Крылья бабочки

Фрагмент из книги «Те, кто были со мной»

Летом в – 4 году до новой эры (1996 г. – старому летоисчислению) я опять работал в приемной комиссии политеха. Народу было полно – в очередь. И сами абитуриенты, и их мамы и папы толпились перед нами и все были озабочены дальнейшей судьбой своих чад. Суетно, хлопотно и скучно. Наверное, это самая скучная работа из всех, которую я делал уже второе лето.
Но когда прием закончился, людей уже почти не было.
В один из таких тихих дней ко мне подошел человек приятной наружности и умным лицом. Он спросил: «не Вы ли Анатолий Иванович Нижегородов»?
«Да, это я»!
«Мне посоветовали на вашей кафедре обратиться к Вам, как к хорошему специалисту», сказал он и представился: «Олег Васильевич Карпец, главный инженер проекта». Потом дал простенькую визитку, из которой было понятно, что он работает в Иркутском институте «Промстройпроект».
Он рассказал, что сотрудничает с местной строительной фирмой «Успех» и совместно с другими проектировщиками прорабатывает для них идею модернизации жилых зданий путем надстройки мансард. В те Ельцинские годы работы у проектировщиков было крайне мало, поэтому они все искали подработку.
Олег Васильевич не без гордости сказал: «В Питере этим занимаются уже давно, а мы чем хуже»?
Я не строитель и признался, что мало разбираюсь об этом. Я инженер-механик…
Тогда он рассказал суть дела. Им был нужен подъемник, который смог бы сразу, целиком поднять собранную на земле секцию мансарды. Нужно только ее поднять, а там уже с помощью лебедок секция будет надвигаться, перекатываться по роликам направляющих.
Я ответил, что даже если я и спроектирую его (сама грузоподъемная машина виделась мне сравнительно простой), то надо провести проект через Госгортехнадзор, найти предприятие, которое его сможет сделать и имеет на то лицензию, а потом еще и провести испытания под надзором того же «страшного» Госгортехнадзора. И это еще не все проблемы.
Он ответил мне «золотой фразой», что решать проблемы мы будем по мере их поступления.
«Ну, ладно, если так – возьмусь, попробую» – ответил я.
Так я познакомился этим человеком, неожиданно «выпавшим» откуда-то из окружающего мира, который в последствии существенно расширил весьма тесный круг моего общения с человеческим «континуумом».
Спрошу сразу. А что, если бы он не пришел тогда? Произошло бы то ужасающее событие, которое станет поводом для исследования «эффекта бабочки»? Все слышали про «эффект бабочки», открытие которого приписывается некоему Эдварду Лоренцу? Суть его такова: если бабочка, махнет крылышками у вас под окном, то это вызовет ураган в Тихом Океане»? Впрочем, формулировок множество.
Итак, мы начали совместную работу и довольно близко сдружились с новым знакомцем, хотя он был старше меня лет на десять.
Олег Васильевич мне понравился. Он располагал к себе, был добросердечным, вежливым и тихим человеком. Никогда не повышал голос, а если у него был не простой разговор с кем-нибудь, то рассказывал он об этом совершенно спокойным и ровным голосом. Он даже матерился как-то вежливо.
Я занимался чертежами почти год и вот, наконец, весь комплект документации был готов. Начались проблемы, которые я предсказывал.
Первая же поездка в фирму, под названием «Кран-парк», которая могла бы помочь нам продвинуть работу по подъемнику, оказалась пустой. Только мы вошли в кабинет начальника, вслед за нами зашел и главный инженер. Мы представились и начали беседовать. Прошло всего три-четыре минуты, но я уже понял, что эти люди нас изучают только с одной стороны – сколько денег с нас можно будет содрать? …нити-связи человеческого «континуума»…
Олег Васильевич еще продолжал говорить, он был простодушный и «верил в людей», а я уже все понял. Делать здесь нам было нечего. Вскоре и мой коллега допёр, мы свернули разговор, попрощались и уехали.
Надежду мы не потеряли, но оптимизма поубавилось.
Забегая вперед, скажу, что постепенно эта идея с мансардами затухла и не из-за подъемника, а совсем по другим причинам. ООО «Успех» надо было назвать ООО «Фиаско», которое и случилось с этой конторой к началу нового тысячелетия. Мои чертежи легли на полку, чтобы пылиться несколько лет, пока я их не выкинул.
