Глава 2. Три задачи интеллекта

В первой главе была намечена цель – показать, как эволюционное развитие самоорганизующейся системы может привести к структуре обладающей свойствами интеллекта. Для этого необходимо более точно определить, что можно считать интеллектуальной системой. Начнем с того, как, по моему мнению, это делать нельзя.

Во-первых, откажемся от теста Тьюринга, по той причине, что этот тест требует истинности утверждения о том, что способность вести беседу является определяющей. На самом деле, это не более чем гипотеза, обоснованность которой, еще надо показать.

Во-вторых, откажемся от попыток сделать образцом человеческий интеллект. На это есть две причины. Если человек - образец, то интеллект это только то, что сопоставимо с нашей версией разума и больше ничто во Вселенной. На такие утверждения надо иметь право. В высшей степени сомнительно, что такое право может иметь какая-то цивилизация, разве что она окажется единственной. И есть вторая причина. Допустим на минуту, что наша цивилизация действительно единственна. И больше разума нет нигде, чтобы мы под этим не понимали. Но тогда необходимо показать, что даже теоретически наш вариант интеллекта единственно возможный. А рассмотреть все теоретические возможности не менее сложно, чем облететь Вселенную.

Еще одно предварительное замечание. Можно Интеллект определить, указав структуру устройства, которое мы договоримся считать разумным. Второй путь, который мне представляется более продуктивным, состоит в определении функций, выполнение которых, безусловно, интеллектуально. В этом подходе нет ничего нового, именно таким образом поступают современные разработчики ИИ, определяя, что именно интеллектуальная  должна уметь.   

Определение

Конечно, если вести речь о реальной конструкторской разработке, то определение интеллектуальной системы, должно содержать описание ее структурных элементов и способов их увязки в единое целое. Этим я хочу сказать, что проблема физического построения интеллекта есть проблема инженерная, конструкторская, и в этом смысле определение должно описывать хотя бы минимальную структуру или принцип ее построения.
Но с  другой стороны, любое действующее устройство создается  для выполнения какого-то функционала. Это означает, что возможно функциональное определение, то есть определение, говорящее что система делает, без привязки к тому как она устроена. Функциональное определение более мобильно, так как очевидно допускает вариативность структурного определения, в том смысле, что функциональному определению могут соответствовать самые различные конструкции.

А что такое функционал системы. Это ни что иное как описание задач  к исполнению которых система пригодна. Если мы определим задачи интеллекта, (самые общие) то тем самым определим его функциональные возможности. Это и есть программа построения определения. Отметим еще один важный методологический принцип. Необходимо избежать употребления термина «интеллект», как прямо, так и косвенно. Например, интеллект нельзя определять через понятие мышления, это будет прямая тавтология. Его нежелательно определять через способность к принятию решения, так как это фундаментальное свойство интеллектуальных систем, а значит, здесь мы получаем косвенную тавтологию.
Попробуем определить интеллект через решаемые им задачи, разумеется, не через все их множество, а только через базовые, самые объемные и значимые, вытекающие из его природы.      

Консервативная задача

Начнем с самых общих утверждений. В предыдущей главе обсуждалось стремление сложных, самоорганизующихся систем к самосохранению. Термин «стремление» здесь использован только для того, чтобы как-то обозначить это явление. Разумеется, никакого сознательного «стремления» не предполагается, как уже было сказано, оно появляется вследствие присутствия в системе консервативных сил. Что из себя представляют консервативные силы было обсуждено достаточно подробно.            
Очевидно, цель самосохранения присуща интеллектуальным системам. Можно даже утверждать, что разум это самый мощный инструмент не энергетической природы решающий задачу самосохранения. Из этого простого по формулировке утверждения следует очень многое. Сохранение структуры в течение неограниченного времени противоречит второму началу термодинамики. Это означает, что система с такой целью, существует вопреки фундаментальным физическим законам. Но так как игнорировать физические законы в материальном мире нельзя, то внутри системы должны поддерживаться энергетические процессы, противостоящие второму началу. То есть внутри системы должны поддерживаться, замкнутые на систему энергетические процессы, не рассеивающие энергию во внешней среде. Иначе говоря, интеллектуальная система должна быть способна поддерживать свою собственную структуру, для чего эта структура должна иметь способность к самовоспроизведению. Так мы и обозначим консервативную задачу.      

