Обычная работа

  1               

   - Интересно, что будет на этот раз? Не развернулся, значит едет в другое место, посмотрим.
Автомобиль повернул направо и вскоре остановился. Из него вышел мужчина лет сорока пяти, прилично одетый с коричневым кожаным портфелем через плечо. Он позвонил, и вскоре из подъезда с гранитными ступенями появилась молодая женщина в наспех накинутом пальто. Они обменялись короткими фразами, и он сунул в портфель папку, полученную от девушки. На этом встреча завершилась.
- Уверенно держатся, не боятся. Открыто, при всех. Ну-Ну, посмотрим.
Как только автомобиль возобновил движение, следом, выждав некоторое время, тронулся темно-серый микроавтобус с надписью "Доставка грузов населению" на борту.
"Да ты не один, с сопровождением", - подумал он и двинулся следом.
Автомобиль доехал до центра и скрылся за шлагбаумом во дворе.
- Ну что, продолжаем или на сегодня хватит? - спросил Леня.
- Сейчас позвоню, узнаю, - ответил Михаил. Он был старшим и отвечал за наблюдение. Закончив быстротечный разговор, он вздохнул и сообщил:
- Сидим, курим, пока не сменят.
"Так, значит круглосуточно" - подумал он и припарковал автомобиль. - "Что же вам неймется?"

2
   Совещание в отделе Следственного комитета началось с доклада Михаила Стрешнева, прикомандированного вместе с Леонидом Белиньким из районного ОВД, о результатах вчерашней слежки. Ничего конкретного, кроме фотографий курьера, как условно назвали человека с портфелем, девушки и момента передачи папки, установить не удалось. Машина, которую использовал курьер, и раньше попадала в поле зрения СК, и уже было известно, что она принадлежит "Фонду содействия федеральных программ", сокращенно ФСФП, как и еще два десятка автомобилей, но закреплена за директором Департамента проектного финансирования Шамилем Гасановым.
- Установили личность курьера? - задал безадресно вопрос руководитель следственного управления полковник юстиции Заботин.
- Занимаемся, Юрий Ильич, - ответил майор Кремнев, старший следственной группы по делу убийства директора Департамента экономического прогнозирования ФСФП Рутберга.
- Что по девушке? Установили кто, чем занимается, почему именно она? 
- Это Галина Войтук, двадцать девять лет, секретарша Гасанова. В дела не посвящена, но с ним уже семь лет. Предположительно любовница, - уверенно доложил Кремнев.
- На чем основан ваш вывод, что в дела не посвящена, Лев Аркадьевич? - обратился к нему Заботин.
- С ней дружит одноклассница нашей Светы Лужиной. Они как-то поздно вечером обе завалились к Свете и всю ночь про мужиков своих проговорили. Так Войтук жаловалась, что Шамиль, то-есть, Гасанов ничего, кроме подай-принеси не поручает. Однажды он сказал, что ее задача быть чистой, красивой и всегда готовой к интимному подвигу.
- Интересно, про кого рассказывала наша Света, - усмехнулся полковник. Майор выдержал его взгляд и пожал плечами:
- Понятия не имею.
Заботин задумался и спросил:
- А не пора ли Лужину из архива вернуть в отдел?
- Я уже включил ее в состав группы для дальнейшей разработки Войтук. Она пока реальный источник информации, - доложил Кремнев.
- Прямо мои мысли читаешь, только пусть аккуратней будет, Гасанов калач тертый, - сказал полковник. - Здесь может получится прямой выход на Рутберга. Войтук за столько лет должна знать о его отношениях с Гасановым. Эта связь многое может объяснить. Пока это единственная реальная зацепка. Лев Аркадиевич, еще раз обращаю внимание на осторожность. После убийства Рутберга Шамиль затаился. Наша задача создать впечатление, что он вне подозрения. Его никак нельзя спугнуть.
- Если Гасанов сам причастен к убийству, -  заметил заместитель Кремнева Артур Балаян, - то можно предположить, что в Фонде столкнулись интересы двух или нескольких людей, а возможно, групп.
- Тогда у Фонда протекает в разных местах, но чувствую, здесь что-то другое, не может же быть ФСФП таким дырявым, - рассуждал Заботин, - но проверить надо, - он посмотрел на майора. Тот кивнул в ответ.
- Надо выяснить, почему секретарша Гасанова встречалась с курьером Гасанова рядом с офисным центром, где расположено несколько десятков компаний? - продолжал Заботин. - Что это, оплошность или хитрый маневр?
- Уже планируем еще одну встречу подруг, Юрий Ильич, чтобы Света постаралась что-либо узнать, - сказал Кремнев.
   После совещания он пригласил в свой кабинет Свету Лужину. Она без стука вошла и остановилась у стола шефа, вытянув в струну свою не броскую, но пропорционально сложенную фигуру. В ней не было ярких красок, модного макияжа и стильной прически, она просто и аккуратно выглядела, но в этой простоте была притягательная миловидность, на которую хотелось смотреть постоянно.
- Ты что так официально? - удивился Лев.
- Готовлюсь получить задание, сопряженное с риском для наших отношений, господин майор юстиции, - отрапортовала она.
- В уме тебе не откажешь, как, впрочем, и во всем остальном, но в чем ты видишь риск?
- Я же понимаю, что встречаться, не говоря уже жить, мы теперь не будем, вернее только здесь. Шифроваться придется, пока не закончится операция, а когда она закончится, одному богу известно, и то он иногда ошибается, - грустно пояснила Лужина и села на стул.
Кремнев обошел стол и, склонившись, поцеловал ее в голову.
- Ты же сама все понимаешь, по-другому не выходит. Ты одна из ключевых фигур в игре, которую проиграть нельзя.
- Может, мне, когда все закончится, уволиться? Буду дома борщи варить, детей воспитывать, уют в доме создавать? - мечтательно произнесла она, глядя в окно.
- Ты борщи! Светуля, не ври себе. Да через месяц назад попросишься. Ты без адреналина завянешь. Я же понимал, как тебе тяжело было в архиве...
- В архив я попала вынужденно, с этим можно было смириться. Кстати, пока там отсиживалась, борщ-то научилась варить. Это единственный плюс, ну и рана зажила.
