Статья Дойти и ничего не сломать

Автор статьи: Марина Боброва.
Дата: двадцать седьмое января две тысячи пятнадцатого года.
Полное название статьи: "Как дойти и не упасть. Как передвигаться по Великому Новгороду на костылях и ничего себе не сломать".


  Корреспондент интернет-издания "Прямая речь" Марина Боброва сломала ногу, и в результате вынуждена была три месяца передвигаться на костылях. Она прошла по самым людным местам города, чтобы опробовать на себе, удобен ли Великий Новгород для инвалидов и людей с травмами.

  Костыли с хрустом упираются в лёд. Песка на нём нет. Им посыпали соседний тротуар, на котором нет заледеневших луж, но зато есть голый асфальт. Сейчас главная задача - сильней опираться на ногу, иначе костыли разъедутся в разные стороны, и оценивать покрытие тротуара я уже буду лицом. Ловить меня некому: прохожие почтительно огибают костыляющего. До автобусной остановки пятьсот метров, и ни одной лавочки по пути. Здоровая нога уже научилась брать себя нагрузку за двоих, но под конец пути всё же начинает трястись. Мне ещё предстоит перепрыгнуть поребрики на светофоре, а по окончании дороги - огромную лужу. Лужи - тоже показатель устройства городской среды. На дорогах и тротуарах они появляются из-за некачественного дорожного покрытия. Вода скапливается на поверхности, а не уходит в ливнёвую канализацию, которая тоже должна хорошо функционировать.
  И вот я на остановке. В планах - самостоятельно доехать до аптеки и зайти в торговый центр. Страшно представить, если я не смогу запрыгнуть в автобус и упаду назад себя. Хорошо, если кто-то страхует меня сбоку и сзади. Однако окружающие с настороженностью относятся к человеку на костылях: не знают, как помочь. Поэтому все расходятся, как бы предлагая мне самой залезть в подошедший троллейбус. Подниматься страшней, чем спускаться: порог автобуса слишком высокий, нужно запрыгнуть на него, опираясь только на костыли. Поручней в дверях нет. Внутри тоже опасно: нужно успеть удержать равновесие в раскачивающемся транспорте, схватиться за перила, и при этом не уронить костыль. Рядом оказалась пара свободных сидений, так что никому не пришлось уступать мне место. Мне достались только удивлённые цоканья женщин. Выбраться из автобуса оказалось сложней: пока я вставала и добиралась до ступенек у двери, водитель, не рассмотрев в последних дверях фигуру с костылями, закрыл передо мной двери. Пришлось ехать до следующей остановки. Спуститься, надо сказать, тоже мне не помогли. Двое мужчин аккуратно прошли боком рядом со мной.
  Два месяца назад, когда меня только выписали из больницы, я бы наотрез отказалась добираться до дома на автобусе. Чтобы одолевать без одышки расстояния более десяти метров, нужно прокачать мышцы рук и ноги. В таком состоянии любая преграда на пути кажется непроходимой. Что уж говорить о поребриках и порогах. А их, как назло, очень любят сооружать строители во всевозможных местах. В Новгородской областной больнице, например, самый ненавистный участок для больных в отделении травматологии - вход в туалет. Дверь в него сделана с высоким порогом, который нужно перепрыгнуть людям, волокущим ноги после операции. "Благодаря" порогу в туалет не может заехать инвалидная коляска. Если огрехи в проектировке помещений для маломобильных граждан делают в травматологическом отделении, что говорить об уличном пространстве...
  Добравшись до торгового центра "Русь", я решила проверить, насколько новгородцы сочувственно относятся к травмированным. Засекла время и встала у первых ступенек торгового центра в ожидании прохожего, который мне поможет подняться.