Активная задача

Активную задачу интеллекта можно выделить из опыта развития его человеческой версии. Мы видим, что интеллект нацелен на создании искусственной среды своего существования. Этим он отличается от других систем живого мира. Жизнеспособность любого другого биологического вида обусловлена способностью к адаптации и собственному эволюционному изменению под воздействием внешних сил. Поэтому слишком быстрое изменение среды, превышающее скорость эволюционного изменения ведет к гибели биологического вида. В этом смысле активное поведение интеллекта также можно считать консервативным, так как опять его деятельность сводится к проблеме выживания, но в режиме опережающего действия. Интеллект начинает работать не на задачу адаптации своего организма, (организм есть носитель интеллекта) под внешнюю среду, а на приспособление среды под свои потребности. Этим не отрицается процесс собственной эволюции, а утверждается усложнение жизненного процесса состоящего из двух процессов – собственно адаптации и изменения внешней среды под свои потребности. В этом состоит активная задача интеллекта.      
 
Задача познания         
 
Консервативная задача интеллекта определяется его природой, тем что он является самоорганизующейся системой, в функционировании которой генетически зашит механизм самосохранения. Если бы уничтожить сложную систему было просто, потребовалась бы и возможность ее быстрого создания, чтобы сохранить баланс между процессами рождения и гибели. Заметим, что баланс рождения и гибели –  на самом деле минимальное требование. В живом мире нашей планеты мы видим стремление к расширенному воспроизводству. И если биологический вид потеряет таковую способность - это автоматически будет означать гибель всего вида.

Таким образом, консервативная задача интеллекта непосредственно вытекает из необходимости сохранения сложных систем. Активная задача точно также следует из консервативной задачи. Действительно, если система просто компенсирует внешнее воздействие, то тем самым она программирует неизбежность гибели, в случае слишком быстрого (превышающего возможности адаптации) изменения внешней среды в неблагоприятном направлении. Поэтому необходимо опережающее действие состоящее в создании вокруг себя среды соответствующей собственному устройству и способу жизни. Решение же активной задачи наталкивается на необходимость решения третьей задачи интеллекта – задачи познания.
Заключается она в следующем. Если внешнюю среду менять произвольно, методом проб и ошибок, то интеллект может совершить действие, которое приведет к его гибели, что неприемлемо. Для того, чтобы избежать фатального эксперимента, интеллектуальная система должна создать внутри себя достаточно детальную и соответствующую внешнему миру картину знания, на которой она может выполнять умозрительные эксперименты,  выбирая приемлемый результат. Деятельность по созданию картины знания, мы будем называть познавательной задачей.

Ее развитие определяет важный вопрос – развитие интеллектуальной системы. На примере человечества можно увидеть, что система не ограничивается достижением устойчивого состояния. Поэтому необходимо выявить механизм и возможную причину ее непрерывного расширения. И этот механизм и его причина должны быть по возможности простыми и очевидными. В качестве причины необходимости непрерывного расширения, можно взять тот очевидный факт, что среда вокруг интеллектуальной системы не имеет четко очерченных границ, все процессы во внешнем мире взаимосвязаны и взаимопроникающи, опять таки в силу второго начала термодинамики. Устойчивость же системы зависит от ее способности создавать противовесы внешнему воздействию, происходящему во времени и приходящему из определенного объема пространства.

В некотором смысле интеллектуальная система для своей устойчивости должна информационно освоить некоторый объем пространства, но в силу незамкнутости любой части мира, интеллектуальная система, освоив актуальный объем, подходит к его физической границе и начинает воспринимать информационное воздействие из большего  объема мира. А в силу того, что информационные процессы в качестве своего носителя имеют процессы энергетические, то информационное освоение пространства автоматически означает и материальное расширение системы. Из всего сказанного выше можем дать короткое определение:         

Определим интеллект, как  самоорганизующуюся систему, способную изменять свою структуру под воздействием потока информации, формируя внутренний образ внешнего мира.   