- Обещаю, - тихо сказал Лев, - разберемся с Фондом - распишемся.
- Это какое по счету обещание? - так же тихо спросила она.
- Ну тогда же не я был виноват, нам не разрешили.
- А где гарантия, что разрешат? Появится какой-нибудь новый фонд и все. Наша работа ведь в этом и заключается: найти фонд и вывести на чистую воду, а фондов как грибов после дождя. Вот и превратились мы в вечных грибников. 
Кремнев вернулся на свое место и мягко спросил:
- А как по-другому, ты знаешь?
- В том-то и дело, что не знаю. Лева, да я же умная, все понимаю.  Просто ворчу.
Он вздохнул и произнес:
- Тогда о деле.

3
   "Машину сменили, а человечки те же".  Он подождал, когда микроавтобус, судя по надписи, доставляющий грузы населению, освободил место для белой "Hyundai Solaris", а она отправилась за машиной Гасанова, покинувшей гараж ФСФП, и получив СМС, поехал за другой машиной, выехавшей из того же гаража. "Либо транспорта не хватает, либо мозгов", - думал он. - "Сделал вас Шамиль".  По дороге он оценивал вероятность решить вопрос с Гасановым на выезде. Перебирая на будущее разные варианты, он понял, что любой из них, связан с определенными сложностями, делающими акцию трудновыполнимой из-за отсутствия подходящих путей отхода. Он снял перчатку и помассировал себе оба уха и надбровные дуги, затем, не ослабляя внимания, сделал несколько движений шеей и головой и, отпив из бутылки воды, сосредоточился на дороге. Вторая машина из гаража Фонда, за которой он наблюдал, остановилась у подъезда с вывеской АО "Практические технологии". "Очень уж ты доверчивый", - подумал он, паркуясь на расстоянии прямой видимости. Вокруг шла обычная жизнь. Люди куда-то спешили, вовлеченные в жизнь мегаполиса, все сильнее впадая в зависимость от ее темпа, и кто сбивался с этого ритма, оказывался на обочине, откуда уже трудно было поймать его без больших потерь. Однако его это давно не беспокоило, он поймал свой ритм, позволяющий двигаться вне общего потока. Наоборот, теперь судьба людей, попавших в обстоятельства непреодолимой силы, становилась зависимой от нее, и этой силой был он. Убедившись, что Гасанов отправился назад в Фонд, он уехал.
   Рутберга Михаила Самуиловича убили ночью в его коттедже, где он жил с женой и взрослой дочерью. Убили выстрелом в голову из пистолета с глушителем в кабинете, когда он уже собирался ложиться спать. Этот факт был установлен по состоянию трупа и показаниям жены. К тому же, документы, с которыми работал Михаил Самуилович, были аккуратно сложены, настольная лампа выключена, а сам труп находился посередине от стола до двери. Стреляли со стороны входа, так как пуля вошла в лоб, а труп лежал на спине. Обнаружила тело дочь, пришедшая звать отца к завтраку. Жена решила, что муж засиделся и лег в кабинете, как ни раз уже бывало. В доме ничего не тронули, из чего следовало, что убийство совершено не с целью ограбления.
   Рутберг был прекрасным экономистом и одним из уважаемых людей в Фонде. Никто никаких версий не выдвигал. Опрос коллег не выявил недоброжелателей, поэтому внимание следствия сосредоточилось на его профессиональной деятельности. Департамент занимался анализом экономического развития, на основании которого готовились предложения для повышения его уровня. Эти рекомендации имели большое значение и ложились в основу подготовки и финансирования федеральных программ. В итоге разработки Департамента закладывали базу для распределения бюджетных средств. Следующим звеном являлся Департамент Гасанова, занимающийся планированием финансирования готовящихся проектов, входящих в федеральные программы. Таким образом, Рутберг и Гасанов руководили ключевыми департаментами в системе ФСФП. Именно по этой причине группа Кремнева уделила им особое внимание. Тогда-то в поле зрение и попал Шамиль Гасанов. Неделя наружного наблюдения ничего не дала. Возил его  закрепленный черный "Volkswagen Passat ", такой же какой до недавнего время возил Рутберга, и никаких, вызывающих подозрение поездок, он не совершал.
   Стрешнев с Беленьким, дождавшись, когда из гаража Фонда выехала машина Гасанова, направили свой "Hyundai" следом. Расстояние было достаточным, чтобы не опасаться быть замеченными, но и не давало возможности разглядеть пассажира.
- Он что, машину поменял? - пробурчал Михаил, увидев, что из нее вылез тот же курьер.
- Посмотрим, куда пойдет. Не за нос ли он нас водит? - предположил Леня.
- Точно, очень может быть! А сам, гад, в это время поехал в другое место, - согласился Стрешнев. Он доложил обо всем Кремневу, но получил указание продолжать наблюдение. Через полчаса после возвращения Гасанова его "Volkswagen" въехал на территорию Фонда и скрылся за шлагбаумом. Картина в точности повторила прошлый день.
 
4
   Лужина "случайно" втолкнулась с одноклассницей Оксаной Остапчук в супермаркете. Жили они на одной улице, и встреча не могла показаться нарочитой.
- Привет, Остап! - обрадовалась Света.
- О, Лужа, и ты здесь! - воскликнула Оксана.
- Смотрю, опять вечеринку собираешь, - сказала Лужина, кивнув на тележку, наполовину заполненную снедью и бутылками.
- Да Галя достала, давай соберемся, давай соберемся! Опять до утра ее стенания выслушивать, - махнула рукой Оксана.
- Да уж, в прошлый раз наслушались, - поддержала подругу Лужина,- но все-таки жалко девку, какая-то она одинокая.
- Слушай, а ты приходи завтра часиков в семь. Заодно ее пожалеешь.
- А, хочешь разделить со мной роль жилетки, - усмехнулась Света.
- Ладно, приходи, будь человеком.
Лужина по очереди взяла из ее тележки две бутылки и, изучив наклейки, ответила:
- Ну, если только заманишь меня каким-нибудь красным из Прованса или Риохи.
- "Сигло" устроит?
