Укатали Сивку крутые горки

Издревле человеческую жизнь было принято сравнивать с горящей свечой. Умирает человек и свеча угасает. Но и при жизни это свечение бывает разным: одна горит ярким пламенем и согревает людей вокруг, другая же слабо, фосфорически светит, как холодная Луна, и никто рядом с ней обогреться не может.

Мне всегда казалось, что моя подружка Эльвира Потехина по характеру была именно таким пышущим горячим огоньком. За душевную отвагу, общительность, веселый характер и неиссякаемую предприимчивость я прозвала ее перпетуум мобиле (вечный двигатель). У жизнерадостной Эльвиры были постоянно какие-то проекты в голове, которые она тут же начинала продвигать в жизнь. К сожалению, не все удавались, но она не унывала и тут же загоралась новой идеей.

Мы стали подругами, хотя по характеру очень разные. Она - шумная болтушка-говорушка, а я - тихая мышка-норушка. Чтобы представить душевный склад каждой из нас достаточно вспомнить фильм "Москва слезам не верит" Владимира Меньшова. Так вот Эльвира - это подобие Людмилы (которую так талантливо сыграла Ирина Муравьева) - веселой, неунывающей провинциалки, ищущей своего счастья в большом городе. Ну, а я больше похожа на Катю Тихомирову, такая же тихая, сдержанная, но упрямая. Где-то и судьбы у нас сложилась, как у героинь этого фильма.

К сожалению, год назад свеча жизни моей подружки, Эльвиры-Людмилы, погасла. Но я ее не могу забыть, она была такой необычной - горячей, веселой женщиной. И я очень боюсь, что этот образ поблекнет, растает в небытии и забудется навсегда. И потому решила о ней написать. Это мой букет цветов, любимых ей ромашек, на могилу подруги.

***
Родилась Эльвира или Элька, как звали ее родные, в небольшом городке Ковылкино, в Мордовии. Отец был техником, а мать- фельдшерицей. Эльвира рассказывала, что мать ее была женщиной чрезвычайно сдержанной, молчаливой и серьезной, она ее побаивалась, а отец, напротив, неутомимый весельчак и балагур. Эльвира выдалась в отца - такая же никогда не унывающая болтушка и хохотушка.

После окончания школы она решила поступать в медицинский институт. И не только потому, что мать были медиком, но подтолкнула к этому решению серьезная болезнь, поразившая ее в детстве. Время было послевоенное, трудное и голодное, многие россияне болели туберкулезом легких. Ну, а девочке Эльвире особо не повезло, у нее легочный туберкулез распространился на позвоночник. Как результат - сильные боли, долгое лечение в больницах и санаториях. Но все-таки деформации позвоночника не удалось избежать, возникло его искривление и укорочение.

Иногда она мне говорила:
- Ну разве такая бы я была, если бы не проклятая болезнь! Посмотри на мои руки и ноги, ведь они крупные и не подходят к моему короткому туловищу. Видишь теперь? Я всего 160 см росточком, а моя здоровая сестра аж 175 см. И я такая же была бы, если бы не болезнь.

- Ну, и какая разница, - отвечала я. - Взгляни в зеркало, какая ты миловидная и обаятельная. И как все мы тебя любим, просто обожаем, за общительность и веселый характер.

Действительно, была она зажигалкой и душой любой кампании. Без нее было скучно и грустно, появлялась Элька и все вокруг оживало, расцветало и начинало ходить ходуном. И я никогда не задумывалась о том, что может быть иногда ее веселье было вынужденным и вымученным, ведь боли в спине хоть и поутихли, но никуда не делись. Или может старалась она компенсировать физический недостаток своей активностью, приятным обхождением  и жизнерадостностью. Боролась за место под солнцем!

Как и полагается, в институте она влюбилась, но первая любовь распалась, и сочеталась она браком совсем не с тем, о ком грезила. Вышла замуж потому, что время пришло и все подружки уже свадьбы отыграли. Муж ее стал работать хирургом, а Эльвира - специалистом по лечению туберкулеза - фтизиатром. Хотелось ей помочь другим стать здоровыми и не страдать так, как привелось ей. Муж работал в городской больнице, а Эльвира - в тубдиспансере. Вскоре родилась дочка, а после того начались неудачи- один за другим двое детишек появились на свет слабенькими, нежизнеспособными и умерли сразу после родов. Эльвира была в отчаянии и сама с нервным расстройством попала в больницу. Но впоследствии снова забеременела и на этот раз все прошло удачно. Родился сыночек, Артурка.