Это короткое определение, для его полного понимания необходимо раскрыть ряд терминов: информация, ее поток, образ внешнего мира, как образ внешнего мира может быть зашит в структуре интеллекта. Для того, чтобы раскрыть понятие внутреннего образа самого интеллекта необходимо дать понятие рефлексии.
Определение, данное выше одновременно и структурное, так как в нем указан главный принцип формирования интеллекта как самоорганизующейся системы. Но в то же время оно и функциональное, так как говорит о главной функции – формирование картины мира. Очевидно, что функциональное определение более фундаментально, так как оно оставляет свободу для построения структуры и в то же время поясняет, что  понимается под интеллектом.

Отвечу на возможное возражение, которое мне самому пришло бы на ум. Определение, очевидно, несет в себе функцию познания мира, но, наблюдая за нашей  цивилизацией, мы видим ярко выраженное активное начало. Человек создает вторую природу, приспособленную под его потребности в первую очередь материальные. Но я полагаю, что функция преобразования внешнего мира и создания искусственной природы, вторична. Дело в том, что существует инстинкт выживания вида, присущий всей живой природе, человек в этом отношении не представляет собой ничего особенного. Но большая часть видов живых существ, обладая этим же инстинктом, не обладает таким сильным инструментом как интеллект. То есть вторая природа, техника, - это не следствие интеллекта, а скорее следствие инстинкта выживания и инстинкта познания (расширения интеллектуальной системы). Я хочу этим сказать, что чистый интеллект можно отделить от функции активной деятельности.

Второй компонент, который также можно отделить от интеллекта, но который воспринимается вместе с ним и, на мой взгляд, совершенно ошибочно – это воля. Волю можно понимать, как готовность и стремление выполнять определенные, целевые действия. Воля точно также как и инстинктивные стремления воспринимаются как часть интеллектуальной системы, излишне усложняя ситуацию. Если мы сможем построить интеллект как познавательную систему, то добавить инстинктивную активность и волю как направляющую силу может оказаться технической задачей. Хотя чисто интуитивно,  кажется, что Воля может оказаться даже более крепким орешком нежели Интеллект, поэтому эти две задачи желательно разделить, чтобы иметь возможность решить хотя бы одну из них. 

Есть еще один компонент, который отделить от интеллекта даже сложнее и опять не факт что возможно – это сознание, которое можно определить, как способность мыслящего существа выделить себя из окружающего мира. Сопутствующий сознанию механизм рефлексии позволяет рассматривать себя как объект изучения, вследствие чего интеллект становится как бы внешним по отношению к себе самому. Рефлексия и сознание выглядят как взаимосвязанные механизмы, но эта взаимосвязь не является обязательной. Эти два механизма не обуславливают друг друга. Точнее сказать, что сознание  неизбежно требует рефлексии, так как интеллект изучает все, что попадает в зону его внимания, в том числе и себя самого как явление, но рефлексия как механизм вполне может быть реализована и без сознания.   
Так как рефлексия есть механизм развития интеллекта, то ее можно включить в определение. Но если принять, что сам интеллект является явлением внешнего мира, то отделять деятельность по изучению внешнего мира от исследования себя и добавлять ее в определение это значит перегружать основное определение. 

Итак, мы выделили задачу – самосохранение системы. Самосохранение в силу динамичности и незамкнутости любой части мира приводит к необходимости расширения и усложнения системы на основе механизма самоорганизации. Самоорганизация работает на построение картины внешнего мира, используя новую форму взаимодействия – информационный обмен. Усложнение картины мира приводит к включению в нее самой интеллектуальной системы, активируя механизм рефлексии. Способность же отделять себя от  мира означает возникновение сознания.
Все вышесказанное представляет собой два уровня определения: уровень задачи и уровень функции. В следующей главе будут рассмотрены принципы построения структуры интеллектуальной системы.