- Ладно, уговорила, - согласилась Света.
   Вечер был в разгаре. К двум, купленным бутылкам "Медок" Оксана поставила на стол бутылку "Сигло" и обильную закуску. Половина уже была выпита и наступило расслабление, ведущее к откровенным разговорам.
- Вот скажи мне, Галь, - обратилась Лужина к Войтук, - зачем тебе этот Шамиль, если он относится к тебе только как к объекту для секса?
- Да я и сама хотела уйти, но Шамиль обещал сделать меня начальницей канцелярии.
- О, канцелярии! Так эта же какая ответственность! По-моему начальниками лучше не быть, с них весь спрос, а если что не так, то и того, - Света провела рукой по горлу.
- Ты чего человека пугаешь? - усмехнулась Оксана.
- Да нет, все правильно, - серьезно сказала Галя, - у нас уже убили одного.
- Я имела в виду карьеру, а не жизнь, - оправдывалась Лужина, - за что же можно убить, у вас же государственная структура?
- Шамиль сказал, что договариваться не умел, вот и поплатился.
- Откуда же он знает, они дружили? - с недоверием спросила Света.
- Какой там, наоборот, Шамиль его недолюбливал, чистоплюем называл.
- Какой-то у вас там крысятник, - сказала Оксана, - чего делить-то, вы же чиновники, каждый при своем.
- Да у них там свои дела. Вот зачем он меня посылал передавать папку со старыми бумагами нашему же сотруднику? - с недоумением спросила Войтук.
- Откуда ты знаешь, что со старыми? Наверно, так надо? - предположила Лужина.
- Да ничего не надо, я сама их собирала и видела, как он их засунул в папку, а потом эту папку заставил отдать Косте Нуждину, курьеру. Причем, для этого надо было уехать из Фонда и передать папку, выйдя из какого-то офисного центра, да еще предупредил, чтобы я никому об этом не рассказывала.
- А зачем же ты нам рассказала? - удивилась Оксана.
- Ну, вы другое дело. Вам-то это зачем.
Света пожала плечами и ответила, что им точно это незачем. Весь оставшийся вечер был посвящен излиянием Гали по поводу ее трудной женской судьбы и доставшего ее Шамиля.
   Лев был очень доволен проделанной Светой работой. Теперь стало ясно, что теплых отношений между Рутбергом и Гасановым не было, более того, предположительно, Михаил Самуилович с кем-то не договорился или в корне отверг сделанное предложение, что, вероятно, и послужило причиной его смерти. Гасанов же, назвав его чистоплюем, только подтвердил подозрения в том, что сам готов согласиться или уже согласился с подобным предложением. Однако, если учесть манипуляции Шамиля с папкой, эти подозрения превращаются в уверенность. Теперь важно было узнать, куда ездил Гасанов, пока отвлекал наружное наблюдение поездкой Нуждина на своей машине.
- Свет, выше всяких похвал! Какой борщ! - хвалил ее Кремнев.
- Спасибо, конечно, но особых усилий я не прикладывала, оно само как-то сложилось. Вижу по твоей физиономии, что-то замыслил? Уж не внедрить ли меня в ФСФП?
Глаза Льва загорелись.
- Что, вместо Войтук?
Кремнев засмеялся.
- Слушай, тебе врать опасно, все видишь.
- Не боишься, что Гасанов сделает из меня сексуальную рабыню?
- Неа, не боюсь. Он с тобой будет бережно обращаться.
- И как же ты это сделаешь?
- А ты что, уже согласилась?
Лужина внимательно на него посмотрела.
- Ты это серьезно?
Он молча кивнул.
- И когда тебе это пришло в голову?
- Да вот, пока ты мне рассказывала.
Лужина продолжала на него смотреть и молчать.
- Мне надо подумать, - наконец, быстро ответила она.
- Только думай быстрее. Надо еще все подготовить, не волнуйся ты будешь прикрыта.
   Света поехала домой и, налив большую чашку чая, с ногами забралась в кресло. В роли Штирлица она себя не видела и никогда об этом не мечтала. Год назад ее ранили в плечо при задержании, но там было ясно, кто и откуда стрелял, просто ей не повезло. Здесь же другое дело, не понятно, кто и откуда стреляет, а главное - здесь убивают. Вот к такому она точно не была готова...
   Вечером Света позвонила Кремневу и согласилась.

5
   Он ехал уже знакомым маршрутом и про себя удивлялся действиям Гасанова: "Ну, нельзя же быть таким предсказуемым - на той же машине, тот же человек...", но тут его мысль оборвалась. Из офисного центра выбежала другая девушка с папкой и передала ее тому же парню с портфелем. "Не такой уж ты предсказуемый" - подумал он. "И хвоста нет. Что же ты задумал, Шамиль?" Раздался телефонный звонок. Он приложил трубку к уху, молча выслушал короткую информацию и уехал.
   Гасанов вернулся через десять минут после Лужиной.
- Меня кто-нибудь спрашивал?
- За последние десять минут никто.
- А до этого? - удивленно уставившись на нее, поинтересовался Шамиль.
- Я недавно вернулась. Вы меня посылали передать папку, - напомнила Света.
- Ах, ну да, совсем забыл. Ну и как передала?
- Передала, все в порядке, - ответила она, отметив про себя плохую игру шефа.
- Тогда сделай ка мне кофейку покрепче.
Света вошла с подносом, но котором стояла чашка с дымящимся напитком и вазочка с сахаром. Она поставила поднос на стол перед Гасановым и хотела уйти, но он придержал ее за руку.
- Подожди. Ты сделала хорошую работу и заслужила поощрение.
Говоря это, он попытался притянуть Свету к себе, но второй рукой она уперлась в стол и, высвободив руку, мягко произнесла:
- Мне достаточно поощрения от Владимира Семеновича.
- От кого? - не понял Шамиль.
- От Владимира Семеновича Шурыгина.
Гасанов опешил и продолжал так сидеть, пока Света шла к двери. Там она повернулась и так же мягко, по-кошачьи сказала:
- Кстати, он меня называет "Светлана Ивановна".