  Ждать перед ступеньками на удивление пришлось не долго. На подъёме я простояла три минуты под пристальными взглядами мимо проходящих джентльменов. Но тут вызвалась помочь проходящая женщина в возрасте. Спуститься с лестницы мне помогла девушка спортивного телосложения. При повторном эксперименте мне помогли парень и, снова, женщина. Прекрасный пол по сочувствию лидирует. Можно сделать вывод, что отправляться на прогулку можно спокойно, рассчитывая, что забраться на непроходимые вершины тебе помогут прохожие. Но для колясочника те же ступеньки у "Руси" - непроходимая гора. А если рассчитывать на помощь, то коляску придётся поднимать не одному, а пятерым прохожим. Внутри торгового центра те же проблемы. На костылях можно запрыгнуть на эскалатор, если точно прицелиться, но на коляске человек не сможет подняться выше первого этажа. Для инвалида на коляске это вообще не вариант. То же самое в торговом центре "Волна" - там лестницы ещё и с разворотами, что составляет дополнительную трудность.
  Надо объяснить, что сложность передвижения по лестницам даже не в том, чтобы по ним скакать, прилагая много усилий, а в том, что нужно удержать равновесие в тот момент, когда ты висишь на костылях между первой и второй ступеньками. Если неправильно рассчитать силы, то можно упасть либо вниз, либо завалиться назад. Ступеньки со скользким покрытием увеличивают возможность получения травм в разы. Поэтому желательно, чтобы рядом кто-то держал меня за руку. В одиночку можно подниматься по лестнице, опираясь одной рукой на перила, а другой - на костыль. Перила устойчивые, поэтому держаться за них не так опасно, как висеть на костылях. И единственный раз за время моих похождений я упала как раз в том месте, где не было перил - в старом корпусе гуманитарного института Новгородского Государственного Университета.
  Мне посоветовали прогуляться на костылях по новгородскому травмпункту. Сообщили, что приём пациентов с травмами ног зачастую ведётся и на втором этаже, а рентген и туалет - на первом. Люди с травмами вынуждены бегать по лестницам туда-сюда. Я отправилась искать лифт, который находится в соседствующей с травмпунктом поликлинике. Меня встретил "дружелюбный" охранник.
 - Здравствуйте! А не подскажете, где лифт?
 - Что?
 - Лифт!
 - Сегодня суббота!
 - И что это значит?
 - По выходным лифт не работает!
  Сюрприз номер один. У лифта в траматологии есть график: в будние дни он работает с восьми до восемнадцати, а в выходные отдыхает. Успокоили нас тем, что врач принимает в выходные на первом этаже. А мне нужно в аптеку. Аптека на втором. В поисках лестницы прохожу мимо туалета. Рядом с "М" и "Ж" есть туалет для инвалидов. Я, можно сказать, подхожу под эту категорию посетителей. Дёргаю, и в спину мне доносится крик охранника:
 - Куда?
 - В туалет.
 - Не работает он!
 - Почему?
 - Закрыто!
  И больше никаких объяснений. Сюрприз номер два. А в женском туалете ждал сюрприз номер три: одна из двух кабинок заклеена скотчем. А в той, что действует, узенький дверной проём: никакая коляска туда не влезет. Как человеку в травматологическом отделении на инвалидном кресле сходить в туалет? Более того, на инвалидном кресле он самостоятельно не сможет забраться в травматологию. Потому что на входе в неё ждёт самый главный сюрприз: там нет пандусов. Есть заасфальтированный подъём для машин, но он не оснащён даже поручнями для передвижения по нему человека на коляске.
  Что уж говорить о пандусах в других учреждениях города? На "Пяти углах", например, есть аптека с непреодолимым двухъярусным пандусом из лестницы и "горки". Перил у пандуса тоже нет - лишь красивые узоры, вроде забора в детском саду. И, в завершение этой чудовищной конструкции, у порога вас поджидает одна ступенька: острая, высокая, добротная. Даже на костылях по нижнему пандусу невозможно пройти, потому что это не медленный подъём, а горнолыжный склон: сделав пару шагов с костылями вперёд, я сильно отклоняюсь назад, и, по вине резкого наклона, чуть не валюсь на спину, едва успев отпрыгнуть назад.
  Такие нелепые конструкции украшают Великий Новгород потому, что в устройстве пандуса много тонкостей, которые новгородские проектировщики не хотят изучать.
