Констернация

Есть у меня история, как ирония судьбы чуть было не занесла меня на должность администратора в гей-клуб.

Если опустить подробности — хотя самый смак как раз в подробностях, — то мой хороший знакомый, заправляющий в клубной и развлекательной сфере, порекомендовал меня своему партнёру (или коллеге — тут уже не суть).
А в процессе вышло недоразумение: я невольно приоткрыл штору, за которой царил самый что ни на есть «Пир Платона», а в роли эрастов и эроменов выступала пёстрая местная публика.

Я, человек ироничный, лишь посмеялся над этой неожиданной констернацией.

На что мой старший товарищ, человек куда более практичный, заметил:
— А тебе не похер? Ты же всё равно собирался с ними из одной кружки чифирить.

И вот тут-то вся ирония судьбы, которой я так гордился, рассыпалась в прах.
 Потому что его фраза — не просто хлёсткая реплика, а целая система координат.
Чифир в алюминиевой кружке — великий уравнитель.
 Он одним махом стирает все ярлыки: гей-клуб, солдатская казарма, ночная смена в такси, монашеская келья.
 Если ты готов делить с человеком чёрный напиток «из одной кружки», вы уже в одном окопе.
 А в окопе, как известно, ориентация, национальность и род занятий — это то, о чём вспоминают только те, кому откровенно скучно сидеть под обстрелом.

Выходит, мой старший товарищ не просто осадил меня, а вернул мне ту самую иронию, которую я, казалось бы, проявлял.
 Ведь настоящий ироничный человек не посмеивается свысока над тем, «куда его занесло».
 Настоящий ироничный человек делает глоток чифиря и с непроницаемым лицом интересуется:
 «Ну и где тут у вас Платон, а где Аристофан? Мне с кем, собственно, пить?»

Так что история эта не столько о неожиданном повороте в карьере, сколько о том, что подлинное человеческое «своим» всегда обнаруживается там, где кончаются слова «гей-клуб» и начинается слово «чифир» .
А всё остальное — просто декорации, которые меняются быстрее, чем успевает остыть алюминиевая кружка.