Лужина с трудом подавила желание громко рассмеяться и лишь прыснула в кулак, оказавшись за столом секретарши руководителя Департамента проектного финансирования. Она уже неделю работала в этой должности, и только сегодня Гасанов отправил ее передать папку. Теперь и Кремнев знал, куда тот ездит на другой машине, когда на своей отправляет секретаршу на встречу с курьером. С этого дня АО "Практические технологии" попали в поле пристального внимания СК.
   С тех пор, как Света назвала имя своего покровителя, а им оказался председатель совета директоров ФСФП, Гасанов не выходил за рамки служебных отношений с секретаршей. Теперь он понял, почему после неожиданного увольнения Войтук в кадрах настойчиво рекомендовали ее кандидатуру. Он перестал посылать ее с поручениями и старался не говорить по телефону в ее присутствии. Зато сам стал чаще отлучаться и проводить встречи на нейтральной территории. Отсутствие Гасанова в Фонде давало возможность Лужиной просматривать часть его бумаг, но ничего изобличающего шефа найти не удавалось. И все-таки ей случайно удалось услышать его разговор с неизвестным, вернее несколько фраз, сказанных по телефону, когда он прохаживался по длинному коридору Фонда.
- Не получится, если только выкрасть. Они в другом департаменте, - донесся до Лужиной обрывок разговора, когда Шамиль развернулся идти назад и столкнулся с ней почти лицом к лицу.
- Вам не говорили, что подслушивать стыдно? - назидательно поинтересовался Гасанов.
- Это не я устроила женский туалет в конце коридора, и наши пути частично совпали, - ответила Света заготовленную фразу. Вернувшись на место, она сразу позвонила на условленный номер и, сказав "девятнадцать", сбросила звонок.
   В семь вечера они с Кремневым встретились в условленном месте, вдали от дорог и кафе. Поведение Гасанова вызывало подозрение, но не давало повода для задержания. Нужны были веские причины, чтобы допрашивать чиновника такого ранга в качестве подозреваемого. Лужина рассказала Льву о странном разговоре Шамиля, как будто речь шла о передаче документов Фонда какому-то третьему лицу. Можно было предположить, что руководитель департамента сливает за деньги или другие услуги сведения федерального значения. Кремнев понимал, что эта деятельность относится к компетенции ФСБ и старался оставаться в рамках расследования убийства Рутберга. Однако, следствие постоянно наталкивалось на незримое присутствие посторонней силы, явно стремящейся влиять на процесс. В результате наблюдения за Гасановым стало ясно, что он встречается с кем-то из АО "Практические технологии", но не было информации с кем и по какому поводу. Стрешнев заходил вслед за ним внутрь и видел, как Шамиль, поговорив с девушкой на ресепшене, проходил через охрану без пропуска и предъявления документов. Чтобы не привлекать внимания, Кремнев решил посетить руководителя Департамента инновационных программ Общества, чью визитку следствие обнаружило среди прочих в кабинете Рутберга. Он позвонил и представился, сказав, что хотел бы не официально поговорить о Михаиле Самуиловиче.
- Вы, наверно, слышали про убийство Рутберга? У него была ваша визитка, значит вы были знакомы? - поинтересовался Лев.
- Да, помню нас представили на конференции в марте, но продолжения наше знакомство не получило. Не очень понимаю, чем могу быть вам полезен.
- Я бы не хотел это обсуждать по телефону, - ответил Кремнев.
- Ну хорошо, приезжайте завтра к двенадцати, у меня будет свободных полчаса.
   Общество, где один из департаментов возглавлял Константин Андреевич Калюжный, находилось в большом здании из стекла и бетона на западе столицы. Он встретил Кремнева очень добродушно, почти по-дружески.
- Извините, Лев Аркадьевич, раньше не мог, начальство задержало, - сказал он, предлагая сесть за длинный стол для совещаний напротив друг друга.
- Не люблю лишний пафос. Осталось от предшественника, - добавил он, - указывая на массивные кожаное кресло и темно-бордовый стол с инкрустацией. Уточнив, что будет пить гость, он поинтересовался, чем может быть полезен.
- О, у меня банальный интерес закоренелого бюрократа: кто, когда, откуда, - улыбнулся Кремнев и продолжил:
- Скажите, Константин Андреевич, кто вас познакомил с Рутбергом?
Калюжный слегка задумался и ответил:
- На конференции меня ему представил Шамиль Гасанов. У него трудно выговариваемое отчество - Арсланбекович, поэтому знакомых он просит назвать его Шамиль. Он из ФСФП.
- И как Рутберг среагировал? Я имею в виду, вступил ли в разговор или просто дипломатично улыбнулся?
- Он был толи огорчен, толи задумчив, в общем, точно не был расположен к беседе. Я дал ему визитку и откланялся. Больше наши пути не пересекались.
- А вы не заметили, что он с неприязнью относится к Гасанову?
- По такому короткому эпизоду, трудно заметить, но потом Шамиль назвал его высокомерным. Думаю, они друг друга недолюбливали.
- А зачем же Гасанов вас познакомил?
- Ну это же бизнес! - воскликнул Калюжный. - Департамент Шамиля зависел от Рутберга, а он иногда пользовался нашими услугами, у нас толковые ребята работают. Вот и получается, что Гасанов был заинтересован в результатах работы Рутберга и хотел нас свести напрямую. Я думаю, идея заключалась в этом.
Кремнев оперся ладонями о стол, показывая, что вопросов больше не имеет, но Калюжный спросил:
- А как продвигается следствие? Есть ли подозреваемые? Понимаю, информация закрытая, но хоть намекните.
- Закрытая, значит закрытая совсем. Но если намекнуть - подвижки есть, - ответил Лев, еле сдержавшись, чтобы не подмигнуть.
Вернувшись в комитет, он собрал группу и, выслушав доклады, отправился к Заботину.