  Согласно Федеральному закону от двадцать четвёртого ноября тысяча девятьсот девяносто пятого года номер 181-ФЗ (редакция от двадцать первого июля две тысячи четырнадцатого года, с изменениями от первого декабря две тысячи четырнадцатого года) "О социальной защите инвалидов в Российской Федерации", "Планировка и застройка городов, других населённых пунктов, формирование жилых и рекреационных зон, разработка проектных решений на новое строительство и реконструкцию зданий, сооружений и их комплексов, а также разработка и производство транспортных средств общего пользования, средств связи и информации без приспособления указанных объектов для доступа к ним инвалидов и использования их инвалидами не допускаются".
  Закон обходят в выгоду коммерческих интересов, а не в сторону покупателей и потребителей.
  "Главное - пандус должен быть удобен и безопасен. Уклон должен быть один к двадцати: это двадцать метров длины на один метр подъёма. Должны быть поручни эргономичной конструкции по обеим сторонам, должно обеспечиваться непрерывное скольжение руки по поручню на всей длине пандуса. Отбойник, предотвращающий соскальзывание (колеса, трости) с края пандуса по обеим сторонам. Покрытие должно быть нескользким в любое время года. На пути не должно быть преград. Часто пандусы крылец выполняются по месту, без проекта, что приводит к появлению весьма странных, а иногда опасных конструкций. К сожалению, даже проектировщики часто не уделяют достаточного внимания деталям пандусов и вообще доступной среды, отдавая принятие решений на откуп заказчику и подрядчику, которые могут не знать всех особенностей доступной среды", - считает инженер-конструктор, участник движения "Новый город" Кирилл Кузьмичёв.
  Однако даже самые часто посещаемые общественные места Великого Новгорода по-прежнему не доступны для маломобильных граждан. На инвалидной коляске человек сам не сможет передвигаться на вокзалах, в подземных пешеходных переходах, в аптеках, в торговых центрах, в школах, в университетах и в больницах. Представители бизнеса сегодня должны понять, что, открывая магазин, кафе или строя жилой дом без условий доступной среды, происходит потеря клиента, ведь в категорию маломобильных граждан входят не только инвалиды, но и родители с колясками, пожилые люди, дети дошкольного возраста, люди с травмами, туристы с чемоданами на колёсах. Тут действует простое правило: если будет удобно маломобильным гражданам - будет удобно всем.

Ключевые места статьи:
1. "Сильней упираться на ногу, иначе костыли разъедутся в разные стороны": заметно неприкрытое недоверие к костылям, заставляющее большую часть времени опираться на "привычную" ногу. Полагаю, походка Марины была неравномерной: напряжённая подготовка шага на одной ноге, затем молниеносный тычок костылями ("прыжок") и тут же возврат на ногу с последующей паузой. Если было так, то неудивительно, что автору не нравится такой процесс. Подобным образом я "ковыляю", если беру в руки только одну "канадку", и меня получаемая "дерготня" тоже не устраивает. Зато когда подмышки и руки привыкают к нагрузке, когда начинаешь "чувствовать" костыли и переходишь на затяжные шаги с равномерным участием клюшек и ноги, то ходьба превращается в удовольствие. Интересно, сравнимо ли оно с тем, которое испытывают прыгуны с шестом? Что же касается страха "разъезда" костылей, то:
 - со временем формируется рефлекс, немедленно тянущий руки к корпусу в случае ухода костылей в сторону
 - руки (при применении классических костылей) привыкают двигаться "по рельсам" и теряют избыточную подвижность; работают, но сути, только плечевые суставы, тогда как локти согнуты и неподвижны
 - уменьшение давления на костыли не гарантирует их стабильности, - как раз наоборот. Устойчивость костыля определяет прежде всего угол его наклона: чем ближе к девяноста градусам, тем меньше шансов, что он куда-то поедет. Однажды мне довелось разуваться на весу, к тому же у моих костылей отсутствовали наконечники и, если не ошибаюсь, втулки, а пол был только что помыт и не успел высохнуть; я не упал, потому что установил костыли почти строго вертикально и передал им весь свой вес