Все бы хорошо, но постепенно отношения с мужем стали разлаживаться, она- с детьми, а у него постоянно работа, да и увлечения на стороне появились. И тут услышала Эльвира, что в Питере участковых врачей не хватает и в культурную столицу их приглашают на жительство. Все им предоставляют - и работу, и ленинградскую прописку, и жилье. Ну, как же она могла такую удачу упустить, детишек под мышку и в Питер полетела. Не остановило ее даже то, что муж  переезжать отказался, решил остаться жить в родной Мордовии. Эльвира уехала, поначалу еще надеялась, что муж одумается и к ним переедет. Но этого не случилось и пришлось разводиться.

***
Так вырвалась Эльвира из скучной Мордовии и стала жить в городе царских дворцов и парков, в российской культурной столице Санкт-Петербурге. Работала участковым врачом, а для житья предоставили ей 2 большие комнаты в питерской коммуналке. Дочка в школу пошла, а Артурку в детский садик устроила. Жили неплохо, быстро появились у нее подруги, а потом и поклонник, Александр, объявился. Он стал ей верным другом и любовником, ее опорой и поддержкой. Ведь наступили уже лихие 90-е, кто-то в самом низу оказался, а некоторые приподнялись и предпринимателями заделались. Саше повезло, он оказался удачливым бизнесменом. Одна беда - был он женат и семью с детьми оставлять не собирался. Так они и жили, по сути был Саша двоеженцем, что в России в те времена было совсем не редкостью. Он помогал Эльвире деньгами, посодействовал, чтобы отдельную квартиру она получила. Да и сама она не терялась, быстро сориентировалась, поняла, что можно с пациентов деньги брать и стали они ей дружно конверты в карманы белого халата совать.   

Иностранцы очень радовались развалу СССР и тоже старался нагреть на происходящем руки. Они наводнили республики бывшего Союза и вывозили из страны ее богатства- строевой лес, ценные породы животных, антиквариат, старинные иконы.. За бесценок скупались фабрики и заводы, приобретались лицензии на товары высокого спроса- пиво, вино, водку.. Обратили они внимание и на русских женщин- это несомненное советское достояние. Ведь отличались россиянки мягким покладистым характером и трудолюбием, собой были пригожие, интеллигентные и, что немаловажно, высокообразованные.

Расчетливые иностранцы рассматривали наших женщин как удачное вложение, с таким прекрасным образованием будет супруга работать и сможет за границей себя и мужа содержать. Особенно ценились врачи, ведь за рубежом их не хватало и зарплаты у них были высокими. Случалось, конечно, и так, что какой-нибудь неказистый дряхлый иностранец подыскивал молодую русскую красавицу, чтобы скрашивала она его грустную старость. Но большинство искали выгоду и не собирались содержать за свой счет даже молодых и красивых.. Отечественные газеты были заполнены брачными объявлениями от мужчин из Европы, Канады, США, Австралии. Все они искали русских жен..

Надо сказать, что многие русские женщины клюнули на эту приманку, уехать жить за границу считалось престижным. Советские люди так долго жили за железным занавесом, что жизнь за границей стала представляться им сказочным раем. Ведь запретный плод всегда сладок! Русские женщины оставляли своих русских мужей и любовников и бросались в объятия иностранных принцев.

Ну, конечно, загорелась и наша Элька этой новой волнующей идеей - выйти замуж за иностранца. Теперь ее манила сладкая (как многим русским женщинам казалось) жизнь за границей. Новое и неизвестное ее никогда не пугало, она была на ногу легкая, птичка перелетная. Недаром мы считали ее генератором идей, перпетуум мобиле! Заразила она этой идеей и дочку, которая уже закончила школу и тоже к перелету была готова. Началась у них интенсивная переписка с иностранными женихами, которая вскоре начала приносить плоды. Первой выехала за границу дочка, к жениху из Норвегии. Ну, а за ней подтянулась и Эльвира, встретила подходящего мужичка в Швеции.

Был он стар и неказист, гриб замшелый, не чета ее бывшему мужу или же любовнику Александру. Но зато обещал ей сладкую заморскую жизнь. Бросила Эльвира все позади, и Сашку, и Россию, поднялась на крыло и перелетела с сыном в Швецию. Была и еще одна причина ее быстрого переезда, в которой она мне призналась позднее: питерская прокуратура заинтересовалась участковым врачом Эльвирой Потехиной, которая брала взятки с пациентов.