Работа была сделана впустую, но наша дружба продолжалась. А я даже ушел из политеха и начал работать в этой фирме и занимался разными делами. И конечно узнал много интересных и не интересных людей…
Однажды мы с Олегом Васильевичем решили вместе с женами, а он пригласил еще и своих друзей, поехать за грибами. Был август и пошли грузди.
Я знал много мест, где водятся грузди. Мой тесть был грибником и ягодником, и с ним мы облазили все окрестности Иркутска, озера Байкал и всю Тункинскую долину.
По моему предложению решили поехать за Усть-Орду и хорошо сделали. Как только зашли в лес, «повалили» грибы. Их было так много, что уже через пару часов мы наполнили все емкости, которые у нас были и покрывала, сделав из низ подобие мешков. Перекусили немного и поехали домой. Решили отпраздновать хороший урожай – у Олега Васильевича и его жены Ольги Васильевны, была дача в хорошем месте, где я раньше не был.
Дети наши гостили у тетки в Култуке, где у нее был дом, и что нам было делать, ведь был субботний день?
Заехали к нам, мы выгрузили грузди в ванну и наполнили ее водой. Переоделись, я поставил машину на стоянку, она тогда располагалась рядом с домом, и мы все вместе в машине Карпеца тронулись в путь. По дороге заехали в магазин и потом на дачу.
После того, как они расправились со своими грибами, мы дружно занялись шашлыком и прочими приготовлениями. Через часок подъехали и их друзья. Они тоже жили неподалеку в том же дачном поселке.
Был отличный летний вечер и хорошее настроение. Стол с закусками, водкой, вином и шашлыками – чего еще желать? Мы разговаривали о том о сем, травили анекдоты, и даже пели, когда совсем «захорошело».
Но все хорошее быстро кончается…
Стемнело. Пора было ехать домой, но проблем не было. Мы дошли до шоссе и почти сразу поймали машину, ехавшую в город.
К полуночи мы уже были дома, помылись и легли спать.
Жена всегда спала в спальне, а я – в большой комнате, где в летнее время было прохладнее.
Сквозь сон я почувствовал, что меня кто-то трясет и повторяет: «Толя, Толя, там женщина стонет… Вставай, я не знаю, что делать». Я наконец проснулся, глянул на часы – около часа ночи. Голова после пьянки была мутная, да и сон еще не сошел.
Вместе пошли в спальню, Таня осталась на пороге, а я подошел к окну.
В нашей спальне и на всех верхних этажах тоже, была вторая маленькая лоджия, в которую нельзя было войти. Строители установили панели с оконным проемом, а не с балконным, через который можно было бы проходить. Дом строился в годы заката Советского Союза, все сыпалось, и такие странности случались.
Поэтому я перелез через оконный проем в лоджию и заглянул в открытую остекленную створку. Действительно, там, рядом с нашим окном, на спине с не естественно раскинутыми ногами и руками, и со странно повернутой в сторону головой лежала голая женщина, тихо стонала и иногда подергивалась.
Наша квартира на втором этаже, но под ней располагалась аптека и «козырек» аптеки представлял собой широкую площадку из бетонных плит перекрытия, покрытых рубероидом. Расстояние от нижней части окна до «козырька» было не более полуметра, и видно было хорошо. Женщина лежала прямо передо мной, и я узнал ее. Мы много раз видели их во дворе с мужем, когда они гуляли со своей маленькой дочкой, двух или трех лет отроду.
Мы с женой были в полной растерянности, и я бы сказал – в шоке, а жена еще и подвывала: «что делать-то, что делать»? Почти что плакала.
Было очевидно, что лучше ее не трогать, даже и не пытаться помочь. По внешнему виду можно было понять, что она вся переломана…
Я вернулся в квартиру и набрал 03. Ответ не последовал сразу, как водится, но потом все же отозвались. У меня самого тряслись руки и дрожали губы, но я все же рассказал в телефонную трубку о том, что случилось. Объяснил, что женщина упала с одного из верхних этажей. Вызов был принят и тут же мы услышали очень громкий стук в двери, который нас напугал еще сильнее.
Я понял, что это пришли «оттуда» и быстро открыл двери. В проеме стоял знакомый самый сосед, который жил на восьмом этаже, но не над нами, а в двухкомнатной квартире, правее нас. Он стоял с обезумевшими и очень пьяными глазами и едва выговорил: «где моя жена? Она выпала из окна».
Я провел его в лоджию. Он перескочил через все преграды и начал выть и повторять ее имя, постоянно извиняясь за что-то. Потянул ее за руку, пытаясь поднять, но она издала дикий стон и затихла. Я крикнул соседу, что ее нельзя трогать, пока не приедут врачи. Так сказали в скорой, когда я им рассказывал свою версию проблемы. Впрочем, он и сам уже все понял.