2. "Ловить меня некому: прохожие почтительно огибают костыляющего", "Окружающие с настороженностью относятся к человеку на костылях: не знают, как помочь": я тоже, проходив на костылях почти четверть века, даже не представляю себе, каким образом окружающие способны помочь инвалиду с перемещением. Если будут держать за костыль, то это лишь помешает; если будут держать за руку - тоже ничего хорошего, и в обоих случаях при начале скольжения костылей или ноги помощник ничего не сможет предпринять. Суть проблемы в том, что человека на костылях невозможно обнять (то, что в статье определено словом "ловить"), невозможно сгрудить или зажать между двумя сопровождающими, не нанеся при этом вреда его устойчивости. К тому же действует принцип "не навреди", а ведь в ходе неразберихи при "ловле" падающего инвалида может быть нанесён вред его больной ноге. Когда-то, говорят, рыцари шли перед дамами во время спуска по лестницам, но дамы, оступившись, всё же оставались на совершенных человеческих ногах, к тому же могли выкинуть вперёд руки и с жутким воплем вцепиться ими в своих воинов, тогда как новичок на костылях в случае начала падения наверняка сожмёт ручки ещё крепче и просто упадёт вперёд как колонна, а если при этом и дотянет до спины страхующего, то имеет все шансы не удержаться и, скользнув влево или вправо, всё же грохнуться ничком. Плачевная ситуация с помощью работает и в обратную сторону: как-то я страховал свою маленькую сестру во время спуска по крутому травянистому холму, держа её за руку, но поскользнулся сам и упал, сумев, к счастью, вовремя освободить её руку и благодаря этому не уронить её тоже.
3. "Здоровая нога уже научилась брать на себя нагрузку за двоих": распространённое заблуждение здоровых людей. "Что имеем - не ценим". Многие из них наверняка даже не задумываются над процессом ходьбы как таковым, а кто задумываются, стесняются вглядываться в проходящих мимо инвалидов, прикидывая, сколько времени проводят те на ноге, а сколько - на костылях. И, как я предположил в первом пункте, новички уделяют опоре на костыли минимум времени.
4. "Страшно представить, если я не смогу запрыгнуть в автобус и упаду назад себя", "Сделав пару шагов с костылями вперёд [по пандусу], я сильно отклоняюсь назад, и, по вине резкого наклона, чуть не валюсь на спину": видим ярко выраженный страх завалиться назад. Елена Махова (канал "Вылечимся сами") предупреждала о том, что если не следить за больной ногой и не держать её впереди, то можно упасть назад из-за действия её веса. Возьму это на заметку и, если займусь обновлением руководства, подчеркну данный момент. Сам же я, не имея второй ноги, с такой проблемой не сталкивался, однако один раз назад всё же упал: соскользнул с высокого подъёма в сорок пять градусов, предприняв попытку опереться прямо на его склон (причём костылями, если не ошибаюсь) вместо того чтобы попытаться перешагнуть. Тогда было больно и страшно, но, к счастью, без последствий. И один раз едва не разбился, спускаясь с большого крутого косогора (описание данного приключения имеется в текущей версии руководства). Рекомендация на подобный случай прежняя: что бы там ни творилось под ногами и костылями, в первую очередь следует сохранять вертикальную ориентацию тела, а при подъёме ещё и поддерживать ровную инерцию, которая, как лебёдка, способна затащить вас наверх.
5. "Подниматься страшней, чем спускаться: порог автобуса слишком высокий, нужно запрыгнуть на него, опираясь только на костыли": вот тут категорически не соглашусь, потому что спускаться по лестницам на костылях гораздо труднее и опаснее, чем подниматься по ним. Высокие пороги автобусов и трамваев - дело другое, однако спрыгивать с их последней ступеньки - по ощущеням чуть легче, чем шагнуть в бездну. Просто не все застройщики знали, что такое перрон, либо место в городе экономили за счёт удобства и безопасности людей. Если, перемещаясь по ровной поверхности, новичок на костылях может себе позволить тычки, рывки и прыжки, пусть и в ущерб своему удобству и впечатлениям (не всё, знаете ли, даётся легко и сразу), то на лестницах всё перечисленное следует полностью исключить! Поставили ногу на нижнюю ступеньку - плавно поднимайтесь на ней, следя за равновесием; в случае нехватки инерции или ухода в сторону вы просто вернёте опору на костыли. Хорошо заранее потренироваться дома, забираясь на устойчивый широкий стул со спинкой. Кроме того, при переходе на новый тип костылей страх оторвать ногу от земли возвращается, и нужно повторить тренировки, чтобы освоить новый баланс.
