. Вот что, Виктор Павлович: ты знаешь маршрут группы Денисова. Возьми двух курсантов, рацию и не спеша пройди по их следам. Может, что-нибудь и выяснишь.
– Слушаюсь, товарищ майор. Сделаем в лучшем виде!
Сулима дождался темноты, чтобы снова открыть иллюминатор и осмотреться. Однако, продолжая изучать корабль, он поднялся в ходовую рубку и, к своей радости, обнаружил, что окна там не закрыты защитными люками. Через них можно было видеть почти три четверти территории разведшколы.
Курсант не стал подходить вплотную к окнам и наблюдал за происходящим из глубины рубки. Стоило кому-нибудь из немцев повернуться лицом к кораблю, как Сулима тут же приседал, чтобы ненароком не попасться на глаза.
После смены часовых он явственно почувствовал, что снова проголодался. Кексы с изюмом лишь ненадолго притупили голод.
Кроме того, он начал замерзать. Разведчик спустился в трюм, переоделся в теплую немецкую форму, затем направился в каюту начальника продовольственного склада. Там на небольшой горелке он разогрел тушенку, вскипятил чай и подкрепился. К чаю взял хлеб с медом. Согревшись и насытившись, Сулима снова поднялся в ходовую рубку.
Пока он ел и переодевался, снаружи уже наступили сумерки. Курсант продолжил наблюдение. Вдруг его осенила мысль: в школе уже наверняка считают, что он попал в плен. Попробуй потом докажи, что это не так! Значит, нужно совершить что-нибудь такое, что подтвердит: он не сдался немцам, а продолжает действовать.
– Эх, – сокрушенно произнес он, – плохой из меня артиллерист. Хотя, если подумать, вряд ли мне дали бы расстрелять весь боекомплект. Разве что два-три выстрела. Но погибать ради этого не стоит. Думай, казак, думай!
После недолгих размышлений он решил забрать с собой несколько артиллерийских снарядов, а оставшиеся взорвать с помощью растяжки, устроенной из одной из гранат.
Группа под командованием капитана Завьялова без особого труда прошла по следам Денисова и Сулимы. Денисов оставлял через каждый километр зарубки на деревьях. Их значение было хорошо известно Завьялову, а вот постороннему человеку эти отметки ничего бы не сказали.
Пройдя восемнадцать километров, группа вышла на радиосвязь со школой. Майор Иванов с нетерпением ждал сообщения.
– Ну что? – спросил он радиста. – Есть что-нибудь?
– Есть, товарищ майор! Сейчас, минутку... Вот, готово!
Радист протянул начальнику школы расшифрованное донесение. Майор взял листок и прочел: «Группа Денисова благополучно прошла вглубь территории на восемнадцать километров. Отсюда они решили возвращаться другой дорогой, западнее прежнего маршрута. Идем за ними. Завьялов».
– Пока все хорошо, – задумчиво произнес Иванов. – Если появятся новые сведения, немедленно сообщать мне!
– Слушаюсь, товарищ майор!
Сулиму начало клонить в сон. Он решил немного поспать в каюте начальника продовольственного склада, укрывшись шинелью обер-фельдфебеля.
В четыре часа утра курсант проснулся, снова вскипятил чай, выпил его и принялся готовить немцам сюрприз.
У входной двери, через которую он проник на корабль, Сулима сложил артиллерийские снаряды. Посередине разместил ручную гранату, а один конец бечевки привязал к ней, другой – к дверной ручке.
Затем, прихватив с собой четыре снаряда, плоскогубцы, банку меда и десяток немецких газет, он незаметно выбрался через боковой люк на ходовом мостике наружу.
Оказавшись на сигнальном мостике левого борта, Сулима остановился и стал всматриваться в темноту, прислушиваясь к каждому звуку.
Он точно знает, что смена часовых состоялась всего четверть часа назад. Значит, до следующей смены у него было почти два часа.
Курсант плотнее запахнул воротник. С моря дул сильный, холодный, пронизывающий ветер. Территория разведшколы освещалась очень слабо, поэтому Сулиме удалось незаметно подобраться к штабу. Несколько окон закрыты решетками. Разведчик нашел электрический щит, открыл его и отключил освещение – на тот случай, если в штабе имеется сигнализация.
– Похоже, мне сюда, – негромко произнес он.
Один из часовых патрулировал вдоль стены штабного здания. Просто так разбить окно и проникнуть внутрь было нельзя: солдат непременно услышал бы шум. Сулима поставил банку меда под стену и стал ждать.
Когда часовой приблизился, разведчик напал на него и убил. Тело он спрятал в глубокой тени за крыльцом штабного домика.
Затем курсант намазал медом стекло одного из окон, приклеил к нему несколько газетных листов и осторожно вынул стекло. Так же поступил со вторым слоем, после чего забрался внутрь.
– Надо бы подучить немецкий язык, – задумчиво пробормотал он.
Несмотря на скудные знания немецкого, курсант сумел прочесть надпись на одной из дверей: «Майор Беккер». Он решил, что это, скорее всего, кабинет начальника разведшколы.