Перед отъездом она спешно приватизировала и продала свою квартиру. Взамен приобрела маленькую комнатушку в коммуналке и перевезла туда свой скарб. То есть "все корабли за собой сожгла" и приехала в Швецию с 12-летним сыном и с некоторым капиталом. Поселились они в старом деревенском доме мужа-гриба недалеко от шведского города Эскильстуна. Однако муж возмутился и стал диктовать ей свои условия: "Тебя я принимаю, а вот сын мне твой совершенно не нужен! Мы так не договаривались!" Он уже чувствовал себя хозяином положения. Заметалась Эльвирка, что делать? Но и тут выход нашла, стала сыну комнату снимать В Эскильстуне. Ведь деньги у нее оставались от продажи питерской квартиры.

Поначалу сильно радовалась, что живет теперь за границей, в ухоженной и чистой стране. Перед бывшим мужем и родственниками хвасталась, что поднялась так высоко и вырвалась из захолустья, где родилась и выросла. Хотя, надо сказать, что жизнь с старым шведским мужем, ворчливым "грибом", далеко не всегда была сладкой. А некоторые шведы, знакомые ее мужа, которые бывали в Ленинграде как туристы, вообще удивлялись ее выбору:
- Ну, как можно было променять великолепный город царских дворцов, С-Петербург, на какой-то второстепенный город в Швеции?
Ведь все они считали, что с приходом к власти Горбачева пришла в Россию  свобода и демократия. Так зачем же из такой страны надо было уезжать? Ведь они Горбачева даже Нобелевским лауреатом сделали и Нобелевскую премию мира ему в Стокгольме вручили.

***
Однако, что сделано, то сделано. Стала Эльвира в новую жизнь вживаться. Сын пошел в шведскую школу, а она сама на курсы по изучению шведского языка. В общем типичная жизнь русской эмигрантки. Через год удалось ей устроиться врачом-аускультантом или вольнослушателем в местную больницу, в отделение легочных болезней.

Трудилась и все капризы мужа терпела и утешала себя лишь тем, что живет она с ним до поры до времени. Получит официальное разрешение на проживание в Швеции, подтвердит свой диплом, станет сама зарабатывать, и только он ее и видел. А в душе прочно угнездилось чувство, что ей страшно повезло, что поднялась она из "грязи в князи" и живет теперь в Швеции, по ее понятиям в земном раю. Хотя надо сказать, что на райскую ее жизнь была мало похожа.

Странное дело, но приходится слышать о том, что такие странные метаморфозы происходят со многими русскими эмигрантами. Прочла в интернете рассказ о высокообразованной женщине, начальнике лаборатории в Москве, которая эмигрировала в США и там, за неимением работы по специальности, устроилась работать педикюршей. Чистит грязные ногти на ногах у американцев и заявляет, что счастлива! Другой известный русский модельер рассказывал, как переехал он во Францию, оставив благоустроенную большую квартиру в центре СПб. Поселился в чердачной комнате на окраине Парижа. С допотопными удобствами- туалетом и колонкой для воды  на улице. Но тоже считает себя счастливым! Что это неужели проявления рабской русской натуры? Лучше на краешке стула в гостях, чем в кресле у себя дома?

Свои деньги У Эльвиры закончились и шведский муж стал выпихивать ее срочно искать работу. Но это оказалось очень нелегко, пришлось искать место для врачебной практики по всей Швеции. В конце концов предприимчивая Эльвира нашла такое место в небольшом шведском городе Норршопинге. Пришлось ей срочно туда переезжать. В этом городе жила я, и здесь мы с ней и познакомились.

Одинаковая судьба нас быстро сблизила: мы обе были русскими, по воле судьбы оказавшимися в чужой непонятной стране, обе были замужем за "странными" шведами и обе тяжко боролись, чтобы подтвердить русский врачебный диплом. Эльвира мне сразу понравилась - светловолосая и голубоглазая, веселая, задорная, всегда к лицу причесанная и одетая. С первой встречи она очаровывала всех своим жизнелюбием и открытостью. Это был огонек, который всех освещал и приносил всем радость. С ней было не страшно находиться в чужой стране, с ней "море было по колено".

Она быстро завязала контакты со всеми русскими женщинами в нашем городе и мы все ей старались помочь. На рабочем месте у нее отношения со шведами не сложились и я помогла ей перевестись на практику в мою поликлинику. Я там работала уже несколько лет и получила направление на специализацию в больницу. Наша дружба с Эльвирой становилась все теснее, она каждый вечер мне звонила и рассказывала о проблемах на работе и о неладах с мужем. Но несмотря на конфликты, муж, по-видимому, прочно прилепился к жизнерадостной Эльвире и переехал за ней в Норршопинг.