Еще через минуту раздался сильный стук в квартиру. «Неужели скорая? Так быстро»? Потом я открыл дверь и вошли двое вооруженных милиционеров. Их, видимо, оповестили сотрудники станции скорой помощи.
«Что тут у вас происходит»? Я казал, что женщина упала сверху и лежит без сознания, а человек рядом – это ее муж.
Они вытащили полуголого мужика и начали его напористо допрашивать. Он всхлипывал, вытирал слезы и говорил плохо. Но все же можно было понять, что они поссорились и она сама выпрыгнула из окна. Такой ответ не убедил их, и они продолжали задавать уточняющие вопросы.
Соседи – Инга и ее мать, проснулись и заглядывая в нашу квартиру, спрашивали, что случилось?
Ну, что ж, каждому свое… Интересно...
Вот наконец приехала и скорая помощь. Два санитара с носилками и женщина врач перелезли на «козырек» аптеки. Сначала врач потрогала пульс, потом поставила ей укол. Женщина больше не стонала, и она еще дышала, а значит не была мертвой. Они подождали минут пять, наверное, что бы укол подействовал. Врач безусловно понимала, что перед ней мешок с костями и не хотела причинять боль еще живому человеку.
Санитары аккуратно повернули ее на бок и кое как подвели под нее носилки. Женщина опять застонала. Потом они стали «корячить» ее довольно полное тело через окно нашей спальни и, наконец, унесли. Скорая уехала, а службисты увели соседа.
Жена немного очухалась от стресса и стала пересказывать все, что происходило, нашим соседям.
В конце концов мы успокоились, соседи отправились спать и установилась тишина. И в этой тишине висел страх. С меня сошло опьянение, и я лежал и прокручивал в голове, все увиденное. Не мог уснуть и лишь под утро сон меня принял.
Наступило такое же хорошее чистое утро, каким оно было вчера. Мы с Таней позавтракали и занялись грибами. И, конечно, постоянно возвращались к ночному событию.
К обеду Инга, она сама была врачом и работала терапевтом в одной из больниц Иркутска, постучалась к нам и сообщила, что женщина умерла, что у нее переломан позвоночник, сломаны почти все кости рук и ног, разорваны внутренние органы и никаких шансов выжить у нее не было. Наверное, она узнала по своим врачебным «каналам».
Еще бы, пролететь семь этажей и упасть на бетон…
Мы с женой долго ломали голову, сама она прыгнула или ее выбросил пьяный муж. Когда мы встречали их во дворе, мы здоровались и по их внешнему виду нельзя было сказать, что у них «трудные» отношения. Сосед брал дочку на руки, целовал ее.
Но вот что мы еще заметили: лица у них были, как у хорошо и часто пьющих людей. Однако сосед этот работал водителем маршрутки и вроде бы не мог быть часто пьяным. Но такие лица не обманывают.
Было не продолжительное следствие. К нам приходили какие-то люди и пару раз опрашивали. Но что мы могли сказать? Мы же не находились у них в квартире.
«Может быть вы раньше видели, как они ссорились»? – спрашивали нас. Мы отвечали, что мы не были хорошо знакомы, иногда встречались на улице, но никаких ссор на глазах у жителей дома не было. Такие ответы, наверное, давали и другие люди, потому что после инцидента он, муж погибшей, не исчез, а снова продолжал жить в нашем подъезде. Значит, заключили мы, она все же сама выпрыгнула из окна, иначе бы его посадили.
Его не посадили.
После смерти жены он не долго был холостяком и вообще не носил траур. У него вскоре поселилась другая женщина, с которой он жил много лет, они вместе вырастили его дочку. Другого ребенка у них не появилось.
Теперь ни его, ни его дочери, здесь нет. Они куда-то делись. В квартире продолжает жить та «новая» женщина. Прошло много лет. Ей сейчас, наверное, лет пятьдесят (они были намного моложе нас), она, конечно, постарела, но остается весьма привлекательной. Работает продавцом в нашем торговом центре, продает мясопродукты. Я и сам иногда захожу в этот отдел.
Но с ней мы не здоровались, не знаю почему. Она ни в чем не была виновата.
………………………………………………………………………………………
Со дня нашего знакомства с Карпецом до сбора грибов и смерти женщины под нашим окном прошел примерно год.
Если бы мы не встретились с Олегом Васильевичем…
За год, многие бабочки могли взмахнуть крылышками и вызвать разные события…
Дело, конечно, не в бабочках.