Помня о том, что снаружи бушует почти ураганный ветер, Сулима больше не стал таиться. Двумя ударами он вышиб дверь.
Включив карманный фонарь с красным светофильтром, чтобы свет был менее заметен, разведчик принялся осматривать кабинет.
Очень скоро он обнаружил дверь в подсобное помещение. Она заперта на внутренний и навесной замки, а также опечатана.
– Так-так, – одобрительно произнес Сулима. – Похоже, нам именно сюда.
Он сбил навесной замок ударом приклада карабина, но открыть внутренний замок не смог. Вспомнив, что на крыльце он видел пожарный щит, Сулима вернулся туда и взял лом и топор. С их помощью он взломал дверь и проник в опечатанное помещение.
– Вот это да! – невольно вырвалось у него.
На стеллажах лежали личные дела всех выпускников и курсантов этой разведшколы Абвера.
– Однако немало они забросили к нам своих шпионов! Только как все это унести?
Он продолжил осмотр и вскоре, к своей радости, обнаружил картотеку курсантов школы. В комоде, в алфавитном порядке, хранились карточки на каждого из них.
Информации в карточках, конечно, было гораздо меньше, чем в личных делах, но все необходимое имелось: фамилии, имена, отчества, фотографии, места и даты рождения, позывные и, самое главное, сведения о том, куда каждый из курсантов был направлен для заброски на территорию СССР.
Сулима переложил всю картотеку в свой вещмешок. После этого завязал его и приготовил немцам второй сюрприз – из снарядов и гранаты.
Выбравшись из штаба, он снова оказался на улице. Ветер по-прежнему выл с такой силой, словно собирался сорвать крыши с домов.
За штабом вдруг заработал автомобильный двигатель. Сулима выглянул из-за угла и увидел, что водитель прогревает грузовик, а дежурный наряд у КПП открывает ворота.
Разведчик долго не раздумывал. Он бросился к колючей проволоке и проделал в ней проход, чтобы немцы решили, будто именно так он покинул территорию школы.
Затем подбежал к грузовику и забрался на крышу, точнее, на брезентовый тент кузова.
Через минуту машина тронулась. Дежурные у КПП заглянули в кузов, проверили документы водителя, осмотрели пространство под грузовиком, но никому не пришло в голову заглянуть под тент.
Вскоре автомобиль выехал за территорию школы. Минут десять он двигался на юг, затем повернул на запад. Сулима с сожалением спрыгнул на землю. Курсант направился дальше на юг. Вскоре повалил густой, хлопьями, снег.
– Это хорошо! Следы заметет! – обрадовался Сулима.
Примерно через час после того, как Сулима покинул территорию разведшколы Абвера, во время смены часовых обнаружилось, что часовой у штаба убит, а в одном из окон разбито стекло.
Школу подняли по тревоге. Начальник караула обер-лейтенант Брамс первым вошел в кабинет начальника школы. Он открыл дверь – и сработал сюрприз, оставленный Сулимой.
Взорвалась ручная граната, а вслед за ней сдетонировали артиллерийские снаряды. Погибли Брамс и трое солдат.
Деревянный штабной домик загорелся, но пожар удалось довольно быстро потушить.
Когда начальник школы осмотрел свой кабинет и понял, что пропала картотека, он пришел в ужас.
– Господин гауптман, это настоящая катастрофа! Если документы попадут к русским, пропадет вся наша многолетняя работа! Они смогут выявить практически всех наших агентов. Этого нельзя допустить! Приказываю немедленно начать поиски и не прекращать их до задержания русского разведчика! Деваться ему некуда. Он движется на юг.
– Слушаюсь, господин майор! – козырнул Майер.
От майора Беккера не ускользнула лихая искра, блеснувшая в глазах гауптмана. Начальник школы вспомнил, что не раз слышал о мечте Майера занять его место. Если документы не удастся вернуть, все может закончиться весьма печально.
Самого Беккера за такой чудовищный провал, скорее всего, расстреляют, а Майер станет новым начальником школы. Гауптман поспешил к своим подчиненным.
– Строиться! – громко скомандовал он.
– Куда мы направляемся, господин гауптман? – спросил один из солдат.
– К леснику в гости. Продолжим отмечать день рождения Вебера! Шнапс еще остался?
– Три бидона, господин гауптман!
– Тогда по машинам! Вебер, вы с нами?
– С удовольствием, тем более что это все-таки мой день рождения! Но мне еще нужно выдать продукты на обед, ужин и завтрашний завтрак. Как только закончу, сразу присоединюсь к вам.
– Не задерживайся, дружище!
– Приеду, как только смогу, – заверил обер-фельдфебель Вебер. – Вы начинайте без меня, не ждите.
Солдаты быстро расселись по кузовам грузовиков и в прекрасном расположении духа отправились на хутор лесничего.
– Колбаса у лесника – высший класс!
– Вот с нее и начнем! Поджарим и будем праздновать!
Начальник школы остановил обер-фельдфебеля Вебера.