Мы с ней встречались, но не так часто, как хотелось бы. Обе были сильно заняты,  работа отнимала все силы, ведь это очень нелегко вести прием пациентов на чужом, малознакомом языке. Особенно шведов, ведь они - народ недоверчивый и подозрительный, особенно по отношению к русским. Надо было ухаживать и за детишками, ведь у меня было 2 детей-школьников и у Элеоноры - Артурка. Надо сказать, что сына ее я никогда не видела. Эльвира его ото всех прятала, видимо опасалась, что русские женщины станут ее осуждать. Посчитают, что ради Швеции и шведского мужа она отказалась от сына, выселила его и он мыкался "в людях", то на одной съемной квартире, то на другой.   

К сожалению, не заладилась у нее работа и в нашей общей поликлинике! И тоже, по-видимому, в силу чрезвычайной живости характера! Ведь врачом она была неплохим, но часто не могла смолчать и вступала со шведами-пациентами в ненужные дискуссии. Они к этому не привыкли, им это не нравилось и сильно их настораживало. В Швеции врач придерживается строгой субординации и в дискуссии с пациентами не вступает. Эльвира же высказывалась, что-то советовала, куда-то направляла, высказывала собственное мнение. Шведский врач собственное мнение иметь не должен, лежит у него на столе маленькая книжечка с рекомендациями по лечению разных болезней. Вот туда он и смотрит и лекарства, которые там прописаны назначает. А в сторону - ни на шаг!

Как-то я зашла в поликлинику и заведующая с тревогой поделилась со мной своими наблюдениями:
- Странно, но у кабинета Эльвиры всегда что-то происходит, какое-то движение, ненужные разговоры, восклицания. Она с пациентами все время что-то обсуждает! Зачем, она же доктор, и должна соблюдать дистанцию и работать по правилам!

Надо пояснить, что этого шведы не любят, у них во всем должен быть строгий порядок: "Ordning och reda, sex bara p; fredag!" То есть- "порядок и еще раз порядок и секс допускается только по пятницам!" Это казалось бы шутка, которую придумали сами шведы, но в ней есть доля правды!

И в поликлинике от нее решили избавиться, уж очень она не вписывалась в строго заведенные шведские порядки (рутины), придрались к какой-то мелочи и уволили.

Что делать, без работы никак, ведь жить на что-то надо. Безденежная и вся в долгах Эльвира кинулась в бюро по безработице. И там, как ни старались, но  работу в Норршопинге ей найти не смогли и пришлось ей возвращаться обратно в Эскильстуну. Вместе с сыном и мужем-"грибом", который к счастью от нее не отказался. Там хоть жилье у мужа какое-никакое оставалось.

***
Положение было отчаянное. Ни денег, ни работы, ни собственного жилья! И с мужем постоянные перепалки, и сын от рук отбился, и страх, что не найдет она никогда работу в Швеции. Ведь чувствовала, что поставлен на ее имени невидимый штемпель: "Эту на работу не брать!" И возраст уже немолодой, к 50 приближается. Не надо забывать, что была Эльвира по сути инвалидом детства, боли в спине и онемение в ногах никуда не делись. Ходить быстро она не могла. Но говорить об этом не любила, свои недомогания тщательно скрывала, хотела быть, как все. И радоваться жизни.

Вернуться в Россию? Но куда возвращаться, ведь питерскую квартиру она продала, а в 7-метровой комнатушке не проживешь. Родители уже умерли, кому она там нужна?

И куда мы все кидаемся, когда положение кажется тяжелым и безвыходным? Ну конечно в церковь! И хотя была Эльвира, как и я, воспитана в советском духе, то есть неверующей атеисткой, но когда стало трудно, то потянуло ее в русскую церковь. Надо было к чему-то или к кому-то прислониться.

Православную церковь в Швеции не так легко найти. Но она обнаружила русскую церковь в Стокгольме. Поехала, выстояла службу, а потом подошла к священнику, чтобы исповедоваться и причаститься. Священник был швед, и по-русски говорил с сильным акцентом. Но он Эльвиру выслушал, понял и благословил.

И удивительное дело, но с этих пор все стало постепенно налаживаться, наконец-то сдвинулось с мертвой точки. Нашла она временную работу врача-практиканта в Эскильстуне. И теперь очень старалась, поубавила свою активность, ходила перед пациентами на цыпочках. Вскоре получила постоянную работу и даже возможность учиться дальше - на врача-специалиста. Сын незаметно подрос, он всегда интересовался машинами, вначале помогал в автомастерской, а позднее там же ему и работу предложили.