6
   Маячок на машину Гасанова он поставил давно, когда водитель что-то выгружал из багажника. Позже он тоже проделал с микроавтобусом, следящим за Шамилем. Теперь же появилась еще одна машина очень интересующаяся директором департамента Фонда. Он видет ее уже второй день. Поездив следом, он узнал, что это женщина, ее адрес проживания и работы, а дальше не составило труда понять, что она интересуется Гасановым и работает там же, где и он. Такой поворот событий им не предусматривался и мог все испортить, поэтому решение созрело очень быстро. Доехав за ней до дома, натянув водолазку до глаз, он подошел к машине и постучал в окно водителя. Женщина удивленно посмотрела, но слегка опустила стекло. Этого было достаточно, он бросил внутрь какую-то дымящуюся шашку и через минуту открыл дверь. Женщина повалилась ему на руки. Он вернул ее в сидячее положение, подогнал свою машину и перетащил ее к себе. Заклеив рот и связав ноги, он вскочил за руль и быстро уехал.
   Очнулась Лужина в каком-то подвале без окон с тусклой лампой под потолком. Дверь была одна в углу и походила на вход в бункер. Рядом стояла пластиковая глубокая миска с водой и ведро с крышкой. Немного придя в себя Света догадалась, что ее похитили, надежно спрятали, но дали воду и обеспечили туалетом.
"Значит убивать пока не собираются", - подумала она. Голова гудела и очертания подвала были расфокусированы. Она попыталась вспомнить, как все произошло, но ничего, кроме мелькнувшего за стеклом наполовину прикрытого лица, на память не приходило. Вдруг, раздался гулкий, явно искаженный голос:
- Ты кто?
Лужина села, опершись спиной о стену и попыталась определить, откуда доносится голос. Заметив маленькую штучку в углу под потолком над дверью, она стала смотреть в этом направлении.
- Я правильно смотрю? - спросила она вместо ответа.
- Правильно. Ты кто?
- Света. Можно руки освободить, куда я денусь?
- Нельзя. Если не ответишь, разговор прекратиться.
- Лужина. Работаю секретарем у Гасанова в ФСФП.
- Зачем за шефом следила?
Света криво усмехнулась.
- Я не для того заняла это место, чтобы Шамиля упустить. Он бабник, конечно, но сначала пусть выполнит обещание, а потом трахает кого угодно.
- Какое обещание?
- В канцелярию устроить.
- Там что, медом намазано?
- Там перспектива, там мужики номенклатурные пасутся.
- А зачем за ним следить?
- Он туда любовницу хочет устроить, я подслушала.
- Какие у вас высокие отношения в Фонде, - усмехнулся он. - Ладно, посиди пока.
- Какой посиди, мне на работу нужно! - возмутилась Света, но по наступившему молчанию она поняла, что голос отключился.
"Вроде, пока все хорошо", - думала она, - "сейчас проверять будет. Но кто же он такой и почему за мной следил? Выходит, Гасанов тоже  его интересует. Черт, как нужна связь с Левой!"
   Поговорив по телефону, он сел в машину и уехал. До МКАД дорога заняла минут пятнадцать и час он добирался до нужного места. На мониторе в машине было видно, как две точки, словно привязанные, двигались в сторону Серебряного бора. Он вновь позвонил и произнес: "Его ведут". Выслушав что-то в ответ, он повернул и на высокой скорости доехал до расчетного места. Там он поставил  машину на стоянку, а сам  вернулся лесом и, осмотревшись, занял удобную позицию. Через прицел снайперской винтовки "Орсис" Т-5000 хорошо просматривалась дорога. Вскоре появилась машина Гасанова, а еще через одну знакомый белый "Hyundai Solaris". Вдруг белая машина, как будто съехала с рельс, завиляла и остановилась. Миша Стрешнев чертыхнулся и выскочил посмотреть, что случилось.
- Прокололись. Давай быстрей меняй, - сказал он Беленькому и позвонил Кремневу.
- Там что, на дороге гвозди рассыпаны? - ответил майор и тут же спросил:
- А ты хлопка не слышал? Посмотри быстро, что с колесом.
- Точно, прострелили, - вскоре перезвонил он.
- Вы спалились, ребята, за вами следят. Возвращайтесь, - распорядился он.
В комитете Кремнев приказал проверить машину, и в багажники нашли маячок.
- Оставьте как есть, не убирайте, - приказал он. - Возможно, нам это еще пригодится.

7
   В кабинете полковника Заботина собралась вся группа. Кремнев утром доложил, что Лужина на работе не появилась и его ни о чем не предупредила. Последний разговор состоялся вчера вечером около двадцати. Она позвонила с дороги домой.
- Какие предположения? - обратился Юрий Ильич ко всем.
- Честно говоря, только одно - с ней что-то случилось, я имею в виду, не поставив меня в известность, сама она ничего бы делать не стала, - ответил Лев.
- Давайте рассуждать. Она приехала домой, значит что-то могло произойти либо во дворе дома, либо в подъезде, либо в квартире вечером или ночью.
- В квартире у нее сильный засов, его просто так не откроешь. Я думаю, надо опросить соседей и проверить камеру, там одна есть на въезде, - предложил Кремнев.
- Решено, - согласился полковник, - теперь о колесе. Вы осмотрели там все вокруг? Они же не пешком пришли. Следы какие-то могли остаться. От машины, мотоцикла, велосипеда в конце концов.
- Следов там много, все на машинах, а пулю нашли, это "Орсис" Т-5000, - доложил Балаян, которому Кремнев поручил все там перерыть.
- Серьезная вещь, - покачал головой Заботин, - но даже из нее с большого расстояния из леса по движущейся мишени очень трудно попасть, а у стрелка права на ошибку не было. Значит он затаился где-то рядом с дорогой. Там камеры есть?
- Уже проверили, Юрий Ильич, нет там ничего.
- А куда ехал Гасанов, установили?
Кремнев покачал головой.
- Стрелок помешал. Мы предполагаем, нас ведут сразу после установления наблюдения за Гасановым, а следовательно, они следили за ним и обнаружили нас, а вчера и Лужину.
- А могли Свету связать с нами? - спросил Заботин.
- Думаю, нет, - ответил Лев. - Связь у нас по специальным телефонам, хвоста за ней не было, проверяли, к ней из наших никто не заходил. Я уже докладывал: за Гасановым она поехала вынуждено, он срочно повез какие-то документы на встречу - время установить наблюдение не оставалось. Тогда-то она и попала в поле зрения стрелка, скорее всего, он ее и похитил.