Если бы мы не познакомились тогда, то кое-что в моей жизни, его жизни, жизни наших жен, других людей, с которыми мы контактировали, когда совместно работали, было бы не так, как было. А как-то немного иначе. Пусть в малом, но жизнь бы переменилась.
Человеческий «континуум» – это огромный единый организм, в котором все взаимосвязано. Если кто-то здесь потянет за ниточку, всего лишь затронет одну связь, где-то там, в другом месте, что-то пойдет не так. А сколько этих невидимых нитей-связей мы ежедневно трогаем и тянем в разные стороны. И от этого мир делается таким, каким он делается и день проходит именно так, а не как-то иначе.
Не потяни мы тогда за наши ниточки так, как потянули, и эта бедная женщина осталась бы жить, но кто-то другой, возможно умер. Или все же они бы поссорились, но она не выбросилась из окна и не умерла?
Я не могу представить себе и описать такую цепочку событий, которая, если бы мы не познакомились с О.В., могла бы привести к изменению судьбы погибшей женщины. Но ведь я и не Господь Бог…
Мы с женой в ту субботу могли бы поехать в Култук к детям. Тогда бы другие нити-связи в «континууме» были затронуты и, возможно, что-то бы поменялось…
Нет, вряд ли она бы осталась в живых. Мы бы вернулись в воскресение, и ночью нас бы там не было. Видеть все то, что произошло и быть причастным, пусть косвенно, довелось бы нашим соседям и это они бы испытали шок, а мы бы просто услышали от них эту историю.
Не каждое событие, если оно происходит, обязательно приводит к тем или иным последствиям. Взмахи бабочек ничего не меняют в нашем мире. Слишком слабы их ниточки.
Верю ли я в Бога? Я и сам не знаю. Но я верю, что в «континууме» людей бесчисленное число связей и все они не линейны. Нарушение этих не видимых нитей, часто, изменяет многое.
Что за сила внутри нее выбросила ту женщину в окно. Обида? Гордыня? Желание проучить или научить? Можно было просто взять скалку и ударить по носу на его пьяной роже. Это делается многими и постоянно.
А тут что, по фигу собственная жизнь, хоть она и единственная? По фигу судьба собственной дочки?
Потемки…
Что-то во мне свербит, кто-то внутри меня подсказывает, когда я вспоминаю то событие, что женщина была бы цела. Он мог избить ее по пьянке или натворить других глупостей, но до убийства бы не дошло. А я думаю, что она не сама выпрыгнула… 
Господи, пойди разберись во всем этом…
Хорошо, что я не пошел учиться на философский факультет, а стал инженером! А то бы голову уже себе сломал и сошел с ума от таких постоянных мыслей.
Мы клетки единого организма. Миллиарды клеток умирают и рождаются в нас самих ежечасно, но организм этого даже не замечает. Так и мир, окружающий нас, не замечает таких пустяков, как смерть человека и рождение человека.
Нет, доказать эту возможную связь я не берусь.
А вот что точно бы изменилось!
Я бы не работал в ООО «Успех», а остался бы в своем университете.
Я бы не познакомился там с молоденькой женщиной (Настей), в которую сильно влюбился, и которая меня и радовала, и мучила несколько лет.
Я бы не узнал многих интересных людей, от которых кое-чему научился.
Я бы не знал и тех, с кем приходилось входить в контакт, и это были не люди, твари, и лучше бы мне их никогда не встречать.
Я не создал бы свой «Квалитет», где мы вспучивали вермикулит, и я бы не написал свою докторскую диссертацию.
Много еще всего такого, что бы тогда не случилось…
………………………………………………………………………………………
Очень сильно изменило мою жизнь знакомство с О.В.
И эту цепочку событий со всеми ее ответвлениями я могу протянуть до сегодняшнего дня. Но не хватит букв, чтобы все это описать.
Но не появись он тогда, другие нити-связи соткали бы полотно моей жизни.
……………………………………………………………………………………….
Каждый наш шаг, поступок и даже мысли имеют значение. Они приводят к последствиям и это всегда так! Но, слава Богу, большая часть последствий не значительны, не существенны, не приносят вреда и остаются не замеченными никем. Наверное, и взмахи крыльев бабочки делаю свою маленькую работу.
Но есть и такие, которые ломают чужие планы, чужую психику, чужие судьбы и даже жизни. Значит, и жить надо так, чтобы «не наследить», ничего не разрушить, никого не унизить, чтобы не навредить.