На работу Эльвиру каждый день муж отвозил, ведь жили они далеко за городом. Но ему уже было за 70, он перенес инфаркт и операцию на сердце, все чаще недомогал. Надо было перебираться поближе к поликлинике. Эльвира теперь имела постоянную работу и зарплату, ее в банке расценили, как платежеспособную и дали кредит на покупку квартиры. Вот тогда и смогла она купить двухкомнатную квартиру. Этого им с мужем вполне хватало, ведь Артурка уже давно жил самостоятельно. Одна проблема, квартира находилась далеко от поликлиники, так что на работу ее муж отвозил.

Работать приходилось очень много, но ведь Эльвира "перпетуум мобиле" была. Всю жизнь трудилась, и тут со всем справилась. Хоть и жаловалась мне по телефону, что очень трудно ей приходится. Но ведь и мне не легче было, в этом плане судьба у нас сложилась одинаково.

Как-то послали ее на медицинский курс, не хотелось ехать, что-то дома ее удерживало. Но отказаться было нельзя, этот курс входил в схему обязательного медицинского образования, чтобы стать старшим врачом (;verl;kare). Как чувствовала, что не надо было уезжать, вернулась, а муж на полу мертвый лежит. Прихватило сердце и умер совершенно один, никого рядом не было. Это в Швеции не редкость, ведь это страна людей-одиночек.

***
Теперь осталась Эльвира совершенно одна. С мужем они хоть и ссорились, и нередко на нервы он ей действовал, а все-таки живая душа была рядом. Сын жил отдельно, женился, дочь у него родилась. Днями Эльвира трудилась, а вечерами приходила в пустую квартиру. Теперь лишь поесть, и русский телевизор посмотреть, вот и все развлечения. Мы в Швеции только этим и жили, после работы кидались смотреть русские новости и фильмы по ТВ или же по компьютеру. .

Грустно, одиноко. Приготовит ужин, а готовить она была мастерица, и за едой выпьет рюмочку, а то и две. Русские люди в одиночку пить не привыкли, примут на душу и надо им порассуждать обо всем на свете, пообщаться. И тут начинала Эльвира мне звонить, чтобы душу отвести.

Каюсь, но меня была тогда совсем другая ситуация, дома еще жили младшие дети. И с ними было множество забот, и грустных и радостных. Эльвира под хмельком была расположена говорить часами, а я старалась разговор поскорее закончить. Бедная Элька так нуждалась в общении, что как-то призналась мне:
- Если не с кем поговорить, то включаю диктофон и говорю с ним: выговариваю свои истории и переживания в эту черную коробочку.
Как бы мне хотелось теперь найти этот диктофон и услышать родной Элькин голос, и ее увлекательные рассказы!

Материальное положение ее улучшилось и она смогла приобрести, конечно тоже в кредит другую квартиру, тоже двухкомнатную, но побольше и в центре города. Сделала ремонт, купила мебель, компьютер, телевизор, навела уют. Шик и блеск! У нее был просто талант украшать свою жизнь. Возможно это у нее появилось с юности. В чем-то ограниченная из-за болезни, она очень ценила моменты счастья. И умела их создавать.

После мужа остались ей две машины, одну она отдала сыну, а вторую оставила себе. И стала ходить на курсы по вождению. Для нее это было не роскошь и не праздная затея, а жизненная необходимость. Ведь проблемы с ходьбой с годами только усугублялись. Она иногда говорила мне, что возможно в старости будет передвигаться в инвалидном кресле, а я не понимала, чего это она себя раньше времени хоронит. Ведь она жаловаться не любила и о своих недомоганиях мне в подробностях не рассказывала.   

Брала она уроки вождения в автошколе. Были они очень дорогими и угрохала она на это дело кучу денег, около миллиона рублей. И все безрезультатно! Ведь хоть и водить она научилась неплохо, но как взглянет инструктор на экзамене на ее возраст в паспорте, да на согбенную фигуру, то уже заранее решает ни за что ей права не давать. Ничего не получилось с водительскими правами, но хотя бы дали ей права на вождение мопеда. Купила она мопед-автомобиль и смогла водить машину в пределах города.

В эти годы, после 60 мы обе уже вышли на пенсию и решили съездить за границу.  Она мне говорила:
-  Как увидишь какую-нибудь интересную и недорогую поездку, то сразу заказывай! Я с тобой куда угодно поеду! Ну хоть на недельку!
И мы с ней побывали в Испании (Аликанте), в Ирландии (Дублин) и в Египте (Шарль ман Шейх).