6. "Нужно успеть удержать равновесие в раскачивающемся транспорте, схватиться за перила, и при этом не уронить костыль", "Рядом оказалась пара свободных сидений", "Пока я вставала и добиралась до ступенек у двери, водитель, не рассмотрев в последних дверях фигуру с костылями, закрыл передо мной двери": ничего не могу сказать относительно автобусов и троллейбусов, а вот в чешские трамваи старого типа инвалиды на костылях должны заходить через передние двери, и там возле кабины водителя имеется прочный вертикальный шест, за который можно надёжно ухватиться, не задирая рук (то есть не теряя классических костылей), а рядом расположено два кресла, занимать которые, если размышлять логически, инвалиды имеют большее право. Хотя я любил кататься стоя: это и приятный аттракцион, и лишняя самопроверка на прочность, и быстрый выход по прибытии. В конце вагона также доводилось ездить, и каждый раз испытывал ту нервотрёпку, о которой пишет Марина, хотя двери передо мной, к счастью, ни разу не закрывали.
7. "Чтобы одолевать без одышки расстояния более десяти метров, нужно прокачать мышцы рук и ноги": также не согласен с Мариной, так как прямой связи развития дыхательной системы и развития мускулатуры нет. Можно страдать от насморка или просто иметь маленький объём лёгких при хорошо накачанных мышцах, или наоборот - произносить на одном дыхании пару абзацев "Домика Джека", но с трудом поднимать ведро с водой. Ходьба на костылях всегда предъявляет повышенные требования к дыханию, тем более при высоком темпе, а вот требования к мускулатуре снижаются по мере получения опыта ходьбы. На классических костылях технически можно ходить даже "без рук", но вот нога всё же должна иметь достаточное развитие, однако перенёсшие полиомиелит люди также бывают способны передвигаться вертикально. Почему же новичкам так трудно? Я думаю, всё дело в их скованности: спинной мозг бунтует, паникует, блокирует суставы, превращает всё тело в полузастывшее глиняное изваяние, и необходимо прилагать дополнительные усилия на противодействие самому себе.
8. "Добравшись до торгового центра "Русь", я решила проверить, насколько новгородцы сочувственно относятся к травмированным": я крайне негативно отношусь к этому социальному эксперименту, достаточно популярному сегодня у разных блоггеров и корреспондентов! Ведь если ради "проверки" закричать "Волк!", а прибегающие на помощь люди оного не обнаружат, в следующий раз, когда волк действительно придёт, помощи можно и не дождаться. Была статья с подобным экспериментом, в которой здоровая репортёрша (из Белоруссии, если не ошибаюсь) задрала одну ногу и целый день водила за нос прохожих; также один физически здоровый видеоблоггер уселся в коляску и в компании настоящего инвалида-колясочника "искал вшей" у толпы. Марина Боброва ногу-то действительно сломала, но, судя по тексту, положением своим несколько злоупотребила, попросив излишнюю помощь ("При повторном эксперименте мне помог...").
