Азбука жизни Глава 10 Часть 251 Никогда не вникала

Глава 10.251. Никогда не вникала в чужие проблемы

— Но это, Иннокентий, и есть полный портрет Виктории, — сказал Эдик, перечитывая сообщение на экране.
— Это ты о чём, Эдик? — спросила я, хотя уже догадывалась.
— «Согласна. Особенно, когда, внимательно слушая других, никого не слышишь. Тебя собственные мысли съедают. В этом природном качестве есть преимущество: нет возможности поддаться чужому мнению». — Он отложил телефон. — Это же про тебя. Дословно.

— Со мной это всегда происходило, — пожала я плечами. — Ещё в школе, когда читала классику для сочинений. Единственное, на чём реально сосредотачивалась, — это на литературоведении. На структуре, а не на смыслах.
— Почему?
— Не зря же, Эдуард, только её сочинения читали вслух в классе, — мягко вступила бабуля.
— Конечно, бабуля. А пятёрки ставили в тетрадки моих одноклассниц, если я давала им списывать эти опусы, написанные дома.
— Но согласись, это был единственный случай, а ты его во множественном числе упомянула.
— Ксения Евгеньевна, но он тогда взорвал весь класс.
— Эдик, тебе об этом Влад рассказал? — спросила Мила, появившись в дверях.
— Мила! — он улыбнулся.
— Понятно. Она тогда всех и подняла, — кивнула я. — Как и возмущалась, когда Вера Николаевна выгнала меня с урока математики.
— А вечером ты пришла к её дочери домой, с которой училась в музыкалке, — продолжил Эдик.
— Что хочешь этим сказать, Эдик? Да, я не понимала, почему Вера Николаевна ушла из математической школы в нашу, французскую. Так уж вышло. Я никогда не вникала в чужие проблемы, особенно взрослых. Поэтому ни её дочь Жанна, ни моя подружка Мила даже не догадывались о наших с Верой Николаевной отношениях. Я Жанне не сказала, что её мама перешла в нашу школу. Мила не подозревала, что я знаю Веру Николаевну с семи лет. И когда она впервые появилась в классе и знакомилась с нами, я спокойно встала, сделав вид для всех, что вижу её впервые. И она это оценила правильно. А как иначе я могла поступить?

Бабуля слушала спокойно, принимая тот давний поступок девочки, которой я была. Но я и сегодня остаюсь на тех же позициях. Кому-то дано оценивать творчество других, а я этим никогда не занималась. Поэтому и за сочинения от любимого учителя получала заниженные оценки — упрямо отказывалась высказывать «своё мнение», когда его у меня попросту не было. Дианочка часто отмечает глубину моих мыслей о других. А я, например, даже не догадывалась о мыслях бабули или мамы. Да, они любили меня трепетно, но никогда не говорили о возможностях своей дочки или внучки, не навязывали своего взгляда.

И в школе, по стечению обстоятельств, учителя видели чаще наши поступки, о которых близкие не знали. Поэтому Вера Петровна, наш учитель литературы, однажды, предсказывая будущее одноклассников, сказала обо мне неожиданно для всех — но не для той самой девочки: «Жизнь может загнать тебя в угол. Сможешь ли ты выбраться?»

Сегодня я её понимаю. Так и происходит со мной все эти годы. Меня действительно загоняют в углы — обстоятельствами, людьми, самой собой. Но как-то всегда удаётся выбраться. Достойно. Потому что я знаю главное: виновата в своих необдуманных поступках всегда только я сама. А чужие проблемы… В них лучше не вникать. Иначе рискуешь раствориться в них и потерять единственное, что имеет значение — свою собственную, пусть и сложную, траекторию.