Отдыхали мы вдвоем хорошо. Никогда у нас никаких конфликтов и недопониманий не было. Я с утра вышагивала свои километры по пляжу и купалась, а она- отдыхала в номере или прогуливалась по магазинам. А потом мы воссоединялись и проводили остаток дня вместе.

Возвращались в Швецию, и опять она была одна. Одиночество ее очень угнетало, даже подумывала переехать к дочке в Норвегию, но та жить вместе не захотела,  отказалась.

И вот как-то звонит мне радостная Эльвира и ошарашивает меня необыкновенным известием:
- А я выхожу замуж! Все так замечательно складывается, и дети так рады. Ведь выхожу я за моего первого мужа. Он приедет из Мордовии и мы опять заживем вместе!

Но видно правы те, кто говорят, что в одну и ту же воду нельзя войти дважды. Приехал ее бывший муж, но создать семью им не удалось. Он в одной комнате сидит, а она - в другой. Даже поговорить им стало не о чем. Заскучал он вскоре и вернулся в свою родную Мордовию. Там родная страна, там у него дом, а в доме и на участке всегда работа найдется. Да и вокруг понятные русские люди, всегда пообщаться можно.

***
А тут, напоследок, случилась в жизни Эльвиры действительная большая и неожиданная радость. Звонит она мне и объявляет:
- Представляешь, Владимир Владимирович Путин подарок мне сделал! Да еще какой! Он мне квартиру в Питере подарил!

Оказалось, что дом, в котором оставалась у нее маленькая комнатушка, где хранился ее скарб, пошел на капитальный ремонт. И всем, кто имел хоть какое-то жилье в этом доме давали взамен отдельные квартиры. Правда, Эльвира по справедливости права на новую квартиру не имела, ведь приватизировать жилье можно было согласно закону лишь один раз. А она свою прежнюю квартиру еще до отъезда в Швецию приватизировала и продала. Но не существовало таких препятствий, которые не смогла бы преодолеть энергичная Элька!

Я ей просто поражалась, откуда у нее силы брались. Стала она ездить в Питер почти каждый месяц. Прежде всего надо было свою комнатушку приватизировать. ХОть и не имела формально на это права, но с помощью денег и подарков она все эти искусственные преграды сносила. Стала таскать за собой сына, Артура, ведь надо было его прописать в комнату, тогда бы им дали не однокомнатную, а уже двухкомнатную квартиру. Не хотел Артур ехать - работа, семья, ведь у него уже было двое детей. Но натиску Эльвиры противостоять было невозможно, она его сумела уговорить.  Пообещала, что если впоследствии эту квартиру продаст, то отдаст ему половину ее стоимости. А ведь в Питере жилье дорогое.

Всего добилась, все, как мечтала, провернула, и получила в Питере на Васильевском острове в новом доме отличную двухкомнатную квартиру. Звонила и рассказывала мне, какая это прекрасная квартира, на 3 этаже и с видом из окон на море. И стала теперь размышлять, что же делать? Оставаться в Швеции или же вернуться на Родину?

В Швеции она уже пообвыклась: обустроила по своему вкусу квартиру, вышла на пенсию, да и сын жил недалеко. Если что, поможет. Да и подружки за 20 лет завелись, и одна их них - я. Кроме того до сих пор была она под гипнозом пропаганды и была уверена, что в Швеции самые лучшие социальные службы и в старости или инвалидности ей окажут наилучшую помощь. Конечно шведская пенсия у нее было крохотная на нее никак не проживешь, но ведь если питерскую квартиру продать, то и деньги появятся!  И тогда сможет она жить без проблем в Швеции.

Так что определилась и решила остаться в Швеции. Верила она в достойную шведскую медицину и в социальную помощь. Ведь старость была не за горами! А в Питере никогда не было у нее настоящих друзей, да и прежний поклонник Саша уже ушел в мир иной. Начинать все сначала уже не хотелось.

Сказано-сделано, через некоторое время она квартиру продала за хорошие деньги каким-то чеченцам. И оказалась у нее на руках большая сумма денег. Прежде всего она выплатила банку весь свой кредит за квартиру. Теперь можно было жить спокойно, не выселят. Пенсия у нее, как у меня была ничтожная, прожить на нее почти невозможно. Оставила часть денег себе, чтобы к пенсии добавлять. Осталось ещё на руках тысяч 200 крон или около двух миллионов рублей. Решила на них купить золото, ведь деньги разойдутся и не заметишь, а золото будет лежать и в цене только расти. Поехала в Турцию и там купила дорогое золотое ожерелье, привезла его в Швецию, оценила и спрятала в банковский сейф. В результате сыну так к ничего и не досталось, напрасно он хлопотал и время свое тратил. Теперь старость Эльвира себе обеспечила.

