Андрюха Орел

1994 год. Октябрь.

Нашу машину останавливает наряд милиции, и быстро подтягивается СОБР. Собровцы в масках, ведут себя корректно, даже вежливо.
 Эта подчеркнутая вежливость, пожалуй, настораживает больше, чем если бы хамили.

У меня в салоне двое русских: я и Андрюха Орел — Орлов то есть.
 Позже он сменит фамилию на Шеленберг и эмигрирует в Германию, к родителям.
Отец у него был главным инженером на ВАЗе в Тольятти и благополучно свалил в землю Северного Рейна.
 Сам Андрюха жил сначала в Сыктывкаре, потом женился на местной балерине, а позже перебрался в Калугу.
Человек он был чрезвычайно авантюрный.

Годом раньше он чуть не подбил нас с коллегами на "хлопок".
В Коми АССР, как известно, много месторождений — нефтяных и газовых. Бригады работали вахтовым методом на "нефтянке".
 К слову, родной брат его был в ту бытность одним из высокопоставленных руководителей 6-го отдела республики.

Зарплату возили инкассаторы раз в неделю, насколько помню.

— Это наш шанс! — убеждал Орел. — Если что, мой брат прикроет.

— Без мокрухи, — отвечаю.

Оказывается, он уже заранее приготовил всё, что необходимо для "операции".
 Муляжи "калашей", маски и прочее. Дискуссия та была долгой, но, к счастью для всех, неубедительной.

...А теперь нас шмонают.
 Задают ряд дежурных вопросов и, на удивление, желают счастливого пути.

Тогда же, в октябре, я узнал о Диме Холодове.
Взрыв в редакции, журналист погиб. Андрюха молчал всю оставшуюся дорогу, и я молчал.
 Каждый думал о своем.