– Курт, о чем вы так весело беседовали с гауптманом Майером и солдатами?
– Гауптман Майер предложил мне продолжить праздновать день рождения у лесничего. Он с солдатами уже уехал, а я присоединюсь к ним, когда выдам продукты на школу. Разрешите идти?
– Да, – рассеянно ответил майор. – Идите.
Майор Беккер задумался. Так, значит, вместо поисков русского разведчика и пропавшей картотеки агентов гауптман предпочел устроить пьянку личного состава?
А что ему? После ареста Беккера он займет его место и, как ни в чем не бывало, продолжит готовить новых агентов. Майора бросило в пот. Что делать? Нужно действовать немедленно.
Теоретически он мог отправить на поиски русского разведчика курсантов школы. Шансы догнать беглеца еще оставались. Но Беккера уже охватила паника, и он утратил способность рассуждать здраво.
Майор вернулся в кабинет и сел за стол. Взял перо и чернильницу, но так ничего и не написал. Отложил их и задумался.
В этот момент прогремел мощный взрыв. Это обер-фельдфебель Вебер открыл дверь корабля, и сработало взрывное устройство, оставленное Сулимой.
Беккер вскочил и подбежал к окну. Некоторое время он смотрел наружу, затем медленно вернулся к столу. Он вынул из кобуры девятимиллиметровый пистолет «Вальтер» и застрелился.
Сулима заметил какое-то движение позади и занял позицию для стрельбы за старым пнем. Сверху его прикрывали еловые ветви. На поляну осторожно вышли капитан Завьялов и два курсанта разведшколы – Сергеев и Ханенко.
– Товарищ капитан, это вы? – радостно выкрикнул разведчик. – Не стреляйте! Это я, курсант Сулима! А вы здесь как?
– Вас ищем. А где Денисов?
Сулима подробно доложил капитану обо всем, что произошло. Услышав о картотеке разведшколы абвера, Завьялов заметно встревожился, но дослушал курсанта до конца, ни разу не перебив.
– Ты ничего не путаешь? Покажи ее скорее!
Убедившись, что все именно так, как рассказал Сулима, капитан не смог скрыть радости. Картотеку он решил нести сам. Обратный путь разведчики проделывали с особой осторожностью, опасаясь попасть в засаду.
– Не могут они нас не преследовать, – рассуждал капитан. – Немцы прекрасно понимают, что путь у нас один – на юг. Значит, идти кратчайшим маршрутом нельзя.
Он связался по рации с начальником разведшколы Ивановым. Узнав о захваченной картотеке агентов разведшколы абвера, майор приказал группе двигаться в юго-восточном направлении.
Навстречу разведчикам вскоре выдвинулся пехотный батальон Красной армии. Советские бойцы перешли в атаку, отбросили немцев с занимаемых позиций и тем самым расчистили путь для группы Завьялова.
Майор Иванов лично встретил разведчиков на позициях батальона. Бегло осмотрев картотеку, он решил сам доставить ее в штаб фронта.
– А не дезинформация ли это? – усомнился начальник штаба фронта генерал-полковник Сандалов. – Я бы вашего курсанта, который доставил картотеку, до выяснения обстоятельств арестовал. Как говорится, от греха подальше.
– Так чего проще? – улыбнулся майор Иванов. – Нужно проверить сведения, которые доставил курсант Сулима, и все сразу встанет на свои места!
Изучение картотеки вскоре выявило, что несколько агентов, подготовленных разведшколой абвера, действуют в зоне ответственности 2-го Прибалтийского фронта.
Группы фронтовой контрразведки задержали этих людей. На допросах агенты почти сразу во всем признались.
– Вот, товарищ генерал, – с улыбкой обратился майор Иванов к генерал-полковнику Сандалову. – А вы говорите – арестовать Сулиму! Да его наградить нужно! Герой! Ей-богу, герой!
– Торопиться не будем, – нахмурился генерал Сандалов. – Пусть НКВД закончит свою работу.
Вскоре начались проверки и задержания агентов абвера, выявленных по картотеке по всей стране. Курсанта Сулиму наградили орденом Боевого Красного Знамени.
– Бывает же! – удивлялся курсант Сергеев. – Первый разведвыход – и сразу орден! Мне бы так!
После награждения перед строем разведшколы свежеиспеченный орденоносец подошел к начальнику школы, которому досрочно присвоили очередное воинское звание – подполковник.
– Товарищ подполковник, разрешите обратиться? Курсант Сулима.
– Слушаю вас, товарищ Сулима.
– Можно узнать, а Денисова почему не наградили?
– Потому что не за что его награждать. Что он сделал такого, что заслуживает награды? Увидел брата-власовца и позволил тому себя убить? За такое у нас не награждают. Вот если бы Денисов убил брата-предателя и вместе с вами захватил и доставил сюда картотеку агентов немецкой разведшколы, тогда другое дело! А так и говорить не о чем. Понятно?
– Так точно. Понятно.
– А вы молодец. Еще раз поздравляю!
– Служу трудовому народу!
– Служите, товарищ Сулима. Война еще не окончена.