Я ей поражалась. Ну и характер! Как это она могла быть такой энергичной, неутомимой, стремительной! Вдруг развернулась как сжатая пружина, сколько же в ней внутренних сил было! Ну настоящая Людмила из "Москва слезам не верит". И это при ее-то не блестящем здоровье, но видно и в нездоровом теле может быть сильный дух!

***
Эльвире было уже под 70 и тут начался ее спуск под горку, вниз. Я к этому времени вернулась на постоянное место жительства в Россию. В Швеции была лишь наездами и тогда, естественно, созванивалась с подругой и узнавала последние новости.

Поначалу Эльвира жила, как прежде. В основном в своей любимой и уютной квартирке, но иногда выходила, чтобы пройтись по магазинам. Дома убираться уже силенок не хватало. Добилась чтобы приходили к ней убираться социальные работники, наслышавшись, что "в Швеции самая лучшая в мире социальная служба". Пришел парнишка, помахал шваброй кое-как, а потом она получила счет и ахнула! Так дорого его махания шваброй ей обошлись!

Часто у нее стала возникать сильная слабость, не могла понять, почему. Как-то такая слабость накатила утром, что пришлось вызвать такси и отправиться в больницу. Просидела в очереди несколько часов, но потом все-таки приняли, взяли анализы, а у нее гемоглобин- всего 45! То есть страшная анемия. Положили на отделение, пришлось срочно делать переливание крови.

Но врачи стали искать причины кровопотери? И в конце концов установили, что у нее печеночная недостаточность - цирроз. И печень не вырабатывает свертывающих кровь элементов в достаточном количестве. Отчего? Подозревают алкоголизм? Но это вряд ли, хоть и любила она по вечерам выпить, но никакого настоящего порока у нее не было. Возможно развился цирроз из-за приема большого количества лекарств, или же после перенесенного гепатита.

Нарушения свертываемости крови при заболеваниях печени чаще всего клинически выражаются желудочно-кишечными кровотечениями. Тут начались хождения по мукам у моей Эльвирки! Повторные гастроскопии (осмотр желудка) и колоскопии (осмотр кишечника), а ведь все это крайне мучительные процедуры, и почему-то их делают в Швеции без наркоза. На экране во время гастроскопии видела Элеонора, как кровоточат стенки желудка и их приходилось прижигать. Но все это давало лишь временные улучшения. Через неделю-две опять гемоглобин падает. И опять приходилось проводить эти мучительные процедуры. В конце концов сообразили и назначили ей Викасол - синтетический водорастворимый аналог витамина K (кровесвертывающего витамина), вот тогда ей и полегчало. Установился гемоглобин на 90-95, а это уже совсем неплохо.

***   
Последний раз я с ней встретилась осенью 2021 года. Я приехала из России на день рождения моей младшей дочери, Любаши. Жила я уже большую часть года в России, в маленьком провинциальном городке, купила там домик и переехала вместе со шведским мужем. Ему в России жить очень понравилось. По приезде в Швецию я все время звонила Эльвире, но никто не брал трубку. В конце концов на свой страх и риск поехала в Эскильстуну с мужем и Любашей. Дочка вела машину, для нее это была тренировка перед сдачей на права. Подъехали к Эльвириному дома, но попасть в него не могли, ведь в Швеции как правило все парадные закрываются. У Эльвириного дома мы встретили женщину, и спросили, как нам попасть в парадную.

- Ах, вы к Эльвире! - презрительно отозвалась эта женщина. - Ну, я только сейчас от нее. Идите, я вас и в парадную, и к ней в квартиру впущу.

Мы удивились, разве можно открывать чужую дверь и впускать незнакомых людей в квартиру, не известив об этом хозяйку? Но видно эта дама, а она оказала санитаркой из социальной конторы, с Эльвирой церемониться не привыкла. Нам эта тетка дверь в квартиру Элеоноры открыла, видно было, что здесь себя хозяйкой чувствовала. Элеонора сидела в кухне, она увидела нас, узнала и заулыбалась:

- Это ты Лена? Как ты сюда попала? Как же я рада тебя видеть! А это Лейф, и Любаша? Вы приехали меня навестить?   