- Будете опрашивать соседей и смотреть запись, будьте аккуратней, чтобы Лужину не раскрыть. И еще, Серебряный бор-это остров, там все дома на пересчет. Надо понять, к кому ехал Гасанов, - полковник посмотрел на Кремнева.
- Уже работаем, Юрий Ильич.
   Он проследил до конца за Гасановым и, убедившись, что тот на месте, позвонил. Голос в трубке произнес: "По второму варианту". Он задумался. "А если Шамиль с шофером? Нет, он не дурак, наверняка сам за рулем. Тогда, до скорой". Оставив машину впереди на обочине, он вернулся и занял тоже место, что и накануне. Все повторилось с точностью, как в прошлый раз. Он вернулся к своей машине и поехал в противоположенную сторону. Остановившись напротив Гасанова, растерянно стоявшего у пробитого колеса, он спросил:
- Что случилось?
Шамиль зло пнул ногой по резине: "Прокол!"
- Могу помочь, я автомеханик. Тысячи не жалко?
Гасанов усмехнулся:
- Договорились.
- Запаска, домкрат, баллонный есть? - спросил он. подходя к машине.
Шамиль замялся, предположив, что все в багажнике.
- Ладно, своими обойдусь.
Он проехал немного вперед, а затем задним ходом подъехал к багажнику Фольксвагена.
- Давай, открывай, - скомандовал он, поднимая крышку у своей машины. Шамиль замешкался, возясь с замком.
- Это что, не твоя что ли? - спросил он.
- Служебная.
- Ну, давай посмотрим, что здесь у тебя.
Гасанов заглянул в открывшийся багажник, вдруг дернулся и обмяк. Он мгновенно перебросил его к себе, заклеил рот и, перемотав руки и ноги скотчем, захлопнул крышку. Все произошло так быстро, что из проезжающих мимо машин было видно, как водитель что-то искал или перекладывал в багажнике.

8
   Дверь медленно открылась и на пороге появился он, поддерживая с трудом переставлявшего ноги Шамиля. Света сидела в углу, с любопытством наблюдая за ними. Он был одет в черный френч и свободного покроя брюки, на голове бейсболка, развернутая козырьком назад, черные ботинки и закрытое водолазкой наполовину лицо. По сути, видны были одни глаза, но рассмотреть их не получалось из-за достаточно дальнего расстояния. Гасанов был излишне бледен, что заметно контрастировало с его смоляными волосами, взгляд блуждал, делая его похожим на перебравшего клерка. Он опустил его в соседний угол и разрезал скотч на ногах и руках Лужиной. Потом, не проронив ни слова, он вышел, и Света услышала звук задвигающегося засова и громкий скрежет входящих в пазы дверных штырей.
"Два оборота" - мелькнуло в ее голове. Из соседнего углу послышалась возня. Первое, что пришло ей в голову, когда она увидела своего шефа, была мысль, что не все так хорошо, как казалось. После их встречи в подвале, ее как свидетеля вряд ли оставят в живых.
- Привет, Шамиль! Я не опоздала, пришла раньше вас, - попробовала пошутить Света.
Он смотрел на нее взглядом наркомана и, с трудом двигая губами, задал идиотский вопрос:
- А вы почему не в офисе?
- Смотрю, тебе совсем хреново? Эй, в рубке, приведите шефа в норму, общаться невозможно, - крикнула она, зная, что их и видят, и слышат.
- Минут через десять оклемается, - ответил металлический голос.
Прошло четверть часа и Гасанов подал первые признаки здравомыслящего человека:
- Как мы сюда попали и где мы?
- Не знаю ни того, ни другого. Спросите его, - она кивнула в сторону маленькой штучки в углу над дверью.
- Кого его? - не понял Шамиль.
- Того, кто нас сюда посадил. Я не знаю кто он, и что ему надо.
Открылась дверь, и в комнату полетел сверток материи, оказавшийся двумя одеялами, а на пол он поставил миску из мягкого пластика с водой и два бургера, завернутых в фирменную бумагу. Лужина по хозяйски забрала одно одеяло себе, а второе бросила в угол Гасанова.
- Ну, давай колись Шамиль, что им от тебя надо? Что ты натворил? Какого черта я должна из-за тебя здесь торчать?
- Ты, девочка, забываешься, с кем говоришь! Какой я тебе "ты Шамиль"! - истерично  закричал Гасанов.
- А кто ты есть? Какая от тебя польза? Канцелярия, канцелярия! А вместо этого сраный подвал! - перебила его Света.
- Какая канцелярия, какой подвал?! - продолжал он возмущаться. - Мы что в подвале? В каком, к черту, подвале?!
- Ты что, тупой? Говорю же, спроси у него? - начала терять терпение Лужина и обратилась к штучке в углу:
- Ты можешь его успокоить? И еще, привези мою сумку, в ней вся моя женская суть.
Вскоре раздался тот же искаженный голос:
- Шамиль, кто эта женщина?
- Как ни странно, моя секретарша Светлана Ивановна Лужина.
- Ты обещал устроить ее в канцелярию?
- Может быть, не помню. Я им всем обещаю.
Голос отключился, и как ни старался Гасанов вывести его на разговор, в ответ стояла полная тишина.
 
9
   На въезде во двор дома, где жила Лужина, камера не работала. Машина Светы сиротливо стояла во дворе. Опрос соседей ничего не дал, но мужчина, гулявший с собакой, сообщил, что видел, как человек, одетый во все темное, сажал к себе в машину женщину, по описанию похожую на Свету.  Мужчина утверждал, что женщина была пьяна. На номер он не обратил внимание, но уверял, что машина была черной BMW. Балаяну удалось по камерам наблюдения найти предполагаемую черную BMW, но она появилась в поле зрения не при выезде из двора, а на повороте от дома Лужиной и могла оказаться другой машиной. Однако, за неимением достаточной информации, Артур проследил ее маршрут, который терялся в районе пересечения Молодогвардейской улицы с Ярцевской. Все же номер BMW имелся, и вскоре стало известно, что машина принадлежит Колкину Александру Марковичу, зарегистрированному в Подольске. Проверка показала, что он полгода назад продал машину Михаилу, фамилии он не помнил, получил деньги и дал  доверенность на перерегистрацию. Через нотариуса, оформившего доверенность установили, что Михаил Червухин, житель Иркутска, получил за эту услугу десять тысяч, но свою BMW никогда не видел и не мог подтвердить, черного ли она цвета. Все эти действия были совершены в течение дня, к исходу которого следствие располагало сведениями, позволяющими утверждать, что Лужину захватил стрелок на BMW черного цвета, номер которой был установлен, и аналогичным способом позже захватил Гасанова.