9. "Можно сделать вывод, что отправляться на прогулку можно спокойно, рассчитывая, что забраться на непроходимые вершины тебе помогут прохожие": преступная, на мой взгляд, модель мышления! Большинство людей ходит по улице не просто так: у каждого свои заботы, да и силы человеческие ограничены. Неужели здоровые обязаны помогать калекам "за свой фарт", как говорил опустившийся напарник Фёдора Ивановича Лёха из сериала "Дальнобойщики"?! Попытка привить увечным такой подход есть попытка сравнять их с БОМЖами, которые, судя по всему, считают своим правом претендовать на какой-то процент наличности "прохожих". Если толпа скинется по "чирику" на коньячок выпивохе, она ведь не обеднеет. А там и на "хату" можно пожертвовать, да? Но современную прогрессивную женщину в попытке пустить здоровое население и даже себя саму "псу под хвост" (иногда даже в прямом смысле!) просто не остановить: слышал я на канале альпиниста Александра Смирнова историю об одной девушке, которая, научившись карабкаться по горам, стала таскать туда тяжело больных, мечтавших покорять вершины! Не думаю, что это называется благородством.
10. "На костылях можно запрыгнуть на эскалатор, если точно прицелиться": снимаю свою шляпу перед отважной Мариной Бобровой, потому как сам я на такой трюк не решался даже во времена своего безрассудного детства!
11. "Нужно удержать равновесие в тот момент, когда ты висишь на костылях между первой и второй ступеньками. Если неправильно рассчитать силы, то можно упасть либо вниз, либо завалиться назад": вот она - самая суть проблемы пересечения лестниц! Это именно то, чему вообще невозможно научить и чему очень трудно научиться самому. Остаётся лишь тренироваться с бордюрами (так что "поребрики" - друзья человека на костылях, а не его враги), практиковаться поначалу на невысоких лестницах, а также в свободное время исполнять следующие нехитрые упражнения: как можно дольше ловить равновесие, стоя на одной ноге; прыгать на одной ноге, строго попадая в задуманное место; начав шаг, пытаться зависнуть в его центральной фазе, не давая себе завершить шаг или отступить на начало. С другой стороны, все три упражнения могут не подходить людям с двумя ногами или даже представлять опасность для больной ноги (про "завалиться назад" я уже говорил в четвёртом пункте), однако бордюры подходят всем (даже людям, учащимся ходить на ходулях (не путайте с ходунками)!).
12. "Уклон [пандуса] должен быть 1:20, это двадцать метров длины на один метр подъёма": построение макета на бумаге показало, что такой пандус имеет подъём в семь градусов, а нехитрые расчёты показали, что километр описанного пандуса даст подъём всего на пятьдесят метров. Ужасная расточительность в плане занимаемой площади и финансовых затрат, особенно если мы говорим о городе! Кроме того, если оснастить пандусами все-все здания города снаружи, то и инвалидов станет больше, потому что тогда город превратится в полосу препятствий уже для здоровых! Если и делать город для всех, то сразу для всех, и таким образом, чтобы один класс не имел удобства за счёт другого. Например, самим инвалидам на колясках гораздо больше понравятся подъёмные платформы, либо можно иметь в каждом публичном здании пяток инвалидных кресел, чтобы родным или случайным помощникам не гробить свои спины, втаскивая инвалида на коляске по лестнице, а вместо этого перенести одного лишь инвалида и посадить в "публичную" коляску, тогда как его собственная останется снаружи на какой-нибудь цепи. А кто, раз уж зашла тема о доступности для всех, будет думать о простых, здоровых, но маленьких детях? Может, некоторые ступеньки слишком высоки для их коротеньких ножек, и они бы, раз нельзя просто изменить ступеньки, хотели хотя бы взяться за перила, но я за всю свою жизнь ни разу не видел перил, пригодных по своей высоте для детского роста! То же самое с транспортом: неизвестно ещё, кому труднее забраться в дубовый старомодный автобус - взрослому инвалиду на костылях или ученику младших классов!