А я смотрела на мою бедную Эльвиру и пришла в ужас, потому что это уже была совсем не она, не моя веселая, сумасбродная, жизнерадостная подружка, а какая-то бледная запуганная немочь. Она сидела у кухонного стола, тихая, аккуратно одетая и перебирала кусочки овощей, лежащие перед ней на тарелке. Выбирала маленький кусочек и отправляла его в рот. По-видимому, только это ей разрешалось в интервалах между приемами пищи есть.

Постепенно она слегка оживилась и стала рассказывать о том, что с ней произошло за это время. Недавно она вдруг упала дома и не могла самостоятельно подняться. Ждала, когда придет сын и ей поможет. Ее положили в больницу, подозревали инсульт, но это не подтвердилось. А в больнице опять произошло то же самое, она упала в туалете и до утра ждала, когда придут санитарки и ее поднимут. Теперь она боится, что может случиться то же самое.

Вот к ней прикрепили этот соцконтроль. Раз в день приезжают санитарки - две наглые тетки. Все ее лекарства они выкинули, поставили на столе в ее красивой гостиной свои баулы с лекарствами и шприцами. И теперь каждый день приезжают к ней, колют, впихивают лекарства, берут анализы. Теперь она уже не субьект, а лишь объект. Они с ней обращаются очень грубо, презрительно, свысока. Ее за человека не считают. И уж конечно забыли, что она вообще-то врач и может сама решить, как ей лечиться.

Впрочем мы это заметили. Плохо ей, сидит она целые дни дома, и этих теток ожидает. Воли у нее своей нет. Спасается лишь тем, что иногда уезжает с утра в больницу, и там хоть день-два от этого назойливого грубого соцперсонала отдыхает.

***
Опять приехала я в Швецию через год. ПОзвонила Эльвире и опять никто не отвечает. Тогда позвонила ее сыну, Артуру. Он отозвался и на мой вопрос об Эльвире ответил, что она год назад умерла. Оказалась, что вскоре после нашего предыдущего посещения, ее поместили в дом престарелых и там она очень быстро ушла в мир иной.
 - Как же так, почему же она умерла, что случилось?
- Да было у нее диабет и что-то с печенью. Да и вообще у нее в конце уже "крыща поехала".
Тяжело мне было это слышать, ведь я знала какой ясный независимый ум, юмор, энергия были у моей дорогой подружки, Эльвиры. И в этих его словах послышалось мне тоже презрение к матери, которое я уже слышала раньше от наглых теток из соцконторы.

- Но, к счастью, она все-таки согласилась переехать в дом престарелых. Мы сумели ее уговорить, но почему-то там она очень быстро умерла, - повторил он.
И вот это было мне понятно, умерла потому, что уже не хотела жить. Потому что все у нее отняли и свободу, и волю и даже ее гнездышко, квартиру, которую она так любовно и заботливо украшала.   

Здесь, в Швеции пожилых родителей помещают в дом престарелых и зазорным это не считается. К этому часто примешивается чисто материальный интерес, дети отправляют родителей в дом престарелых, а их дом или квартиру быстренько продают. Теперь никаких забот и деньги в наличии. Но это всегда казалось мне чем-то вроде эвтаназии, проводом родителей в последний путь, в тот дом, откуда возвращения уже нет. Так же как в Японии когда-то отвозили пожилых родителей на высокую гору, откуда они не могли спуститься. Ради того, чтобы они там умерли.

Как-то сын сумел Эльвиру уговорить, надавил на нее. А у нее видимо уже своей воли и энергии не оставалось. И она подчинилась чужой воле, переселилась в казенный дом. Никому бедная Эльвира оказалась не нужна и умерла не в семье, а среди чужих недобрых людей, в доме престарелых.

Но последнее желание матери сын все-таки исполнил: похоронил ее как она того желала. Часть денег от продажи ее квартиры он потратил на эти похороны. И рассказал, что проводил ее по-человечески: ее отпел православный священник и похоронили по-русски, целиком, без кремации. А через год сын поставил красивый памятник- с плачущим ангелом и надписью вязью: "Доктор Эльвира Карлссон". Она умерла через 4 месяца после нашей последней встречи.

И я все спрашиваю себя, как бы закончился ее жизненный путь, если бы она вернулась на Родину? Думаю, что в России больше свободы и шансов встретить добрых, заботливых, любящих людей. А в Европе, в частности в Швеции - он нулевой! За притворными улыбками скрывается полное равнодушие и даже жестокость!
***