   После совещания Кремнев поехал к дому Лужиной. Он убедился в отсутствии слежки и подошел к ее машине. Дверь оказалась не заперта. "Торопился, - отметил он, - даже сумочку оставил". Он осмотрел содержимое. Среди обычных женских мелочей там было два телефона: обычный и для связи с ним. Подумав, Лев оставил оба в сумочку и быстро вылез наружу. Осмотревшись, он сел на дальнюю от подъезда лавку и притворился, что говорит по телефону.
Прошло чуть больше часа, как к машине подошел человек, открыл дверь справа от водителя, схватил сумку и побежал. Кремнев выждал немного, поднялся и не спеша отправился к своей машине. Включив монитор, он радостно воскликнул: "Есть!" На экране двигалась красная точка. Вдруг она остановилась, и вскоре раздался звонок его связного телефона. Лев нажал кнопку и взволнованно зашептал:
- Свет, ты дура? Чего мне звонишь, жена дома. Я же запретил звонить мне. Я сам наберу, когда можно будет.
   Он выключил телефон и сидел задумавшись. "Значит, просто дура похотливая. Спецсвязь установили", - усмехнулся он. Потом открыл смартфон, осмотрел его и закрыл. Тоже проделав со вторым телефоном, он двинулся дальше.
   Кремнев связался с Балояном и приказал держать СОБР в готовности выдвинуться по его сигналу. Он продолжал двигаться за BMW на расстоянии, не позволяющим его заметить. Достигнув Ромашкова, она свернула и остановилась у одного из домов. Лев оставил машину на обочине и прикинув, где может быть этот дом, пошел пешком.
   Стало темнеть, кое-где зажгли свет. Кремнев дошел до предполагаемого дома и заглянул через забор. Во дворе под навесом чернел BMW. Он набрал номер и, назвав адрес, сказал:
- Посылай СОБР, только без сирен и шума, но быстро.
Затем он перелез на соседний участок, решив ближе подойти к дому с боку. Вдруг раздался не злобный громкий лай и ко Льву подбежал огромный эрдельтерьер. Он смотрел на Кремнева и, виляя хвостом, издавал клокочущий рык, готовый превратиться в лай.
- Бриг, ко мне! - раздалась резкая команда, и показалась крупная женщина с тяпкой в руке.
- Вы кто? Зачем сюда залезли? - спокойно, со скрытым любопытством спросила она.
- Майор Кремнев, Следственный комитет, - представился Лев, показывая удостоверение. - Уведите собаку в дом и оставайтесь там сами. Здесь не безопасно, - попросил он. Вдруг, раздался звук открывающейся двери и прежде, чем сосед показался на крыльце, Кремнев упал под кусты.
- Что там случилось? Почему Бриг лает, Ксения Андреевна? - спросил сосед. Лев прижал палец к губам.
- Да все в порядке, Коля, мышей гоняет, - ответила хозяйка и, скомандовав "Домой", увела собаку. Николай поглядел по сторонам и закрыл дверь. Донесся звук задвинутого засова. Кремнев добежал до дальнего угла участка и преодолев невысокий забор, оказался с задней стороны дома.
   Открылась дверь, и на пороге показался Николай. Он стоял во весь свой высокий рост, держа в одной руке пистолет. а в другой сумку Светы.
- Держи, что просила, - он бросил сумку в угол, где сидела Лужина.
- Сделай прощальный макияж. Может там тоже мужики есть, подготовься.
Они впервые услышали его голос. На лицо по-прежнему была натянута водолазка.
- Ты что задумал? - начал Гасанов. - Я государственный чиновник! Меня уже ищут. Давай договоримся, твои условия? - без пауз проговорил Шамиль, меняя мнение по ходу предложения. Лужина, получив сумку, вытряхнула содержимое на одеяло и внимательно его перебирало.
- Не звони ему, он с женой, - усмехнулся хозяин дома. Света удивленно вскинула на него глаза.
- А ты откуда знаешь?
- Он просил передать, - продолжал ухмыляться Николай.
Лужина почувствовала прилив сил, но старалась оставаться в образе. Главным для нее было понять, что Лев знает, а значит он где-то рядом. Света взяла тушь, зеркальце и стала подкрашивать ресницы.
Гасанов застыл, ожидая ответа. Наконец, не выдержал и спросил:
- Какие твои условия? Давай договоримся. Ты можешь выйти отсюда очень богатым человеком.
- За тебя я получу не меньше. Государственные секреты, которыми ты торгуешь стоят дорого, но не меньше стоит тот, кто ими торгует. Я выбираю второе.
   В это время с улицы донесся какой-то шум. Николай сделал шаг назад и задвинул засов. Он осторожно подошел к окну и внимательно посмотрел во двор. Уже стемнело, и тусклого света уличных фонарей не хватало, чтобы осветить двор. Не заметив ничего необычного, он подошел к окну в другой комнате, выходящему на соседский участок и увидел какую-то фигуру, промелькнувшею от забора к входной двери. За ней мелькнула еще одна и еще. Николай понял, что дом окружен. Он быстро подбежал к двери в подвал и отодвинул засов. Послышался звук ударившейся о стену оконной створки, и через секунду в дверях появился Кремнев с пистолетом в руке. Николай выстрелил в него, и пуля попала в плечо. Лев отпрянул назад, стараясь зажать рану, и прокричал:
- Предлагаю прекратить перестрелку и обсудить положение. Дом окружен, но приказа на штурм пока нет. Если будет, то уже договориться не получится. Штурм для тебя - это смерть. Надеюсь ты это понимаешь. У тебя два заложника. Это твоя гарантия. Я сейчас войду без оружия и поговорим. Пистолет вот он, - Кремнев толкнул пистолет по полу подвала. - Я ранен и угрозы не представляю.