Дополнительные выводы:
 - ценнейшим для руководства является не только опыт хорошо ходящего, а и, в равной степени, впечатления новичка, которые являются ключом к пониманию отправной точки изысканий (правильный вопрос - это половина ответа)
 - не город и здоровые люди должны угождать инвалиду, а в первую очередь инвалид в условиях обычной среды должен справляться со своими насущными задачами, обязан стремиться к этому, и лишь такой подход даёт продуктивные результаты. В качестве доказательства приведу инвалидную коляску отечественного производства, способную подниматься и спускаться по обычным лестницам (другое дело - в рамках программы "Доступная среда" сделать это устройство более доступным)
 - очень много в статье критики из-за недоступности городской среды для инвалидов-колясочников. Однако если гибридная "среда", удовлетворяющая запросам всех категорий населения, и может существовать, то только ценой колоссальных ежедневных усилий трудоспособного населения. Простой пример: колясочник забирается по правильному пандусу в магазин, а дальше что? Дальше он не может дотянуться до половины товаров. В торговле существует понятие вертикальной выкладки (или как она называется?), когда один и тот же товар доступен от пола до вершины стеллажа, но поддерживать её трудно. Будет ли колясочнику удобно смотреть в глаза изнурённым работникам магазина, которых заставили делать дополнительную работу из-за него и которые к тому же платят ему пенсию?
 - ещё раз убеждаюсь в том, что помимо повышения навыков инвалидов и совершенствования технических систем важно также развивать соответствующую этику. По телевизору транслируют сейчас социальную рекламу аутизма, из которой следует, что здоровое общество должно узнавать об этом недуге и безропотно терпеть его подчас страшные и опасные для окружающих проявления, то есть, извините, "понять-простить". Почему люди должны терпеть что-то неприятное, почему они должны ставить свои жизни под угрозу, - почему они вообще должны интересоваться патологией, когда им необходимо в первую очередь осваивать здоровье и, к слову говоря, ежедневно решать массу возникающих перед ними проблем!? Да, снисходительность к слабым и увечным - благородная черта, но нельзя вот так вот бесцеремонно требовать снисходительности
 - всё же растерянность перед изменениями в процессе ходьбы, которая у некоторых людей может развиться в страх, является одним из первостепенных препятствий, возникающих на пути освоения ходьбы на костылях, поэтому я продолжаю считать целесообразным осваивать костыли в тёплое время года, когда отсутствует ледяной покров, или просто дома. С другой стороны, именно ледяной покров является основной причиной возникновения переломов ног и необходимости применения костылей, а дальнейшая медико-документальная волокита лишь усугубляет нагрузку. Также имеются среди нас ярые сторонники "крещения боем" (этакие гражданские "деды"), утверждающие, что прошедший изначально самое тяжёлое после будет отдыхать на среднем и лёгком уровнях, однако нормальный порядок вещей (как в школе: от простого к сложному) при условии хорошо организованной методики со стороны обучающего и заинтересованности в сочетании с исполнительностью со стороны обучаемого дают гораздо более прочное и широкое знание, но с большими затратами по времени. А куда, скажите, торопиться инвалиду? Моя история освоения костылей не вписывается в общую картину в связи с исключительно небрежным моим отношением к собственному здоровью: например, когда впервые я выбрался зимой прогуляться на костылях по двору, я подвернул свою единственную ногу, но продолжил приключения и вернулся домой лишь спустя несколько часов - когда нагулялся. Лучшим, на мой взгляд, решением было бы давать хотя бы самые элементарные навыки уже в школе, на уроках ОБЖ или технологии (но последняя различается по полу учеников, так что раздел пришлось бы дублировать, либо можно организовать в каком-либо классе общий курс, так как есть и другие бытовые навыки, необходимые обоим полам)
 - Марина Боброва использовала костыли отечественной фирмы "Аверсус". Такие же были и моими первыми "алюминиевыми" костылями. Их особенностью является низкая упругость в сочетании с достаточно высокой гибкостью; другими словами, если, например, нижнюю стойку целенаправленно сгибать, она будет принимать новую форму вместо самовозврата к форме прямой трубы; это делает модель малопригодной для использования зимой, потому что сопротивление высоких сугробов деформирует костыли (по высоким сугробам гораздо легче, на мой взгляд, перемещаться на "канадках"). Девушек может оттолкнуть винтовое крепление нижней стойки. Во всём остальном же классические модели "Аверсуса" - неплохой выбор: крепкий пластик, исключительно удобные ручки, эстетичный внешний вид, умеренно-повышенный вес костылей, обеспечивающий дополнительную тренировку рук. Это не реклама, а, скорее, вспышка ностальгии...