После этих слов Лев медленно появился в проеме двери, приложив руку к раненому плечу. Николай схватил Лужину и прикрылся ей.
- Не, - покачал головой Лев, - ее мне не надо, мне вон тот нужен, - он кивнул в сторону Гасанова и сморщился от боли. Николай оттолкнул Свету и схватил Шамиля. Лужина упала на одеяло, но кряхтя поднялась, выражая недовольство по поводу обращения с женщиной. В следующий момент она резким ударом вонзила в бедро Николая острую металлическую пилку для ногтей и почти в прыжке схватила обеими руками его запястье, где был пистолет. Он громко выругался и стал палить наобум. Но Света, навалясь  всем телом на руку держала ее, не давая стрелять в их сторону. Все произошло в считанные секунды, но этого было достаточно, чтобы Кремнев оказался рядом и одним ударом вырубил Николая. В тоже время в подвале появились бойцы СОБРА и Артур Балаян.
- Всех троих в отдел в наручниках, - приказал Кремнев, стоя на коленях и рассматривая плечо.
- Ну что, менты, помогла я вам задержать преступника? - послышался голос тяжело дышащей Лужиной.
- Пакуйте их всех, - обратился Артур к полицейским, даже не взглянув на Свету, - но чтобы не передрались.
Гасанов все время стоял не двигаясь и молча прикрывался портфелем.

10
   - Ну что, Шамиль Арсланбекович, - почти по слогам произнес отчество Кремнев, - что вы ездили к Калюжному в Серебряный бор, мы знаем, а почему бумаги не отдали? Ведь у вас в портфеле были документы из-за которых убили Рутберга, и вы это знали. Так почему не отдали? В цене не сошлись? Не боялись, что и вас?
Гасанов положил ногу на ногу и с видом человека случайно здесь оказавшегося ответил:
- Со мной были только документы, с которыми я иногда работаю дома. Они не составляют какую-либо тайну.
- Гражданин Гасанов, Калюжный тоже у нас, и мы могли бы устроим вам очную ставку, но дальше этим делом будут заниматься коллеги из ФСБ. Думаю, очные ставки и не только с Калюжным еще впереди, они это хорошо умеют устраивать. 
Гасанов поставил обе ноги на пол и заявил:
- Я готов сделать признание!
- Я же сказал, все у вас впереди, но если вы хотите признаться в убийстве Рутберга, то опоздали, убийца арестован. Да вы его знаете, провели с ним в подвале незабываемый вечер. Он и вас должен был убить, по той же причине, что и Рутберга, просто не успел. Кстати, вы теперь в вечном долгу у вашей секретарши. Она спасла вам жизнь.
- Я обязательно ее отблагодарю, выпишу премию, - саркастически заметил Гасанов.
- Ну этого уже не получится, не обольщайтесь, а поблагодарить можете. Он куда-то позвонил, и вскоре дверь открылась.
- Знакомьтесь, старший лейтенант юстиции Лужина Светлана Ивановна.
Она встала напротив и посмотрела на растерянного Шамиля сочувственным взглядом. Вдруг, лицо ее преобразилось, и она спросила услужливым тоном:
- Кофе как всегда с сахаром и корицей?
Он что-то собирался ответить, но она сделала пальцами жест, чтобы он закрыл рот и сказала:
- Ты плохо сделал работу и поощрения не заслужил.
   В кабинете Заботина собралась вся следственная группа, работающая по делу Рутберга.
- Хочу всех поздравить с прекрасно проделанной работой. Убийца пойман. Им оказался бывший полицейский Николай Шершеновский, он же Шершень. Две ходки за разбой. В его машине и телефоне мы нашли много интересного, особенно информационным оказался монитор. Там отмечены все маршруты фигурантов. В ночь убийства Рутберга BMW стоял недалеко от его дома. Слежка за Гасановым и Рутбергом сохранилась в памяти. Был он и у дома Лужиной. Это все, кстати, подтверждают записи его регистратора. Он не ожидал нашего появления и не успел все уничтожить, поэтому сначала пытался отпираться, но затем сломался и все рассказал. Попросил оформить чистосердечное.
- И как, Юрий Ильич, оформили? - поинтересовалась Лужина, не принимавшая участие в допросах.
- Оформили, Света. Пусть будет сговорчивее, на нем и так висит столько, что не отмыться. Он и Калюжного сдал, который оказался заказчиком. Ну, там все понятно, Калюжный управлял Шершнем, но не был первым номером, ниточка тянется выше. Однако, этим уже  занимаются федералы. Шершень должен был ликвидировать Гасанова, так как тот запросил большую сумму за документы и стал опасным свидетелем, но появление Лужиной спутало не только его карты, но и наши. Если бы не секретный телефон, по которому она связывалась с Калюжным и их находчивость, боюсь, Светлана Ивановна, все могло бы закончиться плачевно. Но победителей не судят. Вся группа будет поощрена материально, а Лужина представлена к очередному званию.
   Наконец, Света ничего не опасаясь, приехала к Кремневу. Они сидели на диване напротив друг друга, поджав ноги. На столе стояла початая бутылка вина и тарелка с сыром. Лев отрывал по виноградине с массивной кисти, которую держал подвешенной в одной руке, а другой закладывал их в периодически открывающийся рот Светы. Она по очереди проделывала с виноградинами тоже самое.
- Ну, давай, выполняй обещанное? - сказала она улыбаясь, закладывая очередную виноградину ему в рот.
- А что такое я обещал? - притворяясь, что не понимает, о чем речь, поинтересовался он.
- Все ты помнишь, просто боишься, - продолжала Света.
- Кто, я боюсь? Да, пожалуйста, - он слез с дивана и встал перед ней на колени. Вдруг раздался телефонный звонок.
- Слушаю, да я, - ответил Лев. - Хорошо, пришли адрес. Он изобразил гримасу сожаления и сказал:
- Двойное убийство, едем.
- Опять выкрутился, - проворчала Света одеваясь.